Для того чтобы воспользоваться данной функцией,
необходимо войти или зарегистрироваться.

Закрыть

Войти или зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Авторы: Гретцки Уолтер, Тейлор Джим

Глава 12. «Главное – выиграть у русских!»

«Мы понимали, что, только показав безупречную игру, мы сможем победить. Для этого мы вышли на лед. И победили».

Уэйн Гретцки. 13 сентября 1984 года

Глену Сэйзеру не откажешь в мужестве. Ему было поручено отобрать и возглавить сборную Канады для участия в турнире на Кубок Канады 1984 года. В его распоряжении были все канадские игроки НХЛ, а он взял восемь хоккеистов из «Ойлерз», свою тренерскую группу и прессагента из Эдмонтона.

Неблагодарная это была работа. С самого начала Сэйзер заявил, что многие удивятся его выбору, что команда не явится коллекцией звезд, он будет выбирать игроков, которые сумеют наилучшим образом выполнить задачи, поставленные им. Но каждый из 32 хоккеистов, собравшихся 5 августа на тренировочные сборы в Монреале, играл в НХЛ, хотел выступать за сборную своей страны и был звездой. Как сказать большинству из них, что они не подходят для сборной?

Сэйзер сделал свой выбор, и многие действительно были удивлены. Такие выдающиеся игроки, как Рик Вайв из «Торонто Мэйпл Лифс», на счету которого было 50 голов, Дени Савар - центральный нападающий «Чикаго Блэк Хоукс» и Брайан Саттер из Сент-Луиса, не попали в команду. Зато взяли Боба Бурна, ветерана «Нью-Йорк Айлендерс» и девятнадцатилетнего Стива Айзермэна из «Детройта». Выбор Сэйзера основывался на его собственных планах. Он понимал, что, кого бы он ни выбрал, недовольные найдутся.

Хоккеисты, отвергнутые Сэйзером, не держали зла на него, хотя были, конечно, очень огорчены. Саттер сказал: «Когда я ехал на сборы, я знал, что еду на конкурс лучших игроков. Побыв здесь некоторое время, понял, что с этими ребятами можно отлично играть. Я считаю за честь приглашение сюда, но, конечно, обидно возвращаться домой». Савар, игравший на сборах с травмой, сказал от имени всех: «Я огорчен, но мы все будем болеть за этих парней и надеемся, что они выиграют».

Разумеется, пресса не упустила случая пройтись насчет сборной «Ойлерз». В команду входило восемь игроков клуба, Сэйзер был генеральным менеджером и главным тренером, Тед Грин и Джон Маклер - ассистентами (вместе с бывшим первым тренером «Виннипега» Томом Уаттом).

«Ойлерз» взяли Кубок Стэнли во многом благодаря скорости. А скорость и нужна в игре с русской командой. В международных встречах главная задача сборной Канады - выиграть у русских. Завоевать Кубок Канады - хорошо, но обязательно надо выиграть у русских. Они нанесли поражения Канаде на двух последних чемпионатах мира, выиграли 6:0 в финале Кубка вызова в 1979 году и 8:1 в Кубке Канады 1981 года, хотя в предварительных играх побеждали канадцы. Третий раз пережить такое унижение было немыслимо.

Итак, в команду вошли из «Эдмонтон Ойлерз» Уэйн, Гленн Андерсон и Марк Мессье -нападающие, из защитников - Пол Коффи, Рэнди Грегг, Кевин Лоу и Чарли Хадди и вратарь Грант Фюр. Вторым вратарем Сэйзер взял Пита Питерса из «Бостона», а Регги Лемелин, хоть и не был включен в официальный список, пребывал в команде на случай экстренной замены.

Недостатка в бомбардирах не было. Из «Айлендерс» прибыла ударная тройка в полном составе: Майк Босси, Джон Тонелли и Брент Саттер (Брайан Тротье уже играл за сборную США). Мишель Гуле и Петер Штястны, принявший канадское гражданство, прибыли из «Квебек Нордикс», Майкл Гартнер - из «Вашингтон Кэпитэлз», Брайан Беллоуз - из «Миннесота Норт Старз», Рик Миддлтон - из «Бостон Брюинз». В защите кроме четырех хоккеистов из «Ойлерз» должны были играть Рэй Бурк («Бостон Брюинз»), Дуг Уилсон («Чикаго Блэк Хоукс») и знаменитый Лэрри Робинсон из «Монреаля». Ему было тридцать три года, он был самым старшим в команде, но у него имелся огромный опыт международных встреч.

