Для того чтобы воспользоваться данной функцией,
необходимо войти или зарегистрироваться.

Закрыть

Войти или зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Автор: Мильштейн О.

Глава 8

Юрий Белоус

Генеральный менеджер команды «Торпедо-Металлург» (Москва),

генеральный директор выставки футбольной индустрии «Футбол Маркет»,

учредитель и генеральный директор Высшей школы футбольного менеджмента, общественный деятель

Футбол - серьезный бизнес

Секрет популярности футбола в том, что, во-первых, это демократичная игра, во-вторых, это модель жизни, а в-третьих, когда играешь в футбол, человеческие качества проявляются особенно ярко. Если человек, скажем, нещедрый, то это будет видно и во время футбольной игры; если он отличается какими-то другими качествами, то футбол, как лакмусовая бумажка, выявит каждую из них. Футбол является коллективной игрой: тут один за всех и все за одного; тот, кто убирает ногу, подводит товарища. Футбол воспитывает такие благородные качества личности, как смелость, поддержку товарищей, щедрость и массу других. Футбол выполняет воспитательную функцию, причем на любом уровне, а уж на профессиональном во много крат увеличивает все эти человеческие качества и свойства.

И еще - футбол является коммуникативным ключом: те люди, которые играют совместно в футбол, уже никогда не забывают друг друга, дружески относятся друг к другу, независимо даже от того, что играли не в одной команде. Для них навсегда открыт путь в это сообщество. Не секрет, например, что футбол очень популярен в правительственных кругах. За семь лет турниров, которые я проводил как президент группы компаний «Футбол Маркет» (мы проводим ежегодно турнир парламентов и правительств стран СНГ), в них участвовали руководители, президенты и премьер-министры бывших республик, мэры городов, губернаторы, депутаты. Как правило, вместе с ними играют и простые члены этих футбольных клубов, то есть обычные чиновники, которые попали в этот клуб. Я восемь лет являюсь членом футбольного клуба правительства Москвы, и мы видим огромный интерес к футболу со стороны мэра Москвы Юрия Михайловича Лужкова. Два раза в неделю при любой погоде - снег, дождь, мороз, холод, жара - рано утром в 8 утра в среду и в 9 утра в субботу все члены московского правительства играют в футбол. И те, кому за 50, и те, кому за 60. Толкаются гурьбой, как тюлени, но играют! И здесь тоже проявляются все качества личности, в том числе и мэра; а он, в свою очередь, их видит, и ему легче разобраться в людях. Одно дело - проявление человека в эмоционально спокойном состоянии, а другое дело - во время футбольного матча, когда все эмоции рвутся наружу, и для него как мэра, как заядлого игрока, психолога и менеджера многие его подчиненные уже не являются загадкой. Конечно, руководители любят результат, все хотят играть на победу: будь то Бородин Пал Палыч, будь то Чилингаров, когда играет за Госдуму, будь то Александр Дмитриевич Жуков, Юрий Михайлович Лужков или тот же Платонов, председатель городской Думы Москвы.

Почему именно футбол, а не какой другой вид спорта? Ну, наверное, футбол - очень демократичная игра. Для него нужна площадка. Она даже может не иметь ворот, а может иметь ворота, но без сетки; играть можно на траве, на земле, на пляже. Футбол в отличие от ряда других видов спорта не требует специальных физических параметров (два метра роста, как в волейболе или баскетболе, где игроки уже по этим параметрам заранее получают преимущества) - тут может быть и маленький Марадона, и среднего роста Пеле (1, 72 см), и такие, как Юрген Келлер, который сегодня блещет в «Боруссии» (Дортмунд). Конечно, с течением времени в футболе приобретает значение атлетизм, но это не является определяющим признаком.

Что значит футбол для меня лично? Для меня футбол - это зрелище, скажем, как балет: смотрю игру - получаю эстетическое удовлетворение. На сегодняшний день футбол для меня является серьезным бизнесом. Футбол для меня также и приятное времяпрепровождение, общение с друзьями в различных футбольных клубах. Многие годы, будучи журналистом, я был капитаном футбольной команды журналистов Москвы. Сегодня все это помогает мне в решении повседневных дел. Я считаю, что это замечательно, когда благодаря дружеским связям и контактам в футболе мы приобретаем широкие связи и возможности в жизни.

Что, на мой взгляд, главное в футболе: непредсказуемость, результат, сама игра, игроки, импровизация, игровая дисциплина, мастерство игроков, мастерство тренера, болельщики, атмосфера стадиона.? Все главное. Да.

Непредсказуемость - этим, безусловно, футбол отличается от театра. Результат - конечно, потому что есть к чему стремиться; к тому же результат является проверкой готовности, мастерства, профессионализма. Ну и игра, безусловно, - если есть результат, но нет игры, то скучно. Игроки, конечно же, звезды - вот тут и импровизация, и игровая дисциплина, и мастерство. Мастерство тренера - да, практически все мы понимаем, что сегодня почти 50 % успеха - это правильно подобранный главный тренер. Болельщики - мы видим сейчас, что как только команда начинает нормально играть, появляется и результат, появляются и преумножаются болельщики. Конечно, атмосфера стадиона.

Что такое футбол: игра, работа, зрелище, забава, развлечение? Ну, смотря для кого. Вот, например, для Юрия Михайловича Лужкова, который играет сам, это развлечение, забава и игра. Скажем так: футбол - это такая специфическая придумка для человечества. А если допустить, что вся наша жизнь -игра, то почему человечество не могло придумать себе такую игру! Игра, конечно, является очень важной системообразующей характеристикой футбола. Работа - да, в профессиональном футболе это работа, она для профессиональных футболистов или сейчас для меня как профессионального футбольного менеджера превалирует над всем. Порой от этого устаешь, но тем не менее это любимая работа. Отвлечение людей от повседневных забот? Несомненно, футбол является сегодня средством отвлечения людей от той социальной напряженности, которая существует. Вы помните, наверное: когда на чемпионате мира во Франции в 1998 году играли команды США и Ирана, футболистов использовали на все сто как дипломатический фактор. Игроки обменивались цветами, фотографировались совместно - было трогательно и в общем-то приятно смотреть на все это, тем более после долгого периода напряженности в официальных отношениях этих двух стран. Факт, говорящий о многом.

Клапан для выхода агрессии? Безусловно. Регулятор настроений масс? Да. Разрядка? Для политиков - да. И для тех, кто смотрит и играет, особенно для любителей. Фактор истерии? Не думаю. Как и средство массового психоза. Они во многом нагнетаются, но дело здесь не в самом футболе, его лишь используют СМИ как жупел. Ремесло? Да, есть у нас профессиональные футболисты-ремесленники. Не только в первой, второй лиге, но и в премьер-лиге. И хотя согласно Уставу РФС все игроки здесь квалифицированы, но они не являются истинными мастерами футбола - в плане тех требований, которым они должны отвечать. Для них это лишь ремесло. Они получают свои деньги и на это живут. Поорать, подраться - ну, это уже другая тема.

То, что футбол - творчество, - это несомненно. В футболе заключена потрясающая творческая компонента, и футболист - это прежде всего тот, кто понимает футбол. У хорошего футболиста прежде всего работает голова, а потом уже все остальное.

Правы те, кто утверждают, что футбол, как никакой другой вид спорта, как никакой другой массовый вид способствует формированию патриотизма людей, сплочению народа, национальной гордости. Также правда, что футбол способствует позитивному массовому настроению, сознанию, создает благоприятные для общества последствия. Сто процентов. Согласен с теми, кто подчеркивает роль футбола в формировании националистических настроений, шовинизма, ксенофобии, национального психоза значительных масс, необузданности разъяренной толпы, аномального поведения молодежных групп.

Все зависит от тех, кто держит в руках футбольные вожжи, то есть от власть предержащих и от управляемых ими СМИ, от тех, кто знает, что с помощью футбола можно использовать определенные настроения и разжигать их. Банальный пример: война Гондураса и Сальвадора. Известны и другие случаи напряженности между странами и народами, когда поводом был футбол. Но известно ведь и другое: когда победила сборная Франции на чемпионате мира в 1998 году. А там были сильные национал-социалистические настроения: Ле Пэн и его многочисленные сторонники, еще более крайние группировки и политические партии. Футбол всех объединил и примирил: и алжирцев (Зидан - выходец из Алжира), и армян французских, и евреев, и представителей других этнических групп. Тем-то футбол и хорош, что люди себя ассоциируют с общенациональной командой, со сборной командой страны. Не случайно говорят: «Наши-то сегодня во сколько играют?» или «Мы сегодня сыграли так-то». «Наши», «мы» - это значит вот эти одиннадцать человек и еще 20, 30, 40 миллионов.

Можно ли с помощью футбола целенаправленно манипулировать массовым сознанием людей? Ну, пытаться можно наверняка. Когда сборной СССР запретили играть с командой Чили, когда в «Лужниках» был пустой стадион, когда сыграли 0:0. Тогда можно было по-другому решить: играть матч на нейтральном поле. Но наши руководители страны решили играть на своем поле, а в Чили, значит, решили не ехать. Можно рассматривать и другие известные факты истории спорта. Например, Олимпийские игры в Берлине в период нацизма, в 1936 году, когда уже Гитлер пришел к власти. Но это ведь спорт. Что такое Олимпийские игры и чемпионаты мира? Это гигантская политика.

Наконец наши власти это уже сегодня поняли и поэтому сейчас в спорт вкладываются серьезные деньги. Все понимают, что спорт нужно поддерживать, что он социально значим.

Способствует ли футбол формированию мифов в массовом сознании об индивидуализме и коллективизме народа, нации, о личном выборе индивида, о нейтралитете личности и общества, о неизменной природе человека, о сверхчеловеке, супермене? Вряд ли. Дело, на мой взгляд, в том, что футбол на сегодняшний день прежде всего демонстрирует основные черты человеческого характера. Они известны, придумать что-либо вряд ли уже можно. Немцы, например, люди очень пунктуальные, четко выполняют установку, дисциплину. Южные народы и наши соседи Грузия, Армения и другие, вы знаете, характеризуются расхлябанным поведением, после первого гола команда начинает сыпаться -мы это помним по чемпионату СССР. Вот здесь, на примере чемпионата СССР, отражалось все. Вы знаете украинские команды, российские, грузинские, армянские, узбекские. Футбол, как, пожалуй, ничто другое, определяет национальный характер. Национальный характер определяет - да, определяет! - стиль футбола, его манеру. Поэтому, говоря о футболе Грузии, мы подразумеваем и темперамент, и порой попрание законов, и договоренности, и тому подобное. Да, это имеет место.

Способствует ли футбол созданию у людей целостного представления о мире и мироздании, целостного восприятия мира? Наверное. Возьмем чемпионат мира, когда в финале играют 32 команды из 204 сборных национальных команд стран, признанных ФИФА. Когда команды этих стран собираются в мировую сетку и в течение четырехлетнего цикла все играют в отборочных играх мирового чемпионата, - вот оно, целостное представление о мире, о мироздании, о сообществе народов и людей, живущих на планете. Чемпионат мира - это, конечно, гигантский форум, праздник.

Можно ли говорить о какой-то особой философии футбола? Думаю, что здесь надо исходить из того, что каким бы там футбол любимым ни был, все-таки это - часть спорта, одно из направлений мирового спорта. Хотя в Европе (в таких странах, как Италия, Испания), если положить на весы футбол и все остальные виды спорта, футбол перевесит. О чем это говорит? Это говорит о том, что гигантская энергетика стадионов передается и через телевидение, и через другие средства массовой информации, что футбол - это наиболее удачная модель состязательности: полтора часа зрелища пробегает, как одна минута. Причем это глобальная модель: игра идет в конкретном месте, в прямом видении, с непонятным результатом. Вот вам и квинтэссенция философии современного футбола.

Философия нашего российского футбола, на мой взгляд, такова: как бы ни были интересны чемпионаты мира, Европы и т д., все равно приоритет для народа - национальный чемпионат. Уж сколько раз вроде бы мы уже к этому обращались! И на чемпионат мира не попала наша команда! А начинается очередной чемпионат, даже при том качестве игры, которое мы имеем. и интерес народа огромен. Это наконец-то поняло и российское телевидение.

Что означает футбол для России? Сейчас означает все больше и больше. На сегодняшний день философией России является вот то, о чем мы говорили. Это отвлечение масс от всех тягот и проблем, это определенные модели стиля жизни - тут все зависит от того, кто и что хочет видеть в футболе. Футбол - это многосегментное явление, и представление о нем у различных групп населения различно. Каждый видит в нем те вещи, о которых мы и говорили: кто-то отдых, кто-то тяжкий труд, кто-то бизнес. Кто-то хочет пообщаться с друзьями, кто-то придет подраться, кто-то - использовать футбол как повод выпить и так далее, и так далее.

Что означает футбол для Бразилии, Италии, Германии и других стран? То же самое, только в разной зависимости. Там футбол уже серьезный бизнес, наш же пока, скажем так, только становится бизнесом. Поэтому все это явление, футбол, поддерживается и средствами массовой информации: постоянно говорят о футболе, продают майки, шарфы, шапочки, костюмы. От одной игры англичане, по грубым подсчётам, получают 2 300 000 фунтов стерлингов чистой прибыли. От каждой игры, повторяю. Какие у них расходы, я не знаю, - мы же за весь сезон получаем в десять раз меньше. И еще один аспект футбола этих стран: довольно серьезная дифференциация между командами. Что такое, например, Англия? Респектабельная страна. Но тем не менее и там есть команды различного уровня. Есть, например, «West Ham United» - это «Западные молотобойцы», команда типа нашей «Торпедо-Металлург», которая обитает в рабочем районе метро «Автозаводская», и ее болельщики - это в основном рабочие. Есть команда «Челси». Челси - это респектабельный район Лондона, туда ходят большие бизнесмены, и у них, соответственно, другие задачи и цели. Богачи рассматривают свое посещение футбола как эстетическое зрелище, а у баламутов из «West Ham» свои интересы, они видят в футболе свое. Футбол - это многогранное явление, в нем можно найти самые разные аспекты. Так же и среди народов: более бедные бразильцы по-своему футбол воспринимают, но любят его не меньше. Может, у кого ничего нет, кто нищий и голый, любит футбол значительно больше, чем богач, у которого все есть.

Можно ли считать футбол явлением национальной или мировой культуры? Безусловно. Вот последнее совещание в Швейцарии руководителей министерств культуры и спорта Европы - оно подтверждает лишний раз, что футбол признан феноменом. Там был и наш министр спорта без портфеля Фетисов, выступал с докладом. Все единодушно высказались за то, что футбол - явление уже не только национальной, но и мировой культуры.

Можно ли говорить о футбольной культуре страны? Да, можно. Я уже отчасти об этом говорил. Пример сегодняшней России показывает, что в какой-то момент эту культуру, к сожалению, можно и утерять. После экономического кризиса и развала страны у нас резко поменялась инфраструктура футбола, всего спорта. Произошел распад системы детско-юношеского футбола, которая складывалась талантом и трудом тысяч спортсменов, тренеров, футбольных руководителей на протяжении десятилетий и считалась эталоном во всем мире. Сегодня ее нет. У нас нет баз, многие футбольные поля и площадки заасфальтировали - рынки, дома. Были поля, а сделали площадки. Возьмем пример Франции или Турции. Они за короткое время показали, что для достижения результатов нужна серьезная программа государства совместно с национальной федерацией. Если такая программа будет принята у нас, то в течение не такого уж продолжительного периода, лет за пять-восемь, вполне возможно вывести наш футбол на необходимый уровень. Начать нужно с финансирования детско-юношеских футбольных школ. Нужны квалифицированные тренеры, нужны школы, нужны академии - все это можно сделать у нас в стране сегодня. Нужен закон о футболе, нужны государственные и частные инвестиции. У нас же нет даже закона о профессиональном футболе, что есть в большинстве стран, где есть профессиональный футбол, - как же юридически все обосновывать?

Мы каждый день имеем дело с пробелами, которые есть в законодательстве. Каждый день мы встречаемся с теми или иными конфликтами, которые происходят как между клубами, так и между футболистами и клубами. В Думе только все декларируют - реально, насколько я на сегодняшний день имею информацию, ничего не делается, только говорят о необходимости этого закона. За это надо с нашей Думы строго спросить.

