Для того чтобы воспользоваться данной функцией,
необходимо войти или зарегистрироваться.

Закрыть

Войти или зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Автор: Мелик-Шахназаров Ашот Зарэевич

Эпилог

Арцах жил своей жизнью. Отрезанные от матери Армении труднопроходимым горным хребтом, жители этого края жадно ловили скупо просачивавшиеся к ним вести. В мире произошли большие перемены.

Место Вараздата занял Манвел Мамиконян, брат убитого спарапета Мушега. Поддержанный персами и некоторыми нахарарами, он вернулся в Армению и вот уже семь лет правил страной в качестве регента малолетних царевичей.

Внимание Рима было поглощено внутренними проблемами. Вскоре после отмены Игр в Олимпии не стало императора Феодосия. Направляясь в Галлию, он занемог в дороге и скончался в Милане. В том самом городе, архиепископ которого, Амброзий, обещал ему исцеление от всех недугов в обмен на запрещение олимпийских состязаний. Феодосий умер ровно через год после издания рокового эдикта, точно так же, как умерли до него два других правителя Рима, осмелившиеся посягнуть на священные Игры Олимпии, — Сулла и Нерон. Было ли это простым совпадением или местью языческих богов Эллады?..

Со смертью Феодосия Великая империя ромеев вновь распалась, теперь уже навсегда, на Западную и Восточную. Хитрый Аркадий, вставший во главе восточной части империи, отправил послов к персам и, стремясь покончить с непокорным армянским государством, договорился о его разделе между Византией и Персией…

Сохранивший независимость Арцах жил своей жизнью. Его жители имели весьма смутное представление о событиях, происходивших за пределами края: войнах персидского царя Шапуха, походах римских императоров, интригах вокруг армянского престола, гибели царя Папа.

Зато историю царя Вараздата, одолевшего в далёкой Византии львов и выигравшего кулачные состязания на всемирных состязаниях в греческом городе Олимпия, они знали в мельчайших деталях. Нередко матери рассказывали своим детям эту историю вместо сказки, призывая их вырасти такими же сильными и храбрыми, как Вараздат. Подробности из жизни олимпионика они узнали из рассказов сыновей главы рода — танутэра Самсона.

Но правду говорят, что иногда и сказка становится былью. В один прекрасный день в Арцах приехал некий карфагенянин по имени Иккос. Тот самый, что когда-то в далёкой Олимпии сражался с Вараздатом на кулаках. Встреча Иккоса с друзьями была волнующей. Ведь они не виделись более десяти лет! Карфагенянин рассказал, что после Игр в Олимпии он долго не возвращался на родину, избегая насмешек своих сограждан, служил в византийской коннице и, лишь вернувшись недавно в Тунис, узнал от воинов, охранявших каменоломни близ Карфагена, что среди работавших там заключённых есть чужестранец, человек необыкновенной силы, будто бы даже олимпионик. Иккос нашёл чужестранца. То был Вараздат.

В глубокой тайне друзья разработали план бегства. Перед побегом Вараздат попросил принести ему кусок телячьей кожи и перо, чтобы написать письмо. При этих словах Иккос достал из сумки свёрток и развернул его перед братьями.

«Олимпионик Вараздат славным нахарарам Арцаха Карену и Арсену привет!

Я буду краток, потому что надеюсь свидеться с вами. Я верю в благосклонность богов и счастливый исход побега.

Я люблю нашу родину и горжусь тем, что смог хоть немного послужить ей. Обстоятельства не позволили мне стать хорошим царём. Но я хочу, чтобы вы знали, что я остаюсь преданным сыном Армении.

До меня дошло известие, что бог даровал армянам свои собственные письмена. Но я не знаком пока с ними и поэтому пишу, как прежде, греческими буквами.

Я надеюсь, что вам не придётся читать эти строки, потому что Иккос передаст вам письмо только в том случае, если меня не будет в живых.

Второго дня, месяца мунихиона.

Третий год 295-й олимпиады.

Близ Карфагена».

На лицах нахараров и их седовласого отца Самсона застыл немой вопрос. Иккос тяжело вздохнул:

— Побег был подготовлен хорошо. В полночь Вараздат перепилил оковы. Ударом кулака уложил пожилого стражника, но не стал его убивать — пожалел. Решил, что одного удара будет достаточно. Это было роковой ошибкой. Пока Вараздат пробирался к небольшому паруснику, который я купил, собрав все свои сбережения, стражник пришёл в себя и стал пускать стрелы с горящими наконечниками — знак тревоги. Дорога к берегу была одна. Охрана перекрыла её. Вараздат сражался храбро. Выбил меч у первого же воина и зарубил им семь человек. Силы его были на исходе, когда он показался на берегу. Подняв паруса, я сразу же подошёл поближе, насколько позволяло дно. Вараздат отбросил окровавленный меч и вошёл в воду. Не спеша омыл лицо. В этот момент в плечо ему воткнулась стрела. Её пустил, собрав последние силы, один из смертельно раненных стражников. Я прыгнул в воду и помог Вараздату взобраться на парусник. Впрочем, он не нуждался в помощи. Рана была пустяковая. Мы быстро взяли курс на Египет. Но Вараздату почему-то становилось всё хуже и хуже. Сначала я подумал, что это от потери крови. Но все его раны были, по существу, царапинами, и крови он потерял немного.

Тогда мы поняли, что стрела была отравлена. Он умер у меня на руках. Я свернул к берегу и похоронил его на высокой отвесной скале, у самого моря. В ясный день его душа сможет увидеть оттуда Армению.