Это была скоростная команда, готовая и к силовой борьбе, и к тонкой кропотливой созидательной работе. Как объяснял Сэйзер, универсальность являлась одним из основных критериев при отборе.

«Пример универсального игрока - Мессье. Он может играть и в центре, и на левом фланге. Бурк одинаково силен как центральный нападающий и как фланговый игрок. То же можно сказать о Беллоузе. Нам нужны хоккеисты, которые могут делать на льду все и перестраиваться в разных ситуациях».

Это была отличная команда. Мы играли дома. Что же могло помешать нам выиграть?

Все, что угодно.

Потом, когда турнир закончился, Уэйн пытался осмыслить случившееся. Главную проблему он видел в недовольстве тем, что Сэйзер взял в команду слишком много игроков из «Ойлерз» и соединил их с хоккеистами «Айлендерс», которых они только накануне разбили в борьбе за Кубок Стэнли.

«Не секрет, что „Айлендерс" нас не любят, - говорил он. - Началось это еще в 1981 году, когда мы встречались с ними в четвертьфинале игр на Кубок Стэнли, выяснять отношения пришлось шесть матчей, и мы бились до конца. Мы были молоды и по молодости самонадеянны. Так что мы никогда не ладили, а тут оказались в одной команде. Так и остались две команды, соперничающие друг с другом. И все разладилось».

Сначала, казалось, все шло хорошо. Первый матч Канада играла против ФРГ и выиграла 7:2. Уэйн забил три гола, Босси - два, и Уэйна назвали лучшим в матче. А потом все распалось.

Сюрпризом оказалась команда США. У них был молодой вратарь Том Баррассо из «Буффало», в том году названный «лучшим новичком НХЛ». В НХЛ играет много американцев, и, имея таких хоккеистов, как Род Лэнгуэй в защите и Тротье в нападении, команда США могла составить конкуренцию любой сборной. Но никто не предполагал, насколько сильную конкуренцию. А они забили нам две шайбы в третьем периоде и свели матч к ничьей - 4:4.

Это всех поразило, но когда канадцы в Ванкувере проиграли шведам 2:4, началась паника. После третьего тура канадцы занимали третье место. Русским они уступали три очка, американцам - два и только на одно очко опережали шведов.

Сэйзер был в ярости. Репортеры томились у закрытых дверей раздевалки, пока он распекал команду: «Играйте или отправляйтесь по домам!» Он еще больше разозлился, когда кто-то рассказал об этом газетчикам. «Некоторые вещи не должны выходить за порог этой комнаты!» - орал он.

Это было в четверг. Следующую встречу они должны были играть с командой ЧССР в субботу в Калгари. В этот же день чуть раньше на той же площадке играли Швеция и ФРГ, США должны были играть против сборной СССР в Эдмонтоне. Считали, что шведы выиграют, и, проиграй канадцы, им оставалось бороться с чехословацкой сборной за четвертое место с равным количеством очков.

В Ванкувере в раздевалке Уэйн сказал репортеру:

- Если хотите поговорить с отцом, ищите его в Калгари.

- Но, Уэйн, я звонил ему в Брэнтфорд, он не едет в Калгари.

- Теперь едет.

Через несколько минут дома в Брэнтфорде раздался звонок и мы отправились. АЛожете сказать, что это глупо, но Уэйну казалось, что он играет лучше, когда мы сидим на трибуне. В тот критический момент помочь могла любая малость. Может быть, даже. кусочек оранжевого шнурка.

Приехав в Калгари, я достал его из чемодана, показал Уэйну и разложил во всю длину на полу.

- Это что? - спросил он.

- Это, - ответил я, стараясь говорить уверенно, - шнурок. Перед финалом с «Айлендерс» я замерял твою клюшку, длину ручки. Мне кажется, сейчас что-то у тебя неладно с клюшкой. Надо померить. Может быть, она длинновата.

Я молил бога, чтобы клюшка оказалась хоть на дюйм длиннее или короче. Лишь бы заставить его поменять клюшку и поверить, что в этом все дело.

- Ладно, попробую, - сказал Уэйн. Но особой веры в голосе я не заметил.

Они разгромили команду ЧССР 4:0. Я бы очень хотел похвастать, что моя веревочка помогла, но Уэйн сделал только одну голевую передачу. Кроме того, потом Уэйн сказал, что он таки замерил свои клюшки и длина оказалась одной и той же. Но за сорок восемь часов, что прошли от встречи в Ванкувере до встречи в Калгари, сборная Канады сумела объединиться, почувствовала себя единой командой.