Правомерно ли говорить о культуре футбола как о субкультуре, то есть о специфической подкультуре? Правомерно, конечно, потому что футбол - это, собственно, и элемент массовой культуры, шоу-бизнеса, контркультуры. Футбол давно и далеко вышел за рамки «элемента спорта», а спорт далеко вышел за рамки просто спорта. Значит, спорт сегодня - это и шоу-бизнес, и иногда, в каких-то аспектах, и контркультура, и элемент массовой культуры. Безусловно.

О магии и особой притягательности футбола, о том, что он не всегда логичен, а, наоборот, парадоксален. Да, согласен. Парадоксальность заключается в том, что порой (не всегда) деньги определяют возможности. Вот, например, в автомобилестроении - там понятно: деньги определяют возможности. В футболе есть команда с бюджетом в 50 миллионов долларов, и она может проиграть команде, у которой бюджет в десять раз меньше. Сильная команда может проиграть команде, которая играла хуже, хотя в течение чемпионата она все время играла лучше. Вспомните, когда московский «Спартак» выиграл у «Арсенала» 4:1 в Лиге чемпионов, у «Спартака» на тот момент был бюджет порядка 10-12 миллионов - у «Арсенала», я думаю, миллионов 80, если не больше. Я уже не говорю о таких парадоксальных голах в ходе самой игры, в движении! Там, где судья, очень много субъективного. Но в то же время объективен результат. а он может быть субъективным. И все-таки есть конечный результат, есть мерило. В этом-то и заключается магия. В прыжках в длину - ну какая тут магия! Прыгнул, допустим, 8, 20 см - 8, 30 см - и вдруг прыжок Бимона на 8, 90 см. Запредельно, конечно, это сенсация, но такое бывает раз за всю историю человечества. А в футболе такое может происходить все время. Или бег. Ну, пробежали 100 метров за 10.00 - 10.02 секунды - мы восхищаемся. Но в футболе-то: там же постоянно сумасшедшие страсти, там нет «обычного», даже нет ни одной игры, похожей на другую.

О духовности футбола и спорта в целом. Она особая, эта духовность. Я уверен, что футбол - это крайне интеллектуальная игра, что настоящий футболист - тот, кто думает мозгами. Иногда спинным мозгом, но, безусловно, мозгом. Здесь свой интеллект, свое видение. Тот, кто не думает, не может быть хорошим футболистом, - это однозначно. Здесь очень большую роль играют врожденные качества. Они - определяющие. Чувство гола для бомбардира - это врожденная составляющая, оно, это чувство, еще больше развивается в результате тренировок, но в принципе это врожденное качество. Герд Мюллер из Германии всегда оказывался в том месте, где был нужен, - потрясающий игрок. Есть много других известных бомбардиров. Футбол, если говорить о духовности, это прежде всего самопожертвование. Человек футбола жертвует образованием, культурным в том числе, и еще многим-многим для достижения цели и результата. И тут на первое место выходит воспитание - в семье, в школе, в футболе. В профессиональном футболе на высоком уровне играют в большинстве своем порядочные люди (для меня это сомнению не подлежит), потому что сама среда, коллектив заставляют человека быть порядочным. Если человек непорядочный, он выталкивается из этого коллектива, его не воспринимают сами футболисты.

Типичный, обобщенный портрет футболиста? Все разные.

Великие в прошлом футболисты, как правило, редко становятся выдающимися тренерами? Тут типичный вопрос - вопрос личности. Хороший, гениальный футболист должен быть личностью. Точно так же, как тренер. Хотя тренер совсем не обязательно должен быть хорошим футболистом. Но есть два великих человека, которые на поле были личностями, - это Пеле и Круифф (Йохан Круифф из Голландии, который тренировал «Барселону») - они супертренеры и суперфутболисты. И Беккенбауэр становился чемпионом мира по футболу и как тренер, и как футболист. Круифф - гениальный тренер-футболист, Дино Дзофф - такая же ситуация.

Что касается распространенных стереотипов в отношении футболистов как баловней судьбы - да, наверное, это правда. Часть людей, увы, нередко смотрит на футболистов как на дармоедов, людей недалеких, для которых главное - это заработать деньги и повеселиться. К сожалению, порой это правда. Не для всех, конечно, но. есть. Я вспоминаю очень хороший пример из карьеры теннисиста Кафельникова, который попал на Олимпийские игры и стал олимпийским чемпионом. Он жил в Олимпийской деревне и был поражен теми людьми, которые четыре года метают молот или копье, метают беспрерывно - и все для того, чтобы приехать на Игры. О них никто, как правило, не пишет, они мало кому известны, никому не интересны, кроме небольшой группы своих коллег-метателей. О них узнают, только когда они выигрывают Олимпийские игры. Вот это труд гигантский! А в футболе это в еще более гипертрофированной форме. К сожалению, сегодня уже возникает вопрос цены и качества. Вопрос цены: сколько платят, вопрос качества: что они отдают. Сегодня в российском футболе налицо несоответствие цены и качества.

Мне очень понравилось, как сказал генеральный секретарь УЕФА Айгнер на открытии одной из футбольных выставок: футбол - это некая хрустальная небесная сфера, и если зрители поймут, что на них зарабатывают деньги, то футбол для них потеряет элемент привлекательности и романтизма, эта хрустальная сфера будет разрушена. То, что футбол - это бизнес, сомнению не подлежит, но во главе должен быть не бизнес, а этот романтический, мистический, магический компонент футбола - игра. И здесь очень многое зависит от телевидения.

Пока наше телевидение, к сожалению, отстает. Футбольные клубы премьер-лиги Англии делили два с лишним миллиарда долларов, у нас «чуть меньше», два миллиона долларов, делили все, кто играл в премьер-лиге. Вот и считайте: мы получаем от РТР в тысячу раз меньше, чем получила английская премьер-лига от Скай-ТВ, от Руперта Мердока. А это все отражается на качестве трансляций, на работе комментаторов. Комментаторов нужно готовить. Мне иногда непонятно, по каким критериям попадают на телевидение наши комментаторы, по каким критериям люди, не имеющие никакого представления о футболе, начинают судить, что тренеру нужно делать такую замену, а не этакую. Ну ладно бы это было на матче на первенство водокачки, но когда это в премьер-лиге, в Лиге чемпионов! Тут порой телекомментаторы оценивают себя неадекватно. Но ведь наша футбольная культура во многом зависит от таких горе-комментаторов!

Считается, что происходит финансовое притеснение наших футболистов, играющих за рубежом. Так было в девяностые годы. Сейчас этого уже нет. Ничего подобного сейчас нет. Играет себе Шевченко и получает сумасшедшие деньги. Играет хорошо, забивает голы, никто его не притесняет. Играет Мостовой и, слава Богу, ни на что не жалуется. Играют и другие. Наши футболисты и у нас сегодня получают неплохие деньги, и уже к нам едут из Бундес-лиги. Вот, например, у нас клуб впервые заимел игрока из шведской лиги. Он не захотел играть в Швеции, у нас условия оказались лучше, чем в Швеции, - он и приехал к нам. Наоборот, я считаю, что у нас в стране сейчас у футболистов неоправданно большие ставки, - вот почему сегодня для многих в финансовом отношении выгоднее играть здесь.

Кто такой футболист: шоумен, спортсмен, гладиатор? Конечно, спортсмен, но как нормальный спортсмен он должен понимать, что футбол - это гигантский PR, это шоу. Это прекрасно понимает Бекхэм - им, его имиджем занимается целая PR-компания. И это прибавляет денег и ему, и все тем, кто вокруг него.

Кто такой футбольный тренер? Типичный портрет тренера у нас: матерящийся, выскакивающий на футбольное поле, гримасничающий, жестикулирующий, бьющий ногой по стульям человек. Это человек в большинстве своем малокультурный, малообразованный. Вот почему я, например, в свой клуб попытался пригласить тренера с европейским менталитетом, который играл в «Ювентусе», в Японии, в Швеции, - Сергея Алейникова.

Футбольный меценат - это тот человек, который помогает бескорыстно футболу, ветеранам, детям. Могу привести пример, кто у нас футбольный меценат: Павел Павлович Бородин. Абсолютно бескорыстно помогает различным детским турнирам!

Футбольный чиновник? Слово «чиновник» - от слова чин, да? Ну, если так, то чиновник - это человек, который соответствует на сегодняшний день своему чину. Есть у нас сегодня такие профессионалы. Колосков Вячеслав Иванович, например, прекрасный футбольный чиновник. Тукманов, Толстых, Мутко - это футбольные чиновники высшего ранга.

С менеджерами у нас пока слабо обстоят дела в футболе, да и в спорте в целом. Сейчас открыта первая в стране Высшая школа футбольного менеджмента, я ее президент. Мы ее основали вместе с МЭСИ, Университетом экономики, статистики и информатики. Состоялось уже два выпуска футбольных менеджеров. Серьезную поддержку в этом деле мы получаем от Российского футбольного союза, от Профессиональной футбольной лиги. В основном набираем директоров футбольных клубов и тех, кого они считают нужным направлять к нам. Первый курс повышения квалификации: программа рассчитана на 72 часа - это специально по футболу, конкретно только футбольная программа. И есть программа на 520 часов - это уже менеджеры высшей квалификации. Лекторы - это и зарубежные специалисты из УЕФА и ФИФА, и наши ведущие юристы, экономисты, маркетологи, специалисты в области PR.

Кто такой футбольный болельщик? Футбольным болельщиком может быть кто угодно, любой, кто любит футбол и болеет им.

Основные проблемы мирового футбола? Если глобальные, базовые, то это искусственно завышенные, неподкрепленные финансово-хозяйственной деятельностью бюджеты; футбол сам себя не окупает во многих странах (исключения редки - например, в Англии).

Главная проблема российского футбола - это несоответствие тех денег, которые в футболе крутятся, и качества футбола. Есть ли выход из этого? Да, это повышение общего уровня экономики в стране.

Выход из проблем нашего российского футбола - создание государственной комиссии по развитию футбола. С привлечением правоохранительных органов в том числе. Создание и усиление роли менеджмента в области футбола, создание специальных программ по подготовке тренеров и специальной государственной программы по развитию детско-юношеского футбола. И неважно, при ком эта государственная комиссия будет функционировать: при правительстве, при Думе или будет самостоятельной. Главное, чтобы она работала при той структуре, которая бы реально воплощала эту государственную программу развития футбола в стране. Это или президент, или правительство. Скорее всего, правительство, потому что президент у нас на горных лыжах катается, а футбол. я не думаю, что он понимает, что все-таки футбол - это спорт № 1 в стране. Такая вот ситуация.

Алексей Агранович

Режиссер-постановщик,

футбольный обозреватель на телевизионном канале «Спорт»,

игрок и болельщик

Главное в футболе - непредсказуемость

Я не знаю всех тонкостей того, почему эта игра притягательна для человека. Думаю, что притягательность футбола прежде всего в том, что он - игра с достаточно понятными правилами. Игра, которую ни в коем случае нельзя назвать примитивной, но в то же время достаточно простая, то есть доступная человеку, не страдающему никакими физическими патологиями (хотя при желании доступна и таким людям). Итак, футбол - простая игра с понятными правилами.

Футбол как вид спорта зародился, по официальным версиям, в Англии. Англия тогда была экономическим центром Европы, и футбол уже тогда стал частью бизнеса, предметом коммерции. В него стали вкладываться деньги, и это, безусловно, не могло не сказаться на популярности этой игры, во всяком случае, в Европе. Я не очень знаю ситуацию в Южной Америке, но в Европе - точно. Я думаю, что простота, возможность одновременного участия большого количества игроков, некоторые усилия по популяризации и экономические вливания сделали футбол популярным, каким он является и сейчас.

Футбол - игра, которая не требует практически никаких особенных условий. Гольф, например, требует идеальных травяных поверхностей, а в футбол можно играть где угодно: на песке, на асфальте, на любом пятачке с условно обозначенными воротами. Доступность, я думаю, еще одна из важных причин популярности футбола.

Я родился в семье, где футбол почитали. Мой отец очень любил футбол, он вообще был спортивный человек. Вот лишь одно из первых воспоминаний: мне, наверное, три с половиной - четыре года, и мы с отцом выходим во двор на Бутырской улице гонять футбол. Там росли деревья, которые автоматически становились воротами, а футбольным мячом был любой мяч, который выносили во двор мальчики. Наверное, это была единственная игра, в которую мы могли тогда играть, потому что там не было ни волейбольных сеток, ни баскетбольных колец. У меня и получаться что-то начало в раннем детстве. Я довольно быстро стал играть лучше своих сверстников, а позже даже и лучше тех, кто был старше меня.

Это было время культа футбола. Я проводил большую часть свободного времени на площадках, потом на стадионе у метро «Аэропорт». Я знал все места в округе, где можно было играть в футбол, я играл по два, по три раза в день. Потом пошел специально заниматься футболом, но меня сначала не взяли. потом взяли, потом отчислили. Так получилось, что я вообще бросил заниматься футболом. Но футбол все время был у меня внутри. Я разыгрывал про себя какие-то чемпионаты, представлял: мы сегодня играем с тем-то, завтра с тем-то; у меня была своя воображаемая команда, в которую входили футболисты, которых я любил, и какие-то выдуманные персонажи, среди которых всегда был я. Ложась спать, я представлял, что мы переезжаем из одного города в другой. Иногда мы «выезжали» на чемпионаты мира. Были мысленные интервью, разборы, как кто должен играть в этой команде, ее состав и все, что окружает футбол, все, что мы тогда знали, глядя на советский спорт. Это была какая-то другая жизнь, и она продолжалась довольно долго, я думаю, до окончания школы. Я был достаточно инфантильным юношей, и мне это все очень нравилось. Никто посторонний не попадал в этот мир, я никогда об этом не рассказывал: мне было как-то неловко, стыдновато.

Это даже не с отца - с деда началось. Я сейчас вспоминаю, что он меня водил гулять в Тимирязевский лес, и мы играли, как взаправдашние футболисты: вот мы идем на тренировку, а сейчас мы на сборах, потом идем обратно. Бабушка ждет нас, значит, футболистам уже готовы оладьи с яблоками. Вот такая была игра, и она во мне так и осталась.

Сейчас я занимаюсь футболом немножко иначе: веду программы на телевидении, на канале «Спорт». А это уже другое амплуа. Скажу честно: чем больше я погружаюсь в реалии российского футбола, тем меньше хочется погружаться глубже.

После школы я начал работать на студии «Мосфильм» бутафором-декоратором в отделе декоративно-технического снабжения. На «Мосфильме» была площадка, на которой проводили первенство по футболу среди цехов и других подразделений, и в первый же год меня взяли в сборную нашего ДТС. В тот год мы выиграли чемпионат «Мосфильма». Потом меня пригласили играть в команду, которая каждое воскресенье играла на стадионе в Олимпийской деревне. Туда иногда приходили Никита Сергеевич Михалков, Александр Александрович Пороховщиков, оба заядлые любители футбола, и еще много-много разных замечательных людей. Леонид Ильич Верещагин, например. Там был костяк мосфильмовской сборной (даже после армии я ходил туда играть - еще, наверное, года два, пока учился во ВГИКе). Мы выезжали на какие-то товарищеские встречи. Как-то меня пригласили в сборную «Мосфильма», и мы поехали на турнир в Петербург, где участвовали «Мосфильм», студия имени Горького и, по-моему, Одесская киностудия и «Ленфильм». Мы жили в гостинице, играли на стадионе «Нева».

Потом была армия. Я служил в городе Приозерске, это на Ладожском озере, часа три от Санкт-Петербурга. Футбол и там мне, надо сказать, помог, потому что я играл за сборную части (практически я сам эту сборную и сколотил, потом сделал и сборную нашего соединения). А игра в сборной - это разъезды, достаточно вольная жизнь. Несмотря на некоторое удивление нашего командования, мы даже заявились на первенство области, пару игр выиграли, пару сыграли вничью, большую часть, естественно, проиграли. Помню, выехали в Сосново (два часа на электричке) - ну это же просто отпуск! Там был какой-то стадион в лесу и туча комаров. Кусали, как сволочи, поэтому бегать приходилось очень быстро!

Потом вернулся, поступил во ВГИК на актерский факультет, и в первый же год сборная нашего факультета выиграла чемпионат ВГИКа. Мы играли в совсем маленьком зале - это был даже не мини-, а супермини-футбол. Но очень азартный! За нас приходили болеть, я помню, Филипп Янковский, кто-то еще. В финале мы обыграли сборную педагогов и аспирантов.

Потом я, естественно, играл за сборную ВГИКа, потом меня пригласили в ЦСКА (Центральный спортивный клуб актеров). Занимался ей такой Виталий Павлов. Мы собирались в ЦСКА, в манеже, тренировались раз в неделю, играли какие-то товарищеские игры. У нас был тренер Шапошников. Там я познакомился с ребятами, которые впоследствии создали театр «Квартет И». С этим театром мы до сих пор дружим, у нас есть несколько проектов, должна быть совместная программа на телевидении. Мы дважды выезжали на «Кубок 19 августа», он разыгрывался в Санкт-Петербурге и был посвящен трагическим событиям путча 1991 года. Это был турнир, в котором сначала принимали участие четыре сборные: бизнесменов, журналистов Петербурга, мы и не помню кто еще. Когда мы второй раз приехали на этот турнир, у нас в группе оказалась сборная ростовской таможни. Мы знали наших московских таможенников, часто играли с их командой. Кстати, там и генерал Драганов играл тогда, и Юрий Владимирович Михайличенко (генералы играли очень неплохо). У нас в команде были ребята интеллигентные, что в футболе довольно большая редкость: актеры, два музыканта из оркестра театра Маяковского. И вот эта наша командочка вышла играть первый матч с ростовчанами, команду которых возглавлял Василий Алексеев, великий чемпион-тяжелоатлет. Мы как-то случайно быстро забили гол, они сравняли, а во втором тайме выпустили ну просто основной состав ростовской СКА. Минут за пять до конца Шапошников меня выпускает, и на последней минуте (этого я никогда не забуду!) я забиваю гол, причем головой. Сравниваем счет и, пока бежим к центральному кругу, - финальный свисток. У тех шок, у нас у самих шок, потому что у нас играют Пашутин Александр Сергеевич, Володя Стеклов, которым уже на тот момент было за пятьдесят, еще какие-то артисты-футболисты. Потом там начались какие-то интриги: Виталий Павлов вдруг пришел и сказал, что мы должны проиграть. Мы проиграли сборной петербургских бизнесменов, где нас засудил арбитр. И третья игра - мы ее играли в Павловске. Игру наши сдали. После этого я никогда в жизни не приходил в эту команду: я в эти игры не играю.

С ребятами из театра «Квартет И» мы придумали турнир по мини-футболу - как раз приближалось 60-летие Дома актера. В этом турнире должны были играть актерские команды московских театров. Я нашел спонсора, компанию «МТС - Мобильные Телесистемы» (он пробыл с нами семь лет). В первом турнире принимало участие восемь команд, из которых театральных было шесть. Была еще команда Фестиваля «Поколение» (Степан Полянский) - Вы, наверное, знаете: это частично команда «Старко» (команда звезд эстрады). Во втором турнире у нас, если мне не изменяет память, было уже шестнадцать команд, а начиная с четвертого - не меньше тридцати двух. И это были уже только московские театры. Первые два турнира у нас играл Фестиваль «Поколение» (оба раза становился чемпионом) и МТС.

После этого мы сказали: всё, теперь будут играть только театры, и вот уже семь лет в России проходит специализированный «театральный» футбольный турнир. Уже сам этот факт не может не радовать. В этом году МТС финансировал наш турнир последний раз, осенью будем заниматься поиском нового спонсора. Я думаю, что найдем, в общем-то, это не так сложно.

За рубежом, насколько я знаю, есть команды, подобные «Старко», где собраны исключительно звезды. У нас тоже есть сборная, мы периодически собираемся, иногда играем с кем-то. Это можно было бы поставить на такую же основу, как и старковская команда. Но, честно говоря, в моем ближнем окружении нет людей, которые были бы готовы посвятить свою жизнь «раскрутке» этого дела.

Мы провели один турнир - он назывался «Футбольный бенефис». У меня тогда была продюсерская компания «Шаровая молния», и мы сделали турнир, в котором принимали участие актерские сборные России, Украины, Грузии, и еще маленький турнир, отборочный. Победила в этом турнире, по-моему, четвертая команда «Сатирикона». Украинская и грузинская команды были составлены по нашей инициативе. Мы им предложили приехать, пообещали взять все расходы на себя. Они собрались и с удовольствием приехали. Футбол был так себе - мы легко выиграли этот турнир. Но потом был замечательный вечер, на котором были два прекрасных грузинских актера - Кахи Касадзе и покойный Мамука, молодые ребята украинцы, Леша Горбунов. У нас после каждого театрального турнира в Доме актера проходит торжественная церемония закрытия, и на этих мероприятиях полные залы - не только футболисты, но и артисты, и их друзья. В календаре Дома актера есть наша дата. Есть поклонники таких встреч.

Я, честно говоря, не думаю, что у актеров какая-то особая тяга к футболу - точно так же играют и водители, и милиционеры, и кто угодно. Просто актеры люди публичные, поэтому к ним внимания побольше.

Естественно, у публичных людей тяга к публичным людям. В этом и состоит секрет дружбы, тяги футболистов и артистов друг к другу. Это вообще очень схожие профессии, по сути своей схожие: и те, и другие занимаются делом, которое не имеет никакого смысла, если нет зрителей. Те и другие играют на зрителя, хотя и в разных жанрах. Те и другие создают шоу.

Актер способен себе очень многое вообразить. Плохой артист отличается от хорошего тем, что плохой просто изображает, а хороший переживает то, что изображает в данный момент. Когда ребята выходят в форме на футбольное поле, да вокруг них еще болельщики - можно догадаться, что происходит в их воображении, как они настраиваются в раздевалках, как тренируются (а у них есть свои тренеры, например, Валерий Баринов из Малого театра - он тренер в «Дельбоне», то есть наш национальный тренер). Баринов у нас - это такой Юрий Павлович Семин, они и похожи с Юрием Павловичем. Есть Костя Райкин - он не тренирует, он просто сидит и смотрит на свою команду, черный, как. как не знаю что. Если его театр проигрывает, он так тихо уходит, если выигрывает, он только чуть светлее становится.

Там и женщины есть.

Есть театр Терезы Дуровой - клоунада, где много ребят из Грузии. Они все очень эмоциональные, у них все поставлено на «профессиональную» основу и так естественно получается! У них обязательным является приход на трибуны, даже если ты не играешь в команде. Это все игра, возможность поиграть в любимый с детства футбол, все безболезненно, тебе за это ничего не будет. Плюс еще там все условия приближены к идеальным. Мы об этом заботимся, потому что для артиста вообще очень важны аксессуары игры. Поэтому всякие там раздевалки, вода, фрукты, комментаторы, музыка, кубки, призы, камеры - все по-настоящему.

Сейчас я веду передачу на канале «Спорт», я - соведущий программы «Футбол России». Пришел туда одновременно с открытием канала, 12 июня. Пришел по одной простой причине: меня пригласил генеральный продюсер этого канала Василий Кикнадзе, мой товарищ, который знал, что мы давно что-то этакое хотели сделать (я в свое время пытался пробить футбольную программу на НТВ, но не получилось). Потом мы познакомились с Васей (тогда он еще не работал ни на одном из каналов, но пытался что-то придумать), и с открытием канала «Спорт» он мне предложил этим заниматься. Я, честно говоря, до сих пор не очень там уютно себя чувствую, но если не произойдет ничего, то до 1 ноября, до конца этого чемпионата, я еще поработаю, а дальше посмотрим.

Главное в футболе, намой взгляд, - это, конечно, сама игра и ее непредсказуемость, все остальное является производным. Конечно, непредсказуемость, потому что при всем моем глубоком уважении и любви к высокому искусству трудно себе представить какое-либо зрелище (если относиться все-таки к искусству как к зрелищу), сравнимое с матчем «Бавария» - «Манчестер-Юнайтед». Это чудо не готовится, не репетируется, а происходит вдруг, на глазах у сотен миллионов людей, и мы видим этих людей, с которыми это чудо случилось; мы видим людей, которые это чудо сделали; мы видим, что происходит с ними, - это дорогого стоит. Это невозможно поставить как спектакль - это настоящая жизнь, а все остальное есть просто попытки эту жизнь смоделировать. Хотя, конечно, в искусстве есть вещи, которые невозможны, недостижимы в футболе. Непредсказуемость - вот главное в футболе.

Что же такое футбол? Понимаете, все зависит от того, кому вы этот вопрос задаете. Я очень ярко могу представить себе людей, которые убедительно аргументируют ответ на этот вопрос, используя каждую предложенную вами подсказку. Для меня это - игра. Канал для выхода агрессии - это вряд ли. Игра! Игра, спорт, зрелище.

Можно ли манипулировать массами с помощью футбола? Ну, в таком случае надо говорить, что Вагнер имел отношение к становлению фашизма, а Бетховену мы обязаны Октябрьской революцией. Футбол - это явление социальное, явление, с которым можно обращаться как угодно: его можно любить, можно ненавидеть, его можно использовать. С помощью футбола, безусловно, можно манипулировать так или иначе обществом. Можно, только в России это делать, слава Богу, сложно. Вообще-то у нас очень любят взять и чем-нибудь поманипулировать, но у нас это сложнее, потому что у нас в футбол не очень хорошо играют, и это не настолько массовое зрелище, как, скажем, в Бразилии или Италии, в Испании.

У нас общество не заражено футболом, это я точно могу сказать. Мы в начале прошлого сезона, вернее, до прошлого сезона, пришли в «Локомотив» и предложили им немножко попробовать поработать вместе: команда замечательная, все есть, стадион вот-вот откроется, а болельщиков нет. Мы предложили им работу, конечной целью которой было увеличение числа болельщиков команды. Мы проводили своеобразное исследование, с помощью которого пытались, с одной стороны, измерить на данный момент ситуацию, кто за кого болеет, то есть просто узнать привязанности московских болельщиков, а с другой стороны, пытались вообще сформулировать механизм формирования пристрастий, предпочтений у болельщиков, то есть выявить, почему, как человек начинает болеть за ту или иную команду, устойчивость этих предпочтений. Мы выяснили для себя, что вообще спортом активно интересуются в нашей стране - в Москве, в частности, где-то около 60% населения. А из них 32% интересуются футболом. Нетрудно подсчитать, что футбол интересен лишь 20% населения. Естественно, что число активно занимающихся еще меньше. То есть мы можем говорить о пассивном отношении к футболу.

В этой связи о манипулировании с помощью футбола массовым сознанием, обо всех этих фанатских жестокостях, драках, о том, что творилось 9 июня на Манежной площади, скажу так: конечно, это провокация, конечно, это манипуляция. Конечно, это устроили не просто сто отморозков! Конечно, это кому-то нужно. Это началось, по-моему, с того момента, когда деньги пришли в нашу жизнь. Из двух братьев, Моисея и Аарона, которые, согласно Библии, выковали золотого тельца (Моисей пошел вверх за скрижалями, а Аарон вниз), к нам быстрее дошел второй. Что уж говорить о футболе! Эта игра, я в этом абсолютно убежден, уж если не полностью нечестная, то давно коррумпированная, игра с предсказуемыми результатами. И чем слабее футбол, тем больше соблазнов влиять на это, тем легче это делать, и мы в этом смысле далеко не оригинальны. Достаточно посмотреть на турнирную таблицу первенства России!

Насчет мифов. Раньше было, да. Сейчас для того, чтобы формировались мифы, должно быть соблюдено одно из двух, а лучше два следующих условия. Первое: легенда может стать мифом, если футбол превратится в поистине массовую игру, овладеет очень большим количеством людей, как, например, в Испании, где первенство страны собирает у телевизора миллионы людей, - вот тут действительно ажиотаж, вот тут легко создаются мифы. Миф, распространенный среди трех с половиной тысяч болельщиков московского «Локомотива» да еще пятнадцати тысяч активных болельщиков остальных клубов, - это не миф, это, как сейчас говорят, «телега». Второе условие для мифотворчества: должно быть тоталитарное государство, которое с помощью футбола создает какие-то мифы. Лучше всего, когда одно сходится с другим. Я думаю, что основные мифы пришлись на послевоенные сороковые годы, когда был подъем интереса ко всему, к жизни в целом. Вот уж тут футбол работал! Тут люди шли прямо на «Динамо»! Потом все это медленно, медленно откатывалось, и к семидесятым годам, насколько я представляю, уже почти ничего и не осталось. Да, Лев Яшин в шестидесятых был последней легендой.

Можно ли познать мир с помощью футбола? Не думаю. Я думаю, что есть люди, способные мыслить системно, а системно мыслящий человек в каждый определенный момент своей жизни имеет в голове, как ему кажется, устоявшуюся систему мира, то есть свое представление о мире. Эту систему он все время тестирует, проверяет внутренне, задавая какие-то вопросы, и как только не получает ответа, он начинает искать его. Когда ответ находится, эта система несколько видоизменяется, преобразуется в его голове. Вот и футбол - это, в общем-то, определенный срез жизни, субъективное представление о мироустройстве. Если ваше представление о мире правильное, то в него может вписаться любое явление, вы можете сопоставлять. Но человек, интересующийся только футболом или в основном футболом, вряд ли сможет получить объемное, объективное представление о мироздании.

У футбола есть удивительные законы, но законы как приметы. Я имею в виду не правила, а те философские законы, которые, наверное, можно попытаться проследить в футболе. Это законы общечеловеческие. Если очень сильно упрощать, они сводятся к знаменитому штампу: не забиваешь ты - забивают тебе. Это же ведь не только в футболе, это везде. Это формула человеческих взаимоотношений. С естественной человеческой психологической слабостью умеют бороться единицы.

Философия российского футбола для меня загадка. Даже не загадка - я приблизительно понимаю, что это такое. Футбол же часть общества, он отражает очень многие социальные явления, он не существует отдельно от общества. Ничего не существует отдельно. В этом смысле футбол абсолютно не исключение. Вот он все и ставит с ног на голову, как все в нашей жизни с некоторых пор встало с ног на голову. Привычные причинно-следственные связи не работают ни в нашей жизни, ни в нашем футболе. У нас очень много вещей, которые людям из состоявшихся социальных групп покажутся просто абсурдными. Например, у нас сегодня люди получают сумасшедшие деньги, не вложив ни рубля. Я не против, чтобы люди получали большие деньги и вкладывали их в полезные дела. Это замечательно, это прекрасно. В этой ситуации мне понятен Абрамович: если у тебя есть полмиллиарда долларов, зачем их вкладывать в российский футбол! .Эх, построить бы на них тысячи детских футбольных площадок и раздать в каждую семью по футбольному мячику! Вот это было бы правильно, из этого что-то потом может получиться. А вкладывать в российский футбол?! Никто же ничего не вкладывает - либо воруют, либо «отмывают».

Я общался с разными людьми и представляю себе вообще, как устроен менталитет европейца или, скажем, того же бразильца. Никто не проводит внутренней параллели между успехами футбольной сборной и могуществом свой страны. Вообще идея, что мы лучше всех, - это идея тоталитарная. А тоталитарных государств у нас с вами на Земле уже почти не осталось. Да, мы были последним крупным тоталитарным государством - ну если не брать Ирак или Кубу. В тоталитарном государстве эта идея превосходства нации - она есть, а идеи превосходства одной нации над другой сегодня в Европе не существует, это видно даже по карте, по шенгенской визе. Мне жалко, что больше нет гульденов или лир, а есть евро, мне кажется, что-то все-таки теряется. Но в этом есть как бы правда, это, так сказать, вещи культурного уровня.

Да, конечно, футбол нужно и можно считать явлением культуры. Хотя бы потому, что девушки, когда смотрят футбол, например чемпионат мира, говорят, что вот у итальянцев самая лучшая форма. А девушки - это лучшие дизайнеры. Но это я говорю об элементах повседневных, бытовых. А если говорить про культуру боления, про то, как поет стадион «Сансиро» (мне там удалось побывать в этом году с «Локомотивом»), - это нечто большее, чем певческое поле в Эстонии. Так никогда в жизни не споют стотысячные «Лужники» - не поется как-то. И вот это, безусловно, какой-то культурный срез, это какое-то культурное зеркало жизни.