«После игры в Ванкувере у нас было собрание, - рассказывал Уэйн. - Мы все обсудили. И обнаружили, что, пусть и бессознательно, мы играем каждый за себя. Особенно „Ойлерз" и „Айлендерс". И решили: „Хватит, нужно отбросить все постороннее. Ладно, мы не любим друг друга, но здесь мы делаем одно дело. И нам нужен не „букет" команд, а одна команда". И случилась забавная вещь. Мы вышли на лед и победили сборную ЧССР, но это было только начало. Чем дальше, тем больше мы проникались взаимной симпатией, так что когда мы позже встретились в играх сезона с „Айлендерс", это была совсем другая игра. Мы по-прежнему хотели победить их, а они - нас, и делали для этого все. Но теперь в основе лежали взаимное уважение и симпатия, чего раньше не было».

Хорошо, что они объяснили и исправили, что могли, вовремя. Потому что их ждало новое испытание.

Как и ожидалось, шведы выиграли у ФРГ 4:2 в четвертом круге, а сборная СССР победила американцев, хотя они оказали отчаянное сопротивление и счет был всего 2:1. Оставался один тур предварительных игр: лидировали русские без поражений с восемью очками, за ними шли канадцы и американцы, набравшие по пять очков, и шведы - четыре очка. В этом последнем туре сборная Швеции играла днем с командой Чехословакии в Ванкувере, американцы с командой ФРГ - в 17.30 в Калгари, а канадцы со сборной СССР - в Эдмонтоне в 20.30. Расписание составили так, чтобы все матчи можно было транслировать по телевидению.

Выход в финальную часть турнира наша команда себе обеспечила, но победа над русскими обеспечивала второе место, а в случае проигрыша - если предположить, что и шведы, и американцы победят в своих матчах - канадцы опять становились только четвертыми. В полуфиналах, оказавшихся неожиданно жизненно важными, первая команда должна была встречаться с четвертой, а вторая - с третьей. Значит, выиграй канадцы у русских - и в полуфинале им предстоит игра с американцами, а шведы будут играть против русских. Если же Канада проигрывала, то следующая игра в полуфинале была опять с русскими.

По радио, по телевизору и в газетах комментаторы просчитывали варианты. Если команда Канады хочет получить Кубок, ей нужно выиграть у русских и занять второе место в предварительных играх. Первое место на начальной стадии сборная СССР себе уже обеспечила и может немного расслабиться в этот вечер. В кубковой части турнира у канадцев больше шансов победить русских в финальной серии из трех матчей, чем в короткой полуфинальной встрече.

Прошло три часа, и прогнозы пришлось пересматривать. Русские разгромили сборную Канады со счетом 6:3, причем в воротах у них стоял запасной вратарь Александр Тыжных. Они приехали без Владислава Третьяка и без Вячеслава Фетисова (которого многие в Европе считают не только лучшим защитником, но и лучшим игроком в мире). Их центральный нападающий Игорь Ларионов даже не надевал форму в тот вечер. Но при всем том канадцам они позволили всего лишь 17 раз бросить по воротам, а сами забили во втором периоде два гола за 19 секунд. Словом, что говорить, просто разбили нашу команду, которая в течение 30 первых минут играла свою лучшую игру в этом турнире.

Канадцы знали, что у русских отличная хоккейная команда, но такого они не ожидали. «Нужно смотреть правде в глаза, - говорил позже Босси. - У русских хоккейная команда лучше, чем, скажем, „Ойлерз" или „Айлендерс". Это две замечательные команды, они не раз владели Кубком Стэнли, но я уверен, если вы ошибетесь в игре с русскими, то это обойдется вам дороже, чем в игре с „Айлендерс".

Газеты, естественно, не могли умолчать о нашем поражении. «Эдмонтон Сан» вышла с огромным черным заголовком: «Кризис!» Газета буквально вопила в ужасе, выражая мнение всех, кроме хоккеистов и тренеров.

«Можно найти в случившемся и положительный момент: играть нам с ними осталось один раз, и мы можем выйти в финал, - сказал Сэйзер. - Можем. Они выиграли 5:4 в товарищеской встрече в Монреале, но этот матч мы провели гораздо лучше. У нас имелись возможности забить. У Босси было три верных случая, и если еще раз у него возникнет такая возможность, он забьет, я уверен. Он слишком хороший игрок, чтобы упустить свой шанс еще раз».

Хоккеисты говорили между собой о том же. Первый из этих двух быстрых голов во втором периоде был забит русскими лишь по счастливой случайности. Счет в тот момент стал 2:2, и, пока канадцы пребывали в шоке, русские забили еще гол. Вот чего надо избегать: разочарования. «Надо играть безукоризненно, и мы можем победить, - говорили ребята. -Никаких ошибок.»