Первый раз я попал на настоящий футбол в Англии в 1995 году, тогда в Лондоне на «Хайбери» («Хайбери» - стадион «Арсенала») «Арсенал» играл полуфинал Кубка кубков с «Сампдорией». Весь стадион стоит, идет разминка, на табло показывают какие-то голы, каждый бывший гол - взрыв эмоций. Тут - итальянцы, за воротами - англичане. Какой-то хаос! Свисток судьи, первое касание по мячу - и весь стадион садится. Все как один. Где-то в подкате к центру поля полузащитник из-под ноги другого полузащитника выбивает мяч в аут - стадион разражается аплодисментами: человек сделал то, что он хотел, у него это получилось, это заслуживает аплодисментов, и если, не дай Бог, кто-то встал, то за ним встают все. Это культура. Это не только футбольная культура страны - здесь можно говорить вообще о культуре страны. Глядя на футбол, можно сказать, кто и как относится к самому себе. Это первый признак культуры.

По футболу я могу точно сказать, что из себя представляет нация. Возьмите грузинский футбол. Он всегда был потрясающе красивый - даже когда, например, тбилисское «Динамо» (в некоторые периоды) особенно не отличалось. КПД полезности грузинской деятельности заключалось в вашем эстетическом впечатлении от того, как игрок это делает. Да, что он делает, уже неважно - важно как. И это видно всегда, и мне это милее, чем то, что я вижу у нас на поле.

Я вообще глубоко убежден в том, что есть вещи, в которых мы пытаемся конкурировать только по своей исторической заносчивости, между тем как конкурировать нам в них бессмысленно. На мой взгляд, ни наш кинематограф, ни футбол российский в ближайшие десятилетия не изменятся. По потенции, по векторам не похоже на то, чтобы российское кино переплюнуло американское: слишком сильное отставание в технологиях, в подходах, во всем. То же и в футболе. Не будем мы никогда играть, как бразильцы, - это понятно. Правда, в мировой культуре есть такой феномен - индийское кино. В Индии снимают восемьсот фильмов в год, и никакому Голливуду это не снилось. Но нигде, кроме Индии, это кино не смотрят (ну может в каких-то сопредельных государствах). При этом индийское кино - это успешный бизнес и это, безусловно, закладка фундамента: чтобы потом сделать шаг вперед, надо сначала заняться субкультурой. Не надо нам того, что делают Газзаев, Романцев, -люди из-за этого, как видите, спиваются. Они не выдерживают. Бедный Романцев! Жалко Олега Ивановича, потому что от него прямо все ждут чуда. Откуда? Он же не Бог. Ты с собой сначала разберись, здесь, внутри. Это субкультура, безусловно. Тем более, что она никому кроме нас не нужна.

Я даже не знаю, почему я футбол предпочитаю другим видам спорта. Наверное, просто потому, что это как-то из детства. Но ведь хоккей, баскетбол, волейбол - тоже игры непредсказуемые. Просто в игровых видах спорта футбол, пожалуй, один из самых ярких: там возможно чудо, там очевидно более слабый вдруг может выиграть у сильнейшего. Это почти невозможно в индивидуальных видах спорта: в бадминтоне или настольном теннисе, в борьбе, в боксе. А в футболе достаточно двух-трех за игру таких стечений обстоятельств, чтобы вдруг сборная Бразилии проиграла команде Швейцарии со счетом 1:2. Это возможно, и на это чудо надеяться можно. Собственно, из-за этого, из-за непредсказуемости, футбол и есть чудо. Вспомните, «Бавария» - «Манчестер» в финале Лиги чемпионов: «Бавария», проигрывая за минуту до конца 1:0, выигрывает в дополнительное время. 99% людей ответит «нет», только один процент скажет «да» - и такое в футболе бывает!

В любом человеке есть труд и талант. Если у вас нет таланта, то, как бы вы ни работали, вы все равно не станете великим футболистом. Если вы не будете трудиться, имея талант, у вас больше шансов преуспеть, чем у других, но, как правило, ничего не получается. Но когда человек свою жизнь посвящает тому, чтобы трудом развить свой талант, то с ним случаются такие моменты, он переживает такие мгновения высочайшего возбуждения, когда у него вдруг открываются все энергетические клапаны, когда он вдруг воспринимает все необычно, начинает чувствовать острее. Вот это и есть то, что, наверное, называется вдохновением, и это бывает в спорте, безусловно. Помните, был такой финальный прыжок в длину американского атлета Бимона на Олимпийских играх в Мехико в 1968 году: он прыгнул на 8 м 90 см. Это было один раз в жизни, он больше никогда так не прыгал, и так никто еще двадцать лет прыгнуть не мог. Что это такое? Это чудо! Это вдохновение! А Марадона, который мог почти всю игру не играть, а потом брал мяч и обводил шестерых (!) соперников! Смотришь, вроде ничего особенного не делал: он же не перепрыгивал через противников с этим мячиком, не делал каких-то чудо-обводок - а вот обошел всех шестерых, прошел, как нож сквозь масло, и в итоге гол. Это разве не вдохновение, не чудо?!

А Федор Черенков?!

Были у нас футболисты - вот я их больше всего и любил - у которых, может быть, не хватало трудолюбия, но. У меня в юности был вообще кумир - Игорь Добровольский. Этот футболист у меня вызывал просто восторг: в этом человеке было все, что должно быть у футболиста. Мишель Платини! В принципе, это были явления одного порядка. Игорю, видимо, не очень повезло в жизни: он родился в не очень футбольной стране и большую часть своих сил потратил на то, чтобы выжить. Такой человек всегда сложно устроен. С ним не договоришься, как с каким-нибудь Шавейко, не получится. У нас же было всё, как в армии, все под одну гребенку. Поэтому у нас и звезды так быстро меркли. поэтому великий Кипиани мог быть звездой мирового уровня, а не стал. В футболе были великие тренеры -Якушин, еще кто-то, но фигур, сравнимых по своему масштабу, интеллекту и мощи с хоккейными тренерами Тарасовым, Тихоновым, Чернышевым, в футболе в последнее время не было.

В актерском деле очень редко, когда хорошие актеры становятся хорошими педагогами. Я не могу объяснить механизм этого процесса, но это действительно так. Футболист тоже, но футбольный тренер у нас - главная беда нашего сегодняшнего футбола. И это, по-моему, из-за отсутствия тренерской школы. Мы все еще вспоминаем Аркадьева, по его конспектам пытаемся писать какие-то учебники, тренировать. А уже давно все по-другому. Я думаю, что если бы ситуация позволяла, скажем, отдать тот же «Локомотив», тот же ЦСКА, да и «Спартак», «Динамо» в руки грамотных, хорошо обученных иностранных тренеров, но если бы при этом не вертелись вокруг вездесущие функционеры и не решали бы проблемы личных контрактов футболистов, не принимали бы решений, куда девать деньги и как их правильно использовать, - вот если бы все это вдруг прекратилось, то, я думаю, все было бы по-другому. У нас ребята-то, в принципе, неплохие, талантливые. А если бы еще детей начали учить иностранцы - вот это было бы совсем хорошо! Тут надо что-то еще менять и в головах наших тренеров, и менеджеров, и функционеров.

Я не знаю, что сказать по поводу зависти и ненависти к футболистам. Она может исходить от представителей тех видов спорта, в которых просто иные заработки. Но. Вот почему-то, например, средний хоккеист - даже не так: просто процент людей, говорящих и мыслящих на должном уровне среди хоккеистов, - выше, чем среди футболистов. Это правда. И про баскетболистов можно сказать то же самое. Я все пытался понять почему, говорил на эту тему с друзьями. Ответ такой: футбол, несмотря на то, что это игра коллективная, проходит на очень большом поле. Там разделение на защитника и нападающего гораздо заметнее, чем в хоккее, потому что у каждого свой квадрат, за который он отвечает, и он должен выполнять в этом квадрате определенное количество технико-тактических действий, которые в результате являются как бы «его» игрой. Если он хорошо их выполняет, то хорошо. Так что футбол - это достаточно монотонная вещь. В хоккее, например, скорость мышления определена самой игрой (и сама игра, и поэтому скорость мышления значительно быстрее), и это не может не сказываться на человеке, на его личности, на его интеллекте. Представьте себе кино. Есть камера, вы сквозь нее смотрите на мир, на события. Но вы же можете эту камеру поднять, переставить, перейти с ней на другое место и посмотреть на мир, на явление с другой стороны. Чем больше как бы таких точек, на которые человек может поставить свою камеру и посмотреть через нее в каждый данный конкретный момент времени; чем более искренне он убежден, что активно участвует в процессах, в событиях, - вот если человек обладает такой способностью, он, так сказать, в большей степени личность, чем человек, не обладающий такой способностью. Это применимо к хоккеисту, например, потому что он носится по этой площадке, смотрит на игру со всех сторон, участвует в ней. А футболист? Он когда еще забежит на штрафную площадку! Ковтун еще забежит, ладно, а как быть Филимонову!? Кстати, вратари потолковее, чем полевые игроки: они один на один все время, они интроверты в большей степени, с ними интересно.

Меня пугает то, что чем старше становится человек, тем он консервативнее. Меня пугает то, что те деньги, которые сейчас существуют в футболе, должны же все время расти! Эта ситуация должна развиваться, как всякий бизнес. И поэтому могут произойти какие-то изменения в структуре соревнований, в структуре национальных первенств, международных турниров, которые абсолютно нарушат и изменят наше устоявшееся представление о том, как это должно быть. И наши дети об этом даже задумываться не будут, а мы вроде как потеряли то, что имели. Меня это пугает, но это скорее проблема не футбола, а моя личная, мое личное ее понимание.

О других проблемах футбола. В 1990 году (чемпионат мира в Италии), в 1994 году (чемпионат в Америке), когда забивали по одному голу за три игры, казалось, что вдруг пропала сама игра, что мировой футбол в кризисе. Но позже выяснилось, что футбол жив, - он как-то сам себя превозмог, он как бы немного переродился за эти четыре-пять лет. Он превратился опять в совершенно замечательную игру, но уже на принципиально других скоростях. Конечно, мы уже никогда не увидим сборную Франции образца 1982 года, но такой игры и быть не может. Все изменилось: теперь у нас уже есть Интернет - письма, например, доходят за секунду. Поэтому и все должно быть гораздо быстрее! Но вот футбол как игра - жив. Футбол жив - это точно! Он преобразовался, окуклился и превратился в бабочку; потом, видимо, будет еще что-то, еще что-то, еще что-то. Но мы сами, к сожалению, не так будем быстро развиваться.

Я сразу представляю себя на месте Колоскова и начинаю думать о каких-то действиях, которые надо совершить, а потом понимаю, что я долго не проживу просто физически, если начну предпринимать эти действия. А поэтому, будучи реалистом, я понимаю, что только время все вылечит. Нельзя вырастить непьющего мальчика, у которого родители хронические алкоголики, - не получится, чуда не случится. Мне кажется так. Но вообще-то, по-хорошему, нужно заняться серьезным финансированием уже набившего оскомину детского футбола. Вот здесь я пошел бы по стопам Петра I. Я бы не пытался изобретать кораблестроение, если его уже изобрели и у них это неплохо получается, - значит, надо перенимать опыт. Надо приглашать сюда другие школы. Нужно создавать свои. Пытаются это делать, пытаются. Мой опыт общения с «Локомотивом» (я знаю приблизительно ситуацию в других клубах, с кем-то общался) показывает, что «Локомотив» отличается от других клубов в лучшую сторону. Мне очень симпатичен Юрий Павлович Семин. Я не знаю всей подноготной, но понимаю, что там наверняка есть что-то, чего мы с Вами не знаем, да и знать, наверное, нам не надо. Но этот человек искренне симпатичен мне и как личность, и как тренер. Из президентов мне наиболее симпатичен Филатов, тоже бывший футболист. У нас же все бывшие футболисты занимаются всем этим, что тоже, в общем, не совсем правильно.

Кстати, еще одна вещь: я бы, будь моя воля, открыл школу футбольных менеджеров. Это правильно, потому что это наука. Пригласил бы в нее иностранных педагогов, отобрал бы достойных кандидатов. Сделал бы школу бесплатной. Для этого нужно финансирование, но на разумные вещи, мне кажется, деньги найти можно.

Александр Асмолов

Доктор психологических наук, профессор, заведующий кафедрой психологии личности МГУ, редактор нескольких научных журналов, публицист, общественный деятель

Футбол - правила для беспорядка?

Существует ли секрет притягательности и популярности футбола? Относительная загадочность футбола связана с тем, что многие люди могут представить себя на месте играющих и вместе с ними пережить остроту соревновательных сюжетов футбола: оказаться нападающими, защитниками, вратарями. Тем самым они достраивают те линии жизни, которые не получаются у них в реальности. В этом контексте футбол выступает в роли своего рода кумира, своего рода Бога. Герои футбола становятся идеалом, примером для подражания. Это не просто герои футбола - это ты, нашедший себя в таком герое.

Футбол - один из социально-групповых видов спорта, социально-групповых состязаний, для которых характерна достаточно большая степень свободы и возможностей. Это не просто техника - это одновременно и «военный» поединок, имитация борьбы, свобода момента. Это очень важная часть жизни для многих людей - зрителей, которые поддерживают одних игроков и болельщиков и одновременно вступают в «поединок» с другими футболистами и зрителями. Этим футбол интересен, отсюда его притягательность.

Что значит футбол для меня лично? Повод для обсуждения социально-психологических проблем группы и психологии личности. Лучшей книгой о личности в футболе является вышедшая в свет в США и Англии лет шестнадцать назад работа известнейшего методолога гуманитарного знания Авема Харра, которую мы частично опубликовали в журнале «Педология», она называется «Правила беспорядка». На обложке люди, сидящие на стадионе. Почему молодежь выбирает футбол как основу для «правил беспорядка»? Само название книги «The Rules of Disorder» имеет огромную импрессию, и в этом смысле книга невероятно интересна.

Что главное в футболе? Каждый выбирает свое: тут и импровизация, и игровая дисциплина, и непредсказуемость игры, и мастерство, и многое другое. Выбор зависит от личности, которая вступает в мир футбола. На мой взгляд, главное в футболе - возможность выбора. А для многих фанатов это просто сама атмосфера стадиона, футбол для них своего рода катарсис («очищение» в старогреческом смысле этого слова) - иногда агрессивный, а иногда конструктивный. Футбол - это игра, зрелище, забава, развлечение и - средство массового психоза. Для одних это работа, для других - игра. К сожалению, ответ «повод напиться, поорать и подраться» тоже имеет место, и тогда речь идет об определенной группе, но это не группа любителей футбола. Футбол дает только повод - один из многих - напиться, подраться и поорать, так что это не есть специфика футбола. Приписывать это только футболу, считать, что это его главная особенность, было бы большим подарком тем, кто пытался в 2002 году во время трансляции чемпионата мира разбить установленные на Манежной площади экраны, сжигал машины, рушил витрины. С тем же успехом, по формуле «собрать все книги бы да сжечь!», надо разрушать телевидение.

Многие утверждают, что футбол способствует формированию патриотизма, национальной гордости, сплочению, другие, напротив, подчеркивают роль футбола в формировании националистических настроений. И в этом случае имеет место и то, и другое. Все зависит от личностных установок тех, кто приходит на футбол. Мы хорошо знаем, что целый ряд общественных движений, в том числе движение фанатов, имеют четкое ядро, лидеров. Это люди, которые сделали футбол одной из форм языческих религий. Мы знаем, что некоторые категории молодежи 1965, 1966, 1972 и 1974 годов рождения являются представителями движения фанатов, причем связанного с разными командами. Для них это форма существования, форма жизни. Лидеры могут организовать игру по правилам, а могут - и без правил. Когда я говорю «игра», я имею в виду асоциальное поведение фанатов на стадионах и вне стадионов.

Здесь возникает одновременно много вопросов. Например, как видят тот или иной футбольный матч сами фанаты, как - правоохранительные органы, в том числе ОМОН, который настолько натренирован на встречу с ними, что, когда их встречает, даже если те тихие, нежные, все равно должен применить свою боевую тактику. Возникает провокация в ответ на провокацию, иногда неясно, кто был первым. Вообще в истории культуры мира вопрос «Кто был первым провокатором?» не имеет ответа. По крайней мере, Иуду я бы к этому рангу не причислял.

Я твердо уверен, что футбол выступает как одна из серьезнейших форм манипулирования массовым сознанием и поведением людей. Для меня это очевидно по всему тому, что происходит в социогенезе футбола, в истории футбола.

Футбол может порождать мифы, но миф о сверхчеловеке, супермене - вряд ли он характерен для футбола. Я был бы более осторожен. Зато футбол создает пространство для развития многих подростковых групп. Раньше это были в основном мальчики, теперь разнополые группы, поскольку в наше время выравниваются полороле-вые характеристики мальчиков и девочек.

Футбол - одно из средств познания реальности и целостности мира, хотя это не есть задача футбола.

Особая философия футбола? Ответ на этот вопрос очень прост: если есть философы футбола, то у него будет и своя особая философия.

В чем отличие российского футбола от английского, итальянского.? Российский футбол, с моей точки зрения, как это ни парадоксально, характеризуется большим альтруизмом. Потому что россияне менее прагматичны, чем англичане или итальянцы, а российские болельщики менее прагматичны, чем английские болельщики или итальянские тиффози. Эта непрагматичность (я не говорю о ней со знаком «+» или «-») идет, мне кажется, от нашей установки на соборность. И тем самым какие-то моменты в российском футболе вызываются нашим подсознанием.

Футбол для Бразилии (прежде всего) и Италии - национальный вид спорта. А национальный вид спорта - это основа для национальной гордости, формирования чувства идентичности (идентификации) себя со своей страной. В шкале ценностей, с помощью которой можно описать массовое сознание того или иного этноса, государства, социальной структуры, футбол у бразильцев и итальянцев (о немцах говорить несколько сложнее) безусловно занимает одно из высоких мест. Я считаю, что футбол выступает как явление национальной культуры. Я думаю, что есть футбольная культура страны: есть футбольная культура Бразилии, есть принятые нормы футбольной культуры в России, есть английская футбольная культура (Англия - родина футбола).

Говорить, что футбол сегодня становится глобальным явлением мировой культуры, можно только с большой осторожностью, так как целому ряду стран мира этот вид спорта вообще не присущ. Но вместе с тем благодаря массовой информации футбол все более и более охватывает сознание населения нашей планеты.

Я бы говорил о футболе как о субкультуре спортивного мира - термин «подкультура» не имеет достаточно корректных критериев. Думаю, что сегодня мы вправе говорить о футболе именно как о субкультуре. Или как о массовой культуре. Называть футбол контр культурой и тем самым давать ему весь набор деструктивных характеристик - это значит обеднять футбол и играть на тех пуритан, которые хотят, чтобы весь мир был спокойным, бездвижным, и тем самым двигаться к полной, я бы сказал, асфиксии социальной жизни.

Футбол имеет свою притягательность. Но вопрос о том, насколько магия футбола отличается от магии, например, хоккея или баскетбола, - это вопрос исследований. Исследований, которые могли бы провести наши коллеги социологи, культурологи и психологи. Это вопрос их дисциплинарного исследования, и он требует глубокого и всестороннего анализа различных групп.

Говорить о духовности футбола, баскетбола, хоккея я бы побоялся. Термин «духовность» стал сегодня разменной монетой, и меня огорчает, когда его используют вольно. (Так можно договориться до духовности . туалетной бумаги. Это избыточная ассоциация понятия - в данном случае избыточная ассоциация понятия «духовность».)

Что касается обобщенного портрета футболиста, то его не существует, - существует эмоциональный портрет футбола. Если бы кто-то захотел, он написал бы этнопсихологию футболиста и по ней создал бы этнопсихологию или национальный характер той или иной страны. Национальный характер Пеле -это одно явление, национальный характер Льва Яшина - другое, в каких-то точках они антагонисты, а в каких-то могут совпадать, пересекаться. Футбол интересен, думаю, теми особенностями, которые отличают друг от друга нации.

Великий в прошлом футболист, а потом тренер - это не есть специфическая ситуация футбола. Великий конькобежец, потом тренер, великий футболист, потом тренер - это ситуация не с футболом, а ситуация профессиональной биографии ведущих представителей спорта. Это не жизненный путь от игрока к тренеру. Футбол - это частность, это жизненная биография.

Стереотипы о футболистах как баловнях судьбы, любителях «красивой жизни» присутствуют в нашей жизни, но они вызывают у меня скептическое, ироничное отношение Футбол, если ты настоящий футболист, - это тяжелая работа, тяжелое ремесло, как у любого профессионала в спорте. Это труд, это пот, это веер разочарований, это постоянная борьба за свое место под солнцем. О «красивости» этой жизни могут говорить только те, кто видит человека, который уже одержал победу. Но тогда следует говорить о психологии футболиста, о психологии любимца публики, а футбол здесь ни при чем.

Финансовая сторона футбола. Да, там ходят астрономические суммы, но не футбол в этом виновен, а те менеджеры, которые занимаются футбольным маркетингом. Если люди сами за это платят, пусть платят, я не вижу в этом ничего страшного. Футболисты правильно делают, когда назначают себе цену с учетом конъюнктуры, было бы смешно и нерационально не пользоваться такого рода ситуациями. Ну и здесь же по поводу купли-продажи. Я не понимаю, когда говорят о каком-то «рабстве» футболистов. Существуют правила игры, кто-то их нарушает, кто-то играет по правилам. Хозяин (например, государство) приглашает человека (например, летчика, инженера, ученого) для подготовки к космическим полетам, включает его в определенные рамки зависимости - является это рабством?

Телевидение выступает системой, формирующей установки в любом виде массового спорта, как и в любом явлении жизни вообще. Считайте, нет телевидения - нет и футбола. Вот моя формула. Если мастер перегона трансляции дает одну картинку по футболу, то дилетант дает тройную. Такие мастера, как ныне, к сожалению, ушедшие Синявский и Озеров, это горячо влюбленные в футбол люди. И, добавлю, продукт своего времени. Когда они комментировали, мы видели коммунистический рисунок футбола. В руках комментатора сделать восприятие футбола агрессивным или говорить о футболе, как о поэзии. Поэтому роль комментатора невероятно велика. А отсюда задача подбора комментаторов, телеведущих - от личности комментатора во многом зависит культура футбола, или восприятие футбола как культуры.

Сегодня футболист вряд ли может быть назван гладиатором. Он прежде всего спортсмен, а не шоумен, и действо на футбольном поле - это скорее театр, кино, шоу, где после завершения спектакля, фильма все живы и здоровы.

Футбольный тренер - это учитель, и, как любой учитель, он может быть хорошим и может быть плохим. Когда тренера, как и учителя в школе, делают в обществе козлом отпущения - мол, все дети растут наркоманами или все футболисты хулиганы - это абсурд. Тренеры, ей-богу, это избыточная ноша ответственности, которую добровольно тащит человек, выбравший эту профессию.

Что касается футбольного чиновника, мецената футбола, менеджера, судьи, отвечу так: это разные роли. Или даже так: у каждого свой сценарий. В ряде ситуаций, в нашей стране особенно, роли чиновника и мецената могут совпадать, но это нехорошо.

Футбольный болельщик, на мой взгляд, это человек, который, вглядываясь в нюансы футбола, проигрывает огромное количество ролей, которые хотел бы сыграть в жизни сам.

С моей точки зрения проблема футбола - мирового футбола! - состоит в том, чтобы максимально обеспечить мягкое восприятие этой игры, а не превращать футбол в источник раздора, разгрома и агрессии. Когда футбол перестанет быть только образующей системой, тогда футбол будет в новом обличье. Как сделать так, чтобы люди, смотря футбол, оставались индивидуальностями и не превращались в толпу? Как сделать так, чтобы они не теряли свое «Я», а усиливали его, общаясь с этой замечательной игрой?

Проблема российского футбола - это проблема российского спорта в целом: понять, что их больше никто кормить не будет. Российский футбол, как и другие виды советского спорта, был иждивенцем. Считалось, сиди и спи - придумают другие, за тебя решат, кто будет лучшим футболистом, кто худшим. И здесь, как и во всех областях нашей тогдашней жизни, были «позвоночные» футболисты. Их раскручивали, как певцов. Это было в ущерб футболу, но не в ущерб партийным деятелям, и в этом смысле у нас есть сходство с другими странами. Это иждивенчество, когда футбольные лидеры говорят: «Пусть президент рассудит, пусть премьер рассудит». Это явление опасное и бесперспективное. Выход - нормальная конкуренция в сфере большого спорта, нормальная конкуренция в сфере футбола. Когда будут найдены правила конкуренции, тогда футбол будет более гибкой, более мобильной системой.

Если бы я руководил российским футболом, то я бы сделал все, чтобы исполнить мечту россиян: превратить футбол в массовую игру, а не в игру олимпийского типа, потому что это дает возможность решать проблему занятости наших подростков. Здесь уже я выступаю с позиции педагога: занятость, вовлечение в такой спорт, как футбол, - это отвлечение подростков от наркомании и многих других аномальных явлений. Ведь у нас спорт никогда не занимал доминирующего положения в школе.

Моя судьба сложилась так, что, начиная с 1993 года, я несколько лет был заместителем министра образования России, отвечал за всю систему дополнительного образования школ, куда входили все -я имею в виду подростковые - виды спорта. Я участвовал в работе Коллегии комитета по физкультуре и спорту, мне были приятны встречи с моими коллегами Ирой и Тамарой Пресс, Игорем Тер-Ованесяном и другими. Мы вместе пытались сделать все, чтобы детский спорт стал одним из важных разделов школьной жизни, чтобы в России расширялась сеть спортивных школ. Я считаю, что это невероятно необходимо сегодня. Я считаю, что футбол, как и другие виды спорта, - это основа для достижения согласия, и часто иронично говорю: те, кто ищет национальную идею, не понимают, что именно спорт в нормальном обличье, а не гладиаторство - это одна из уникальных возможностей для привлечения в жизнь такой нормальной вещи, как физическая культура. Физическая (!) культура (!). Ее никогда не надо было называть физкультурой - тогда смысл слова «культура» теряется.

Александр Бубнов

Мастер спорта международного класса по футболу,

бывший игрок «Динамо» (Москва)

и других клубных команд,

игрок сборной СССР,

футбольный аналитик

Это самый гармоничный вид спорта

Футбол - прекрасная игра. Футбол - это доступность, возможность самовыражения. За счет футбола можно из низших слоев общества пробиться в более высокие слои, стать популярным, известным.

Родоначальники футбола англичане использовали футбол в учебных заведениях как учебный предмет. Я, кстати, идею введения футбола в программу российских школ проводил уже давно, потому что считаю этот вид спорта одним из немногих, который гармонично развивает человека в физическом плане, потому что задействует практически все органы, начиная от сердечной мышцы и кончая конечностями.

Это единственный вид спорта, где играют ногами. Но футбол развивает не только ноги, он развивает и сердечно-сосудистую систему, и верхний плечевой пояс - все. Футбол впитал в себя и элементы легкой атлетики, и элементы того же баскетбола. Не зря футбол используется практически всеми видами спорта как элемент общей подготовки. Все спортсмены, насколько я знаю, с удовольствием играют в футбол. Англичане это быстро подметили, поэтому и использовали его в учебных заведениях для общего и физического развития человека.

Итак, первое: вот эта природа футбола явилась основой гармоничного развития будущего джентльмена, его образа жизни.

Следующий фактор - доступность. Это очень важно, потому что играть в футбол можно всем, чем угодно: бери то, что можно пинать, ставь на пустыре два кирпича - вот тебе мяч и ворота. Всё!

В футболе в борьбе за мяч из человека выходит агрессия, а с психологической точки зрения это разрядка: и физическая, и социальная - какая угодно. Видимо, это заложено на генетическом уровне: известно, что лимарийцы, низкоорганизованный антропологический тип, отключенный от всеобщего информационного пространства, были и самым агрессивным типом. Так что футбол имеет глубокие исторические, философские, морфологические корни.

Футбол - самый сложный вид спорта в техническом плане. Это, как я говорил, единственный вид спорта, в котором виртуозно играют ногами (все остальные виды спорта так или иначе связаны в основном с работой рук), а ноги эволюционно не приспособлены к такой тонкой работе.

Футбол - контактный вид спорта, а все контактные виды спорта имеют очень большое значение в развитии хороших физических данных, в воспитании таких качеств, как смелость, решительность. Если человек не обладает этими качествами, он не сможет ничего добиться на высоком профессиональном уровне. Технического совершенства достичь очень непросто, и как раз это притягивает людей. Зрителей восхищает исполнение футбольных трюков на высочайшем уровне. Так раньше ходили смотреть на Пеле. Так сейчас идут на матчи, когда знают, что в них участвуют техничные игроки.

Таким образом, футбол - это, с одной стороны, доступная игра, в которую люди могут сами пробовать играть, с другой стороны, попробовав сами, люди понимают, как трудно достичь мастерства. И когда мы видим, что кто-то другой этого достиг, это вызывает восторг, восхищение.

Чтобы мастерски освоить футбольную технику, нужно начинать как можно раньше, где-то с шести лет, потому что мастером высокого уровня становятся, когда физиологический баланс совпадает с техническим. А физиологический баланс как раз приходит где-то к 18-20 годам. К творчеству в игре, к пику спортивного и физиологического уровня футболист выходит к 25 годам. Когда ты должен с шести лет до двадцати пяти посвящать себя полностью футболу, это очень тяжело.

Что значит футбол для меня лично? Это моя жизнь во всех ее проявлениях.

А что в футболе главное? В футболе нет главного - все важно. Мелочей в футболе нет. Непредсказуемость, результат, сама игра, игроки, импровизация, игровая дисциплина, мастерство игроков, мастерство тренера - это все входит в профессиональную деятельность футболиста.

Несколько другой аспект - это болельщики, атмосфера стадиона, социальное окружение футбола. Они между собой связаны, потому что профессиональный футбол без болельщиков не может существовать.

Профессиональный футбол на высоком уровне (мы еще этого коснемся) - это один футбол, любительский - совершенно другой. Существуют три формы функционирования футбола: футбол как игра во дворе, футбол как средство физического совершенствования личности и, наконец, профессиональный футбол. Они очень сильно отличаются друг от друга, так как преследуют разные цели, имеют разные задачи. Любой такой футбол - явление социальное, так как решает социальные задачи. Но дворовый футбол - это просто уровень инстинктов, которые заложены в человеке; футбол на уровне учебных заведений, как у англичан, больше решает задачи здоровья, но ни там ни тут нет зрителей, нет денег. Профессиональный футбол - это совершенно другое: это совершенно другая методика подготовки, он немыслим без зрителей, в нем вращаются очень большие деньги. У меня хранится давняя статья Бескова, где он пишет об этом. Я самостоятельно пришел к этому заключению, но, прочитав его статью, убедился в этом еще раз.

Вы спрашиваете, что же такое футбол. Это как раз то, что Вы перечисляете: игра, работа, зрелище, забава, регулятор настроения масс, средство массового психоза. творчество. Это все - футбол. Все, что Вы перечислили, на очень высоком, профессиональном, международном уровне - все есть. Футбол высокого уровня отражает социальный статус государства, в котором развивается. В зависимости от этого статуса и соответствующие проявления футбола.

У африканских стран все, что хочешь: и шовинизм, и ксенофобия, и националистические настроения, и массовый психоз. Однажды я был свидетелем такого массового психоза: на стадион приходят с малыми детьми, которые еще сиську сосут, здесь орут, там из ракетниц стреляют, петарды летают, а мать сидит и смотрит футбол. а ребенок спит.

Для таких стран, как Бразилия, Аргентина, Уругвай, и других южноамериканских стран футбол - это религия. Футбол становится религией и для африканских стран, да и для азиатских тоже. Это религия со всеми вытекающими отсюда последствиями и направлениями. Это религия и образ жизни.

Можно ли с помощью футбола манипулировать массовым сознанием? Безусловно. И это лишнее подтверждение того, что футбол - социальное явление. Примеры? Пожалуйста. Вспомните, как искусно Берлускони использовал в своих предвыборных кампаниях то, что он президент «Милана». Не случайно великие политики приходят на матчи, кубки вручают, на финалы чемпионатов мира президенты прилетают. Так они используют футбол для поднятия своего рейтинга.