А в это время разгоралась холодная война. Сэйзер укорял средства массовой информации, что они не поддерживают его команду. Репортеры в ответ стреляли без промаха: команда выиграла лишь одну игру из пяти. Босси считал, что Кубок Канады существует только потому, что этого хочет Алан Иглсон. В подтверждение своей мысли приводил тот факт, что на матч Канада - СССР собралось лишь 12 383 зрителя: «Стоит задуматься, нужен ли кому-нибудь этот турнир?» - сказал Босси.

Проснувшись утром после поражения, Уэйн узнал, что, может быть, это последний в его жизни Кубок Канады.

«Видели ли вы когда-нибудь еще, чтобы хоккеист играл под таким давлением, как Гретцки в этом турнире? - цитировали газеты слова Гаса Бэдли. - От него ждут многого. Он может великолепно играть, как в матче с чешской сборной, но все нападают на него за то, что он не смог забить шайбу. Многое может произойти за четыре года. Но если бы нужно было решать сейчас, играть ли ему в будущем Кубке Канады, я уверен, Уэйн бы отказался». Это было новостью для Уэйна. К следующему турниру ему исполнится только двадцать семь. Он будет не настолько стар, чтобы не играть. Я думаю, он стал бы играть и в пятьдесят. Без сомнения, это был очень тяжелый турнир для него. В Монреале во время товарищеских матчей он отравился. Ему не нужно было выходить против шведов в Ванкувере, но он играл. Сэйзер даже сказал: «Ему еще никогда так не доставалось, как в последних двух играх. Он слишком слаб, чтобы отбиваться».

Он выздоровел к матчу с ЧССР и был признан самым полезным игроком в проигранной русским встрече. Теперь он и все остальные канадские хоккеисты должны были показать все, на что способны, потому что русские выходили в полуфинал не удовлетворенными первой победой и полными решимости забивать снова и как можно больше. По крайней мере, такое впечатление осталось после выступления их тренера Виктора Тихонова.

Тихонов был недоволен грубостью канадцев во время первой игры и заявил, что его команду не запугают хоккеисты, которые «как индейцы коллекционируют скальпы». «Мы не боимся никого, - сказал он. - И такая игра не принесет канадцам победы в полуфинале. Хоккей - игра. А не война».

Есть два взгляда на этот полуфинальный матч. Некоторые считают, что это была самая замечательная игра всех времен. Другие говорят, что она уступала восьмой игре в серии Канада - СССР 1972 года, когда на последней минуте Пол Хендерсон забил победную шайбу и Канада выиграла серию. Но все согласны, что матч этот как минимум на втором месте.

У Сэйзера был план игры. Раньше канадцы чаще вели шайбу по флангу, а затем передавали ее в центр. В большинстве случаев русские перехватывали шайбу при этих передачах и быстро переходили в контратаку. Теперь крайние нападающие должны были держать шайбу и ждать. Если противник завяжет борьбу с ними, хорошо. Игрок на точке вбрасывания будет свободен. Если нет, нужно остальным нападающим собираться перед воротами, закрывать вратарю обзор, а бросать не с пятачка, а примерно с точки вбрасывания.

Канадцы были уверены, что им придется играть в этот раз против Мышкина, а не против Тыжных. Мышкин долгое время считался вратарем номер два после Третьяка и был выдающимся вратарем. Русские, конечно, выйдут лучшими силами.

Но Сэйзеру предстояло принять трудное решение. Все считали, что в ворота нужно ставить Реджи Лемелина. Он стоял в товарищеском матче со сборной СССР, закончившемся нашим поражением 4:5 и был посажен в запас на следующий день. Снова в составе команды он появился после травмы Фюра и отлично сыграл в выигранной у команды ЧССР встрече. С другой стороны, русские только что забили шесть голов в его ворота. Сэйзер долго думал, но решение свое держал в секрете. «Русские тоже читают газеты, - отшучивался он. - Они все делают на совесть».

А решил он поставить Питерса.

«Я уговаривал себя стоять спокойно, - рассказывал позже Питере. - Держать эмоции под контролем, потому что иначе они помешают мне видеть игру. Я не боялся и не нервничал. Я желал победы своей команде и своей стране».

Теперь в записи эти слова могут показаться кому-то «подготовленным экспромтом». Но это не так. Они шли от сердца. Это было заметно, когда он говорил. Голос прерывался, и слезы стояли в глазах. Он только что сыграл самую важную игру в своей жизни.