Сейчас в России любая политическая партия может использовать ситуацию со «Спартаком». Даже президент

Путин эту ситуацию может использовать. Романцев продал клуб, и никому дела нет. Я выступил с заявлением по поводу альтернативного «Спартака», потому что в той ситуации, в которой сейчас оказалась команда, можно было бы спокойно выкупить этот клонированный «Спартак». Политический деятель, отважившийся решить ситуацию со «Спартаком», тут же наберет сумасшедшее количество вистов, потому что по самым малым подсчетам за «Спартак» на территории России болеют как минимум 10 миллионов человек. И это только одна акция! Если сейчас ее провести, выкупить «Спартак», приложить руки для возрождения, то даже агитировать не нужно будет никого - люди проголосуют за этого человека просто так. Болельщики во всяком случае.

Футбол не только способствует, но и пользуется этим своим качеством - целенаправленно манипулировать массовым сознанием и поведением людей, вокруг футбола много легенд.

Способствует ли футбол созданию целостного представления о мире? Безусловно. Когда ты выходишь на высокий уровень, тебе виден весь мир, и это расширяет твое мировоззрение: ведь все познается в сравнении. Когда я мальчишкой первый раз выехал за рубеж, да еще в Италию, я своим детским умом сразу понял, что в Советском Союзе очень сильна пропаганда, которая в политических целях неправильно отражает реальный мир. Я встречался с простыми людьми, спрашивал, как они относятся к своим правительствам, что думают о жизни (нас же учили, что капиталисты - это враги, их нужно уничтожить), и всегда слышал: «Мы хорошо живем, мы и не мыслим уничтожать свою страну, это же насилие». Я уже тогда понял, что все, за что нас агитируют, - это коммунистическая утопия, голая пропаганда. Для меня люди из капиталистического мира были такими же людьми. Я уже тогда сделал для себя вывод: мир - единое целое, и чем быстрее он окажется в одной системе, тем быстрее он станет более гармоничным, совершенным. Не может миром управлять борьба двух систем - это приведет только к войне. Коммунизм (социализм) как система, перепрыгнувшая через один из этапов общественного развития, - это уродство, хотя в принципе это уродство потом можно было модернизировать, но уж, конечно, не таким способом, как сейчас его «модернизировали». Я считаю, китайцы более умные люди, и России ближе китайский ход развития.

Да, у футбола есть своя философия, и она постоянно развивается, но краеугольный камень этой философии в том, что совершенства достичь невозможно. Футбол такой же бесконечный, как мир. Футбол совершенствуется, развивается в зависимости от развития общества. Футбол может развиваться там, где есть прогресс общества. Как будет меняться философия общества, так будет меняться и философия футбола. Здесь еще надо учитывать философию игры, а философия игры шире философии футбола.

Философия игры меняется за счет изменения технической основы. Когда игрок становится более мастеровитым, более классным, он развивается как личность, как субъект общества. Меняются социальные условия, улучшаются, как правило, функциональные возможности человека, а функциональные возможности влияют на техническую подготовку. Здесь все взаимосвязано.

Прогресс в спорте невозможен без методического обеспечения, поэтому развивается спортивная наука, а развитие науки напрямую зависит от социального статуса общества. Мы первые в мире подключили науку к спорту. Здесь все взаимосвязано, все в комплексе.

Философия нашего российского футбола на сегодняшний день - самая страшная философия: набить карманы деньгами. Это дикость! Сегодня через футбол, через продажу игроков можно отмыть любые деньги, причем очень быстро. Здесь нет никакой законодательной базы, никакого контроля со стороны государства. В эту открытую нишу хлынул криминал. И если в других областях государство начинает наводить порядок, то в футболе об этом лишь говорят, да и то только те, кто болеет за его состояние.

Вот недавно на Романцева и Есауленко завели уголовные дела - но это ж капля в море! Здесь очень большие деньги. Здесь страшные дела творятся! Поэтому-то наш футбол резко сдает свои позиции как в плане зрелищности игры, так и в плане результата. А футбол не терпит застоя, футбол - сама суть этой игры - не терпит негатива. Философия рвачей несовместима с философией самой игры. Сейчас в России победила философия золотого тельца, философия зла. Если ситуацию не взять под контроль, мы вообще окажемся в арьергарде мирового футбола. Потом будет очень тяжело подниматься.

Для Бразилии, Италии футбол - религия. В Германии - своя специфика, основанная на проявлении чисто немецких черт национального характера: организованность, железная дисциплина, скрупулезность во всем. Немцы заявили, что высокий уровень организации последнего чемпионата мира в Японии - Корее (это все признали!) для них цветочки: мол, посмотрите, как у нас будет. В плане организованности я немцев выше всех ставлю. У них футбол тоже уже приближается к религии.

Футбол безусловно элемент национальной культуры, потому что в нем проявляются все национальные особенности страны, народа. Итальянцев не спутаешь с испанцами, немцев - с корейцами, с японцами. Существуют даже разные культовые обряды. Бразильцы, например, молятся перед игрой, африканцы привлекают к работе с командами шаманов: считают, что таким образом можно повлиять и на соперника, вплоть до того, что его зомбировать (до сих пор загадка, что происходило с Роналдо перед финальной игрой на чемпионате мира во Франции!).

Футбол многолик. Он - явление мировой культуры, поэтому и пользуются такой популярностью чемпионаты мира, европейские кубки по футболу.

Футбол - это и шоу-бизнес, и массовая культура, и контркультура. Товарищеские, показательные, благотворительные матчи - все это доказательство того, что футбол - это массовая культура.

Я бы не согласился с утверждением, что футбол парадоксален и не всегда логичен. Все игровые виды спорта - именно игровые виды спорта! - непредсказуемы, парадоксальны. Именно этим они притягивают, именно поэтому пользуются особой популярностью. Я даже пойду дальше: позволю себе заявить, что как искусство футбол стоит выше театрального искусства. Для меня это однозначно. Я объясню почему. Вот я прихожу в театр, у меня программка. Я могу от начала до конца прочитать либретто и уже до начала спектакля знаю, чем там все начинается, чем закончится. Актеры и режиссеры все ситуации неоднократно репетируют и добиваются совершенства в исполнении. Артист входит в роль (у него есть время войти в роль), режиссер во время многочисленных репетиций его все время направляет: правильно - неправильно, тысячу раз репетируют, причем в одних и тех же привычных для них условиях. В футболе же этого ничего нет и быть не может, там только тренировки. Так что в театр я прихожу только посмотреть на игру конкретных актеров. И в футболе, и в театре -игра, но игра разного рода: актеру надо только в образ войти, в футболе все это на несколько порядков выше.

В футболе сценария нет. Игра, даже если она договорная, непредсказуема: никто заранее не знает, как она будет развиваться. Ну разве сам футболист знает, в какой момент где будет стоять, как будет играть, как будет забивать! Сценарий не известен ни зрителю, ни спортсмену. В каждой команде разрабатывают свой сценарий, но это не значит, что именно по этому сценарию и пойдет игра: в процессе игры нужно ввести коррективы. Прорепетировать ни одну игру невозможно. Ты просто готовишься, а как будет, ты не знаешь. И зритель этого не знает. Вот почему на футбол по сто тысяч ходит, а какая у него телевизионная аудитория! А театр - это для небольшой группы интеллектуалов. Когда театр объявляют чуть ли не высшим искусством, я с этим согласиться не могу.

В футболе игра - это штучный экземпляр. Товар, так сказать, одноразового пользования. Конечно, матч можно записать на видео, ты можешь просмотреть игру, но повторить ты ее не сможешь никогда.

Актеры все это чувствовали. Они люди честолюбивые, умнейшие, культурнейшие люди. Чтобы стать актером, нужно получить специальное образование, нужно иметь определенную культуру, а футболист - раньше это была шпана, но эта шпана дружила с актерами, набиралась от них культуры. Те же Старостины тому пример. Видимо, и сами артисты чувствовали, что футбол - это что-то более высокое, чем то, чем они занимаются, поэтому тянулись к футболу и футболистам.

Практически всех артистов так и тянет на футбольное поле, и не только посмотреть на чужую игру, но самим попинать этот мяч (нас, футболистов, на сцену особо не тянет - за очень редким исключением!). И хотя я понимаю, что это искусство, что для сцены тоже нужен талант, я убежден: то, чем мы занимаемся, по своему уровню значительно выше.

Еще аргумент: артист начинает свою карьеру, как правило, когда заканчивает театральное училище, и играет до 60-70 лет, а многие всю жизнь. Век футболиста - максимум 20 лет: 10 лет, когда ты активно играешь, и еще 10 ты к этому идешь (вот так и у меня: я в 16 начал - в 36 закончил). Потом, если ты становишься тренером, твоя футбольная жизнь продлевается - но уже в другой роли. Если актер проживает одну жизнь, актерскую, то футболист высокого уровня, уйдя на тренерскую работу, -практически две. Причем очень часто вторую жизнь приходится начинать с нуля, а это тоже очень серьезное испытание. Некоторые не выдерживают - вешаются, пьют. Это специфика как раз футбола - нет, пожалуй, спорта вообще и футбола в частности. Вот поэтому я и утверждаю, что здесь все значительно сложнее, и великие актеры это чувствуют.

У меня есть друзья актеры, я общаюсь с ними. Правда, я несколько «выбиваюсь из стаи»: не пью, не курю. Был и остаюсь «белой вороной», некоторые считают такое поведение ненормальным и невозможным. Пьянство - и в актерской, и в спортивной среде - объясняют необходимостью снятия стресса (потому что положительный ли, отрицательный результат - в любом случае стресс). Чтобы со стрессом справляться без алкоголя, нужно такую психику и такую нервную систему иметь!

Я ведь родом из провинции, и Николай Николаевич Озеров хотел меня в свою среду втянуть, хотел познакомить с великим русским актером Михаилом Михайловичем Яншиным. Озеров мне очень симпатизировал. Но я как-то не пошел. из-за занятости в первую очередь. Вот сейчас я с удовольствием иду в спортивную журналистику: понимаю, что это интересный мир, особенно на уровне серьезного профессионального искусства. Чтобы на равных общаться с этими интересными высокообразованными людьми, надо было расти и расти. Я так думаю (и так по жизни иду): всему свое время. Вот вам пример: я «Войну и мир», «Преступление и наказание» в школе не читал, хотя имел по литературе хорошую оценку. Не понимал я их. Ну как можно такие серьезные вещи читать в восьмом классе, когда ты истории не знаешь, когда у тебя нет жизненного опыта, - ничего за душой нет?! Я считаю, «Преступление и наказание», многие другие классические вещи нужно читать в том возрасте, когда уже имеешь жизненный опыт, знаешь историю, созрел для восприятия мира.

Посмотрел я на настоящих профессионалов на Западе - скажу вам, до нас им далеко! Я имею в виду профессиональное отношение к футболу, то, как мы тренируемся. Они поразились, когда нас увидели. У нас в советское время были люди такого же склада, как я: мы на несколько голов выше игроков «Арсенала». Как профессионалы мы были намного выше официальных западноевропейских профессионалов. Просто у нас другая система была.

Главное в футболе - игровая дисциплина. Один из элементов - выполнение установок тренера. Что такое отличная игра классной команды? Это допустимый уровень импровизации. Чем выше класс команды, тем больше процент импровизации у каждого отдельного игрока, а команда из отдельных игроков складывается. Игра на высоком уровне - это искусство. Но импровизация ни в коем случае не должна быть 50:50. Я думаю, самый большой допустимый уровень импровизации, который могли себе позволить бразильцы калибра Пеле, это где-то 55:45 - все, выше нет. Когда бразильцы опускались до уровня 50:50 и через раз импровизировали, то они все проигрывали. Я хочу сказать, что законы игры - это определенные тактические схемы, они должны четко выполняться. Они в природе игры, это основа. Чем ниже класс команды, тем больше она играет на постулатах тренера. Когда импровизация вообще нулевая, это уже пародия на искусство футбола - я такую команду называю «команда-робот». Это полностью запрограммированная тренером команда, команда зомбированных, и, если ситуация по ходу игры меняется, а игроки никак не могут перестроиться, они обречены. Это самый низкий уровень футбола. Там, где главное - игровая дисциплина, выполнение установок тренера, - это команда-робот.

Те, кто утверждают, что ни о каком творчестве в футболе говорить нельзя, к футболу вообще никакого отношения не имеют. Без творчества, без вдохновения футбола нет. Вернее, такой футбол есть, но на него не ходят люди.

К большому моему сожалению, образовательный уровень большинства футболистов очень низкий. С чем это связано? Думаю, вот с чем: чтобы добиться чего-то в футболе, нужно полностью себя ему посвятить, с самого раннего возраста отдавая ему очень много времени. Это как в науке, когда человек полностью посвятил себя какому-то выбранному направлению - и всё! Бесков и другие тренеры это хорошо понимали, поэтому говорили: «Ты выбери что-нибудь одно: или учись, или в футбол играй». Или так говорили: «Или ты, или футбол». Я на себе понял, что серьезно учиться, осваивать науки и одновременно играть в футбол на профессиональном уровне - невозможно: в футболе очень серьезные физические нагрузки. Из-за этого и образование у многих футболистов такое.

Здесь, знаете, очень важна самоподготовка, самообразование (это я тоже первый применил, Бескову, например, это очень понравилось). В футболе для этого возможности есть: на сборах, в дороге. Если у тебя с головой все нормально, ты не дебил и немножко шевелишь мозгами, ты понимаешь, что очень важно в школе учиться неплохо. Если родители сумели проконтролировать твое начальное развитие, помочь, когда ты ничего не понимаешь, или хотя бы заложили основу школьного курса, то ты уже начнешь соображать, тебя будет тянуть так или иначе к духовной стороне жизни. Ты будешь понимать, что образование и духовность связаны. Да, духовность - это все-таки семья и воспитание. Все идет от семьи. Сейчас, когда разрушается институт семьи, - это трагедия страны. По-моему, в современной России главное - семья. Даже не страна в целом, а именно семья. Если у меня семья в порядке (а для спортсмена с его разъездным образом жизни очень важно, чтобы в семье все было хорошо), то и в спорте все идет гладко.

Для меня понятие «Родина» - это семья. Там, где у меня семья, там у меня и Родина. Даже вот эта, сегодняшняя: с беспределом, криминалом, насилием.

Все зависит от личности. Если человек хочет, он добьется всего. Я не хотел быть дураком, поэтому все время занимался самообразованием. В футболе в силу его популярности есть возможности пробиться!

В футболе очень большое значение имеют чисто физические данные, не зависящие от умственного развития, заложенные на генетическом уровне: ловкость, например. А ловкость - это техника в футболе, а техника решает очень многое. Ну, а если к технике голову подключишь, то многого добьешься. Пусть обижаются шахматисты, но футбол, ей-богу, посложнее шахмат. Кстати, многие футболисты очень любят играть в шахматы, а шахматисты любят играть в футбол.

Чем больше в команде ребят образованных и с головой, тем легче тренеру работать с командой. Но умные ребята поднимают планку - отсюда требование к постоянному росту самого тренера. Тренерами же часто становятся бывшие игроки-пешки, которые, получив большую власть, не могут работать со способным, умным игроком - начинается конфликт. Это очень серьезно. В советское время тренер мог тебя просто «казнить» (как мне часто такие тренеры говорили: «Я тебе всю жизнь испорчу!»). Подумайте: «Я тебе всю жизнь испорчу, если ты в „Динамо" не останешься». А если уйдешь в «Спартак» - это уже инакомыслие: кто не с нами, тот против нас. Вот это и есть советский, российский футбол.

Поэтому те, кто не понимает, что футбол - явление на уровне политики государства, просто недалекие люди. А у нас очень многие не понимают.

Как-то Бесков сказал: «Понятие „выдающийся" - это часто миф, легенда.» То же самое можно сказать сейчас о Романцеве. Мне как-то задали о нем такой вопрос - так мне смешно стало: вы что? В моем понимании он вообще никто, потому что он - то, что является результатом его деятельности. Бесков как-то сказал: «По-настоящему выдающимся тренером должен быть выдающийся игрок». Это логично. Почему? Я объясню. Выдающийся игрок знает об игре все до мельчайшего нюанса. Если тренер не знает все нюансы игры, он не может научить, а настоящий тренер - это тот, который может научить и который знает природу этих нюансов. А высшее мастерство все на нюансах построено. На нюансах, которые могут только великие знать, потому что они через все эти нюансы прошли, на себе все это испытали.

Большинство тренеров, которые чего-то добивались, должны быть благодарны тому, что к ним попадали очень хорошие игроки, - это не заслуга тренеров, это просто благоприятное стечение обстоятельств. Сами в совершенстве не владея искусством, они могут только давить на психику. По большому счету, они не развивали игроков, а лишь находили с ними общий язык. Если бы с этой командой работал тренер, который был выдающимся футболистом, то в плане искусства игры он добился бы значительно лучших результатов.

В профессиональном спорте очень важен результат, а каким путем он достигнут, многих болельщиков не волнует. Но это. не эстеты, понимаете? Потому что настоящие эстеты, настоящие любители футбола, настоящие болельщики (есть такое понятие - «настоящий болельщик») эти тонкости знают, они на футбол, как в театр приходят, и им небезразлично, как достигнут результат. Сейчас ЦСКА выигрывает, на первом месте идет, а люди не ходят, потому что знают тренера и команду. Да, играет, да, добивается результата - но за счет чего? Вот профессионалы знают: там все решают деньги. Игры, которые они сейчас показывают, как сказал Папаев, «без слез смотреть невозможно», но они на первом месте - вот вам пример уровня нашего общества! В Бразилии, например, если бы был такой чемпион, вообще бы на футбол не ходили. Потому что там планка значительно выше!

Что такое «великий в прошлом футболист»? По большому счету, все они, как правило, с характером (стать великим без характера вообще нельзя) - это раз. Во-вторых, все имеют собственное мнение, свою точку зрения - и умеют их отстаивать. Да, амбиции. Ты ему какую-нибудь чушь скажешь - он тебе ничего делать не будет, больше того, он тебе всегда будет возражать. А это сейчас называется «неудобный». Сейчас в России тренеры удобные, а удобные - это те, которые готовы на что угодно, на любые компромиссы, лишь бы карманы набить.

Это все взаимосвязано. Чем больше у тебя собственного мнения, а сейчас таких мало (я себя к этой категории отношу!), тем меньше ты востребован. Многие, например, Ловчев, Папаев - они все без работы. Без-ра-бот-ные. Зато работают те, которые, когда мы играли, ни во что не ставились. Если бы мы тогда сказали, что эти люди будут тренировать национальную сборную команду, нас бы не то что на смех подняли, отправили бы в психиатрическую больницу, полечить, проверить - с головой все нормально? А реальность такова, что востребованы сейчас. эти люди. Вот так иногда получается. Такое наше сегодняшнее общество. Оно выдвинуло их на поверхность - и они делают такой футбол.

Да, футболисты - баловни судьбы, и мне очень часто приходится это слышать. Должен сказать, что и в других видах спорта баловней хватает: теннисисты, фигуристы, гимнастки - сейчас это можно на спорт в целом перенести. А футболисты сейчас и не самые богатые - думаю, хоккеисты, теннисисты, баскетболисты (я уже не говорю о бейсболистах) в этом вопросе давно опередили футболистов, особенно в Америке.

Больше скажу: российские футболисты в сравнении с западными - просто нищие, потому что здесь цены другие. Но в применении к российской действительности, по меркам российского обывателя они миллионеры: ездят только на джипах и «Мерседесах».

Профессиональный футбол всегда был коммерческим, и это нормально. Другое дело, что на Западе вся эта коммерциализация, трансферная политика, гонорары футболистов и тренеров находятся в правовом поле, люди футбола социально очень сильно защищены. Там, если что не так, и судиться можно. Социальная и юридическая защита там реальность. Плюс многочисленные профсоюзы. Я изучал это на примере французского футбола. У нас этого нет - вот и вся разница между западным и нашим футболом. Мы не защищены, мы рабы, с нами что хотят, то и творят. Профессиональный спорт здоровья не приносит, он его отбирает, поэтому на Западе футболисту, тренеру платят так, чтобы он потом жил нормально, у большинства футболистов гарантированные контрактами гонорары.

Мы были первыми русскими футболистами на Западе, и местные агенты-«жучки» (там таких тоже хватает), пользуясь нашим незнанием местных законов, нагревали на нас руки: они наши зарплаты себе забирали. О первых советских спортсменах, которые уезжали выступать на Запад, в свое время писал Каспаров. Самым первым у нас выехал Зинченко. Я даже не знаю, заработал ли он вообще что-нибудь (он сейчас в Санкт-Петербурге, в свое время очень знаменитым был, даже в сборной немного играл). Потом выехали Шавло, Хидиятуллин, Дасаев. Я после них поехал и еще захватил период, когда забирали почти всё (это 1989—1990 годы), где-то с 1992 года уже все делилось 50:50. На деле агент должен брать максимум 10 процентов.

Разница в том, что там спортсмен идет в футбол сознательно, он знает, что через несколько лет упорного труда станет миллионером. Смотрите, Бекхэм на какой уровень вышел: у него королевский орден - самая высокая награда! Там футболист получает удовлетворение от того, что он заканчивает карьеру: он себя и свою семью обеспечил до конца жизни. А мы как заканчиваем? У нас ноль. Я сейчас нищий. Я в моем возрасте своими покалеченными, уже стертыми ногами должен себе на жизнь зарабатывать. Да еще и не дают работать! Я у них (в РФС) не прошу денег, я говорю: «Дайте мне работу». А еще есть Ловчев, Папаев - это же люди очень известные! Дайте работать, это ваша прямая обязанность - защитить нас социально! А они еще работу специально не дают.

Вот так и добивают людей, которые в свое время славу стране приносили. Кстати, мы очень большие деньги в казну государственную приносили. А нас добивают. В сборной Франции, если ты за национальную сборную своей страны сыграл даже одну игру, уже попадешь в золотой фонд страны. А у нас по сорок, по пятьдесят, по сто раз играли за сборную страны - и сейчас все в нищете, сидят без работы. Правда, я не сижу без дела, все-таки приобщен к футбольной сфере: к футбольной журналистике, к телевидению, но и здесь у нас все на диком уровне! Если бы я на Западе использовался так, как здесь (я аналитик-обозреватель), то я бы уже давно, наверное, миллионером стал, не выходя из офиса или коттеджа. В российском футболе использовать мой интеллектуальный потенциал не считают нужным. Сейчас, например, «Маяк» сделал мне сайт, я могу общаться со всем миром по любому вопросу - но это же никак не оплачивается. Правда, они говорят: это новый проект, вот-вот все пойдет. Надеюсь, работаю и жду.

Мне уже можно три-четыре книги написать - столько набралось аналитических материалов. Есть еженедельник «Футбол», журнал «Спорт-Экспресс» - они мне иногда платили за мои статьи. На чемпионате мира они попросили меня комментировать на телевидении, там хочешь не хочешь -оплачивают, потому что заключается договор. У меня образование есть: я тренер высшей категории по футболу, закончил ВШТ. Сейчас аналитик, но меня тянет на практическую работу. У меня столько собрано материала, что я могу и лекции читать, и заниматься подготовкой тренеров. Я в завтрашний день смотрю.

Если ты не футбольный специалист, ты тем более должен окружить себя футбольными профессионалами высшего класса. Мало того, что они в профессиональном плане должны быть на очень высоком уровне, они еще как люди должны быть порядочными.

Телевидение - это власть. И если оно правильно используется в том же спорте, то это пропаганда спорта, футбола. Телевидение может создать какое хотите общественное мнение. Я единственный человек, который перед чемпионатом мира говорил, что наши не выйдут из группы (это было в программе Шустера). Но меня воспринимали как дурака, даже в Интернете сложили такое мнение, что Бубнов все время ноет, все время просит, все ему плохо. вся страна хочет, чтобы сборная вышла, а один идиот не хочет. Но ведь этот идиот все время прав оказывается.

Интересная деталь: когда мы были изолированы, уровень нашего футбола был выше, сейчас, когда все двери раскрыли, он стал ниже - вот вам оборотная сторона свободы! Здесь еще очень много вопросов, которые нужно анализировать, но факт налицо. Правда, сейчас все это потихоньку меняется.

Подытожим: кто же такой футболист? Даже в нашей стране это спортсмен-профессионал. Но на Западе это реальный статус, а у нас - бумажный, потому что там футболист введен в правовое поле, а здесь статус дали, а в правовое поле не ввели. Поэтому у нас возможны всякие такие дела, как с Сычевым: обманы, фальшивые подписи на контрактах, платят одни деньги, а в ведомостях проставляют другие.

Кто такой футбольный тренер? В профессиональном футболе - это клерк, который нанят на работу. У нас он может быть одновременно и тренером, и президентом - кем угодно - это полный хаос. Потому что в России не профессиональный футбол. В России сделали так, как выгодно группе людей: воровать - и все. И никакие ко-лосковы ничего не будут делать, потому что это всех устраивает. Он для этих дел! Поэтому я и выступаю против них.

Если мы хотим сделать настоящий - профессиональный, цивилизованный - спорт, то здесь все надо менять кардинально. Если мы хотим продолжать воровать, то будем ходить по кругу. Функционеры приняли эти правила игры - по ним играют.

Мы, профессионалы, можем быть использованы только в настоящем профессиональном футболе, когда все будет цивилизованно. А пока мы теряем профессиональные кадры. И наш футбол проигрывает.

Елена Вайцеховская

Заслуженный мастер спорта СССР,

победитель Олимпийских игр по прыжкам в воду (Монреаль, 1976 г.),

обозреватель газеты «Спорт-Экспресс»,

видный спортивный журналист страны

Российский футбол - это паноптикум

Думаю, футбол - примитивно простая для восприятия игра. У каждого, кто сидит и смотрит ее, возникает иллюзия, что он может выйти на поле и делать то же самое, может быть, даже лучше. Такая простота всегда рождает повышенное желание обсуждать, анализировать, делиться - всем все понятно. Вот и все. Отсюда и популярность, и притягательность футбола.

Если взять все остальные виды спорта, которые можно сравнивать с футболом, то футбол из них наиболее примитивный (я не говорю, что это наиболее примитивная игра по технике). Но для восприятия - наиболее примитивный. Футбол можно сравнить с хоккеем. В хоккее гораздо более высокие скорости - уже не уследить. А здесь все очень просто. Можно пивка попить - на поле же в это время ничего не происходит, можно пойти покурить или покурить, сидя на трибуне, можно обсудить ноги проходящей мимо блондинки - и при этом опять же ничего на поле не будет происходить. Собственно говоря, наиболее стандартный счет, который бывает в футболе, - это уже некий показатель, что это очень медленная игра по сравнению со многими другими.

Я обозреватель газеты «Спорт-Экспресс». Уже 12 лет так и работаю. Первый футбольный материал сделала в 1991 году (это было как раз во время путча). Это было интервью с Протасовым, после которого его взяли в сборную. Я не могу сказать, что с тех пор у меня вырос интерес к футболу. Вот фигуры российского футбола, с которыми я за это время общалась: из тренеров Садырин, Романцев, Газзаев, из руководителей Колосков, из футболистов Протасов, Харин, Черчесов, Онопко, Ледяхов, Пятницкий, Беланов, Блохин, по телефону я разговаривала с Лобановским. Из опытных игроков -Блохин и Протасов, из совсем зеленых - Дима Сычев. Не могу сказать, что тогда, в 1991 - м, у меня были какие-то иллюзии, а сейчас, в 2003-м, их нет. Для меня российский футбол - это паноптикум. Занимательное зрелище.

Я с большим интересом смотрю чемпионаты мира и чемпионаты Европы, начиная, скажем, с одной восьмой финала. Мне действительно интересно. Последний чемпионат, например, смотрела, находясь в отпуске. С трудом удалось найти сигнал, но мне хотелось его смотреть. Понимаете, футбол дает очень разнообразную пищу для размышлений, а что касается нашего российского футбола, то он вызывает у меня любопытство. Я, пожалуй, сравнила бы это с тем, как посетители кунсткамеры смотрят на двухголового эмбриона в пробирке: отвратительно, но любопытно.

Если бы я была футбольным болельщиком, для меня, безусловно, главным был бы результат и, возможно, счет 3:0 в пользу команды, которой полагалось бы быть для меня любимой, например, ЦСКА. Это вызывало бы у меня сплошной восторг. А поскольку я болельщиком не являюсь, то смотрю на все это предельно пресно. Все зависит от того, как проходит матч, - все матчи, сами понимаете, разные. В матче я обращаю внимание где-то на поведение тренера, где-то на действия игроков, но в целом, повторяю, российский футбол не вызывает у меня интереса как профессиональный спорт. Это трудно объяснить, но, Вы знаете, я смотрю по телевидению разные передачи, включая самые дурные, типа «Большой стирки», «Поля чудес», стараюсь смотреть все ток-шоу: мне безумно интересна человеческая психология. Как себя ведут люди? Как у ведущего возникают симпатии к человеку? Как мгновенно рождается ну если не антипатия, то, скажем, некое снисхождение, такое легкое презрение? Вот точно так же футбол: я его смотрю с психологической точки зрения.

А почему я не считаю уровень нашего футбола профессиональным? Потому что сплошь и рядом вижу (опять же я рассуждаю как дилетант, и ход рассуждений примерно такой же), что если человек называется нападающим, значит, в его функции входит нападать и бить по воротам; если у нападающего из десяти ударов по мячу получается пять в сторону, а непосредственно по воротам один, а то и вовсе ничего, то, с моей точки зрения, это плохой нападающий. Если в функции защитника входит не давать играть нападающему соперника, а защитник с этим не справляется, то с моей точки зрения это плохой защитник. Это можно анализировать до бесконечности.

Я очень низкого мнения о профессионализме футбольных тренеров, которые руководят командами премьер-лиги. Про первую я не говорю, поскольку интересоваться этим - это уже мазохизм какой-то. А вот то, что касается премьер-лиги, мне интересно. Мне безумно интересен Чернышев: мне интересно, сможет ли он что-нибудь сделать, потому что по некоторым его действиям, по некоторым его высказываниям пока что у меня складывается впечатление, что это человек, понимающий в глубине души, что футбол должен быть другим.

Они же сами все понимают: эту игру, в которую играют в России, можно назвать футболом только из сострадания к ним, чтобы сильно по психике не ударять. Это другое, это другая игра. С собственно футболом, футболом другого уровня, футболом приличных соревнований ее (нашу игру) роднит только то, что в команде то же количество человек, такой же мяч, тех же размеров газон, - и все.

Мне был интересен Газзаев, когда он работал в «Спартак-Алании». Я не являюсь специалистом из категории тех, кто утверждает, что газзаевская «Алания» покупала всех и вся, - в тот момент я видела в Газзаеве человека с амбициями, который хочет выигрывать, в котором чувствуется масса нереализованных возможностей и желание их реализовать. Сейчас же мне Газзаев как тренер совершенно не интересен: я вижу некую фигуру с манией величия, за которой абсолютно ничего не стоит.

Игровая дисциплина. Игровой дисциплины у наших команд нет, потому что сплошь и рядом люди зарабатывают желтые карточки не в игре, а цепляясь за убегающего игрока, только потому, что сам он так быстро бежать не может, и единственный вариант остановить - за него уцепиться. Это мое личное мнение, мои личные наблюдения. Я думаю, с этим даже как-то связана агрессивность наших болельщиков, их экстремизм. Мне кажется, что перманентное состояние российского болельщика -это жуткая неудовлетворенность: он идет на стадион за праздником, а уходит в большинстве случаев оскорбленным в лучших чувствах. Он может сам этого не признавать, он может говорить, что получил удовольствие, посмотрел, как его любимая команда вырвала победу. Наш болельщик очень долго пребывает в состоянии ожидания от футболистов какого-то чуда, и эта надежда все зреет, зреет - но она делает человека не очень адекватным. Мне кажется, что люди в подавляющем большинстве случаев уходят со стадионов разочарованными. И чем больше разочарования, тем больше желания на ком-то сорвать зло. Поэтому такая непримиримость по отношению к болельщикам других клубов, отсюда проявления вандализма. Ну не будет счастливый человек крушить стекла в электричках! Значит, его надо сильно «достать», чтобы он это сделал! И наш футбол, я считаю, должен нести за это ответственность. Люди, причастные к футболу.

Считать, что то состояние, тот уровень, на котором сейчас проходит чемпионат России, вполне приемлем, нельзя - он не выдерживает никакой критики.