Это было похоже на поединок боксеров-тяжеловесов, в течение 15 раундов так и не выяснивших, кто чемпион.

Команда Канады доминировала почти все время, но несмотря на большое преимущество в бросках по воротам (35:20), в первом периоде так и не смогла взять ворота Мышкина. Питерс несколько раз спасал свою команду, и второй период закончился со счетом 1:0 после шайбы Тонелли. В третьем периоде русским удалось забить два гола, а за 61 секунду до конца Дуг Уилсон с подачи Уэйна и Боба Бурна сравнял счет. Теперь все: все планы, все споры., все усилия - свелось к тому, кто первым сумеет забить гол в дополнительное время.

Этот решающий гол точно соответствовал тактической установке Сэйзера. Но сначала защитник Пол Коффи совершил маленькое чудо.

Коффи умеет столь блестяще атаковать, что его часто и совершенно несправедливо критикуют за игру в защите. Люди просто не понимают, что сам стиль игры «Ойлерз» требует, чтобы Коффи несся с шайбой к воротам соперника, чтобы он, защитник, использовал любую возможность забить гол в подходящей ситуации.

Но сегодня Пол Коффи играл не за «Ойлерз», а за сборную Канады. И вдруг Коффи оказался один против двух русских хоккеистов.

Владимир Ковин с шайбой и Михаил Варнаков слева от него летели к нашим воротам. И Коффи, «незадачливый защитник», как его кое-кто называл, сыграл блестяще.

Ковин шел прямо на него. Пол находился между ним и Питерсом. «Он должен отдать пас», - подумал Коффи и сыграл на этом.

В то мгновение, когда Ковин сделал пас, Пол бросился вперед, остановил шайбу и помчался с ней - и вдруг оказалось, что атакует уже Канада. В одну секунду все переменилось.

Коффи бросил шайбу к борту. Русские кинулись за ней, но здесь был уже Тонелли, большой мастер бороться за шайбу. Он выцарапал ее и отбросил Коффи на точку вбрасывания.

В это время Босси находился на самом горячем месте перед воротами. Канадцы пытались закрыть видимость Мышкину, а русские выталкивали их с пятачка. Босси столкнулся с Мышкиным, выбил у него из рук клюшку и упал на правое поврежденное колено, беспокоившее его на протяжении всего турнира.

Он поднялся как раз в мгновение, когда Коффи бросил, и совершенно инстинктивно, как истинно великий снайпер, Майк подставил свою клюшку и переправил шайбу в ворота мимо Мышкина, которому было нечем ее остановить. На 13-й минуте (точнее 12 минут 29 секунд) дополнительного времени сборная Канады победила со счетом 3:2.

Все просто обезумели от радости. Сначала никто не разобрал даже, что это Босси подправил шайбу. Коффи думал, что забил гол он и подпрыгнул так, что свалился на спину, потом на него обрушились все 900 килограммов игроков сборной Канады.

Во втором полуфинале сборная Швеции разгромила американцев 9:2, и это предвеш, ало боевой финал. Но. шведы бились изо всех сил, во втором матче даже забили четыре последних гола, однако после игры Канада - СССР все выглядело бледным. Канадцы выиграли Кубок (5:2 и 6:5).

Ну и что? Какие выводы? Стало ясно, что русские хоккеисты похожи на канадских, что они вполне смогли бы играть в НХЛ. Тройка Макаров - Ларионов - Крутов могла бы соперничать с любым звеном лиги. («Этот Крутов. - говорил Мишель Гуле, покачивая головой. - Когда он мчится мимо нашей скамейки, свистит ветер».)

После полуфинальной игры несколько русских пришли на вечеринку нашей команды. Они через переводчика спросили, можно ли им присутствовать. Канадцы с удовольствием пригласили их. После этого труднейшего матча они испытывали огромное взаимное уважение и интерес. И наверное, многие советские игроки прикидывали, каково это быть профессионалом НХЛ?

Доказал ли турнир, что сборная Канады лучше сборной СССР?

Лэрри Робинсон и Уэйн ответили на этот вопрос так:

- Турнир доказал, - сказал Робинсон, - что мы были сильнее в этой конкретной игре, так же, как русские были сильнее в решающей игре 1981 года. Турнир доказал, что ни одна из двух команд не должна считать себя худшей.

- Нам три года твердили о нашем поражении в 1981 году, - сказал Уэйн. - Теперь мы победили 3:2. Значит ли это, что мы сейчас лучше? У нас замечательная хоккейная команда и у них замечательная хоккейная команда.

И обе страны с нетерпением ждут новых матчей между ними.