Футбол как спорт, если брать футбол западный, это, безусловно, спорт очень тяжелый, требующий напряженнейшей работы практически на протяжении всего сезона. Это наиболее травматичный спорт, безусловно. Я думаю, что если сравнивать футбол с каким-то другим видом спорта, то в футболе наибольшее количество травм, и они наиболее тяжелые. Для болельщиков-любителей футбола это, конечно же, развлечение. Все это применимо и к нашему футболу. Только у нас зачастую все проявления - какие-то уродливые, они очень сильно искажены. Футбол, адаптированный для России, это уродливый футбол. И не состояние полей тому причина.

Почему именно футбол, как никакой другой вид спорта, способствует формированию патриотизма, национальной гордости, сплочению народа? Да потому что футбольных болельщиков много, как ни в каком другом виде спорта. Любой вид спорта поддерживает национальное самосознание и способствует развитию патриотизма. Я Вас уверяю: если футбольные болельщики, целый стадион - 20 тысяч, 30, 40, 50, 120 - окажутся в силу каких-то причин в месте, где проходит чемпионат по городкам, возможно, им это будет поначалу неинтересно, но рано или поздно они точно так же рьяно начнут болеть за свою команду. Потому что спорт вообще способствует пробуждению в людях патриотизма.

И точно так же он способен обернуться психозом. Возьмите любой другой игровой вид спорта: хоккей, водное поло, гандбол, баскетбол. Чем выше накал игры и чем ровнее счет, тем мизернее может быть причина, способная вызвать жуткую потасовку на площадке или на трибунах, - я это видела неоднократно. Страсти накаляются до такой степени, что это выливается просто в драку среди болельщиков, среди игроков, игроков с судьями. Просто дело в том, что в спорте - и футбол здесь не является никаким исключением - все накалено и обострено до такой степени, до такого накала, с которыми в обычной, неспортивной жизни человек, как правило, не сталкивается. Это касается не только эмоций, это касается всего.

Почему спортсменов одно время приравнивали к артистам балета (я имею в виду выход на пенсию через 20 лет карьеры)? Да потому что организм столько лет работает в спрессованном режиме физической и эмоциональной нагрузки, что это очень сильно изнашивает человека. В данный момент я не имею в виду футболистов, наших российских футболистов - я говорю о других видах спорта.

Возвращаясь к началу интервью и касаясь вопроса «Почему футбол, а никакой другой вид спорта?..» - он популярен так именно в силу массовости. Массовости, доступности, распространенности. Если в каком-нибудь Усть-Урюпинске нет бассейна с прыжковыми вышками или биатлонного стрельбища, то плохонький стадиончик для футбола там всегда найдется: его можно сделать невеликими силами из подручных средств.

Можно ли с помощью футбола манипулировать массовым сознанием? Конечно можно. Но точно так же, как можно манипулировать массовым сознанием с помощью любого массового мероприятия. Я думаю, что на эту тему даже научные труды написаны, - по крайней мере, не удивлюсь этому. Дело не в футболе.

Что такое массовое сознание, сознание толпы? Футбол - это прежде всего толпа: толпа зрителей, толпа любителей. Поскольку футбол - действие массовое, он еще и активизирует желание отдельной категории публики проводить какие-то акции, привязывая их именно к футболу. Только потому, что это массовое скопление людей. Большинство террористических акций проводится во время крупных спортивных соревнований. Что главное? Главное - обратить на себя внимание, и любой футбольный матч в этом плане гораздо предпочтительнее, чем, скажем, заводская проходная.

Способствует ли футбол созданию мифов? Ну конечно. Я же помню, сколько людей ходило на футбол в 1991—1992 годы, - очень мало (я тогда работала в газете, которая была создана не в самые лучшие времена для российского спорта и уж тем более для российского футбола). Я помню эти пустые трибуны. Считаю, что наша газета сыграла большую роль в изменении отношения к футболу. То есть мы сознательно создавали миф под названием «российский футбол», и мы добились того, чего мы хотели. Мы подняли значимость футбола, народ потянулся на стадионы, стал читать, стал болеть, стал обсуждать. Я не говорю, что это исключительно роль газеты «Спорт-Экспресс», но во многом и ее тоже. У людей действительно сложился миф. Я вижу отчасти и нашу вину в том, что наш футбол -некая жизнеспособная единица, которой какие-то внешние причины все время мешают развернуться во весь рост. Ключевое слово - уже не только в нашей газете - большинства тренеров и журналистов, игроков и всех людей, кто имеет отношение к футболу, - «не повезло». Оно звучит после каждого матча, хотя с моей точки зрения, если нападающий бьет по воротам, а мяч пролетает в десяти метрах над верхней штангой, назвать это словом «не повезло» нельзя по определению. «Не умеет» - да. Если у нас люди не умеют бить штрафные и угловые - это не «не повезло», это «не умеют». Кто-то умеет, большинство нет. Но к везению это не имеет абсолютно никакого отношения.

И тем не менее миф под названием «российский футбол» существует: «Мы можем соревноваться с кем угодно, мы можем выиграть любые соревнования». Кстати, лично мне Газзаев говорил еще года два назад, что нам совершенно реально выиграть чемпионат Европы. Вот так! Это не более чем миф, но он, думаю, будет жить долго, потому что человеку всегда свойственно надеяться на лучшее. Как бы низко ни оценивала я профессионализм российских тренеров и российских футбольных команд, даже когда я сижу перед телевизором, смотрю футбол, у меня теплится надежда, что вот сейчас произойдет чудо и мы пройдем. Не получается, но все равно же продолжаешь в это верить!

А вот с утверждением о том, что футбол может способствовать познанию мира и мироздания, я не согласна - иллюзия. Футбол может способствовать только созданию представления непосредственно о футболе, об уровне футбола в стране, а все остальное зависит от конкретных людей и мероприятий. Скажем, если наши болельщики являются на стадион в пьяном виде и устраивают потасовку, то в какой-то мере это способствует созданию имиджа русского человека.

Философия футбола? О-о! Знаете, я не настолько интересуюсь западным футболом, чтобы предполагать, есть ли там какая-то философия, - возможно, есть. Но в российском футболе она есть безусловно. Это глубинная философия, это некая, я бы сказала, утопическая философия, но она меня восхищает. Если попытаться сформулировать кратко, то это некая идея, что наш российский футбол -это некое сообщество людей, подавляющее большинство которых придерживаются очень высокого мнения о себе как о профессионалах и искренне полагают, что они серьезно заслуживают всего того, что о них пишут, всерьез заслуживают того эфирного времени, которое им уделяется.

И самое страшное, на мой взгляд: они уверены, что деньги, которые они получают, являются прямым показателем их мастерства. Все это категорически, с моей точки зрения, не так. У нас в футболе крутятся такие деньги, что я не хотела бы, чтобы так же было в других видах спорта. Но при этом даже самый талантливый человек, когда попадает в сферу обращения этих денег, пропадает как игрок. Потому что нет никакого стимула, стремиться некуда - если тебе платят такие бешеные деньги, зачем прыгать выше головы, для чего?! Ведь человек по сути своей ленив.

Вот и футболисты: это люди, которые свято верят в то, что они такие необыкновенные, популярные и все могут, им только везения не достает. Они начинают неадекватно оценивать ситуацию, любую критику большинство из них воспринимает как незаслуженную, как проявление некоей зависти. Причем чем хуже играют, чем ниже уровень игры, уровень чемпионата, уровень выступлений в международных турнирах, тем более болезненным становится восприятие у этих людей и тем меньше все происходящее имеет под собой хоть какую-то логику. Вот это для меня как для женщины удивительно - я всегда считала, что мужчина гораздо более логичное существо, чем женщина.

Футбол - это мужская игра, но в нашем футболе нет абсолютно никакой логики. Логику я вижу только в одном: какие бы хорошие игроки ни попадали в наш футбол, проходит очень мало времени, и они становятся такими же, как все. Пример: Ярошик в ЦСКА. Такое ощущение, что человек понял: а зачем напрягаться-то, зачем прыгать выше головы, ведь платят-то немерено. Думаю, что такая судьба ждет и Олича из ЦСКА, и любого, кого бы мы ни купили. Уверена, если бы в свое время мы купили Марадону, он здесь никогда в жизни не дошел бы до такой степени величия, он бы превратился в такого же, как все российские игроки. Когда говорят, что в Бразилии все мальчики сплошь рождаются великими футболистами (я эту точку зрения не разделяю, потому что даже не самое пристальное внимание позволяет увидеть, что выдающимися они становятся только тогда, когда попадают в Европе в выдающиеся команды, - вот там они становятся великими бразильцами, и почти вся сборная бразильцев состоит из легионеров, приехавших из сильных клубов), то это только добавляет моей внутренней убежденности, что футбол, прежде всего наш российский, это некий очень большой миф.

Поверьте, мне очень хочется, чтобы в нашем футболе произошли какие-то революционные изменения. Что я считаю революционными изменениями? Прежде всего: тренеры-иностранцы в клубах. Наши тренеры (это доказано неоднократно!) не способны выйти на более высокий уровень. Возможно, на это будут способны тренеры нового поколения - мне интересен Чернышев, если его не поглотит эта трясина. Наши тренеры - это одни и те же люди, которые ходят по кругу в одной и той же обстановке. В то, что они могут предложить какие-то новые идеи и реализацию этих идей на принципиально другом уровне, я лично не верю. Но я считаю, что наши спортсмены изначально ничуть не менее талантливы, чем футболисты любой другой, в том числе и очень футбольной страны. И соответственно считаю (я вовсе не призываю это мнение разделять), что дело только в тренере.

Нам нужен совершенно другой подход к футболу. Тогда, я действительно верю, наша команда способна будет выиграть и чемпионаты Европы, и чемпионаты мира. Я очень хорошо представляю, что может сделать по-настоящему профессиональный тренер, тем более в командном виде спорта. Если в индивидуальном виде спорта человек от природы недостаточно талантлив, то никакой самый гениальный тренер не сделает из него звезду выдающегося масштаба. Но если тренер гениален, то он может сделать выдающуюся команду, располагая не самым звездным, достаточно средним составом. Умение построить игру, умение понять тот максимум, на который способен конкретно каждый из игроков, - он именно это использует. Ведь у нас же сплошь и рядом тренеры не в состоянии использовать тот «товар», который имеют. И вот мне очень хочется, чтобы этот момент наступил как можно быстрее, чтобы по крайней мере за российский чемпионат стыдно не было и гораздо в большей степени за российские клубы, которые выкарабкиваются на международную арену.

Мне, человеку, который, считаю, немало сделал для имиджа собственной страны на международной арене, просто стыдно видеть это убожество! Просто стыдно! Хочется, чтобы его не было. С другой стороны, я считаю, что наши болельщики за свою любовь и преданность, которую они сохраняют независимо от того, насколько гнусно играют их любимцы, заслуживают какого-то подарка. Нельзя, чтобы это ушло впустую. Я преклоняюсь перед болельщиками, которые, все понимая, поддерживают свои команды. Наш российский футбол не стоит этой любви и преданности, такой любви и преданности. Поэтому хочется ужасно, чтобы он стал лучше.

То же самое, понимаете, для любой страны: команда, ее представляющая, особенно на чемпионате мира, - это квинтэссенция национальной гордости. И для нас тоже - просто нашу гордость размазывают раз за разом в грязи, не давая голову поднять. Просто их болельщики более счастливые, потому что они действительно могут гордиться победами своих спортсменов. И это мощнейший инструмент! Футбол в плане массовости и популярности является как бы квинтэссенцией всего спорта. Четыре года мир ждет чемпионат мира. Я видела, что творится в Хорватии, когда проходил чемпионат мира в Японии, как там реагируют на каждую игру. Я была в Вене, когда играли турки, и видела, что творится в турецких ресторанах и кварталах, - это великое явление. Великое явление, придуманное человечеством.

Вот совершенно отвлеченный, незаинтересованный, казалось бы, взгляд. На последнем чемпионате мира я болела за Германию. Могу объяснить почему. В начале чемпионата немецкая команда не представляла собой ровным счетом ничего, было такое ощущение, что они настолько все не в форме, настолько не сыграны. а потом я видела, как от матча к матчу они становятся все более сыгранными, причем за всем этим была видна четкая игровая дисциплина, совершенно четкие схемы, четкая тренерская мысль. Вот это меня потрясло. Видно было, что именно это было главным условием: вы можете умереть, но чтобы вот это соблюдалось. И было очень заметно, как от матча к матчу эти схемы становятся все более наигранными, дисциплина все более жесткой, то есть это была такая машина, которая просто на глазах создается и набирает ход. На уровне полуфинала и финала это была совершенно другая команда, и за нее невозможно было не болеть - может быть, потому, что я видела такой контраст, который был ликвидирован за очень короткий промежуток времени. У меня это вызвало восхищение!

Конечно, футбол - это явление культуры, как и спорт в целом. Я думаю, что любое мероприятие, которое выбирается на международный уровень, - неважно, музыкальный конкурс, конкурс кондитеров или Олимпийские игры - это уже проявление, одно из проявлений именно национальной культуры.

Можно ли говорить о футбольной культуре страны? Ну конечно можно. Я даже не знаю, с чем это сравнить и как объяснить. Понимаете, во всех странах дети учатся на тех образцах, которые у них перед глазами. В свое время я разговаривала с Олегом Ивановичем Романцевым: он мне долго рассказывал о том, что Россия никогда не выиграет чемпионат мира, потому что у нас нет таких традиций, как в Бразилии. Я ему сказала: если мне не изменяет память, Германия становилась чемпионом мира столько же раз, сколько Бразилия (это был 1995 год), притом Германия - не южная страна, насколько я помню географию. Германия, сказал мне Романцев, это совсем другое дело: там очень много соревнований, начиная с самого детского уровня (как только эти малыши перестают падать и поднимаются на ноги, они в состоянии гонять мяч), и там начиная с этого уровня каждое поражение становится трагедией.

И вот тогда-то у меня впервые и возникла мысль, что, может быть, все проблемы российского футбола заключаются в том, что для нас никакое поражение трагедией не становится.

В Германии вот эта культура футбола, эта идеология футбола возникает в сознании мальчика на самом юном уровне и поэтому там другое отношение к игре. И другая самоотдача. И другое понятие самого слова «результат». Точно так же, наверное, и в Италии, и в Бразилии. Собственно говоря, у нас тоже футбол в какой-то степени определяет сознание мальчишек, которые растут, которые видят, что такое футболисты, как живут футболисты, на каких машинах ездят футболисты. Однако несоответствие качества и денег, которые за это платятся, приводит к тому, что, я думаю, если провести опрос на улицах среди мальчишек, то большинство из них скажет, что стать футболистом означает купить джип или «Мерседес» или еще что-то. То есть с самой игрой это сегодня никак не связано.

Во всех нормальных видах спорта люди мечтают о том, чтобы стать олимпийскими чемпионами, а в футболе предел мечтаний - попасть в дубль «Спартака», например. Сейчас в связи с падением «Спартака» это, может быть, немножко по-другому, но для большинства юных футболистов, я думаю, это так: футбол - это некий набор материальных благ.

Конечно, сегодня футбол - это и массовая культура, и шоу-бизнес, и контркультура - он подходит под все определения. Это давно уже не только элемент спорта. Тем более если мы говорим о российском футболе. Вы уж меня простите, у меня язык не поворачивается назвать это спортом, Спортом с большой буквы. Это некое шоу, адаптированное к российской действительности. Поскольку сейчас спорт в нашем обществе становится все более и более популярным, то это прекрасный антураж для разного рода встреч, переговоров. Я думаю, что футбольные VIP-ложи, где решается масса вопросов, в том числе и нефутбольных, - это одно, трибуны болельщиков - это другое. Это некий элемент общественного досуга - и государственного бизнеса; и я не удивлюсь, если узнаю, что в этих футбольных ложах решаются события государственной важности (в этом плане вообще спорт очень удобен).

Если Вы помните, перед Играми в Нагано был период, когда Беларусь как государство мало кто признавал, и Лукашенко сделал ход просто потрясающей мудрости: он избрался президентом Олимпийского комитета (хотя Вам, как никому другому, известно, что Самаранч специально приезжал в Минск, чтобы отговорить Лукашенко от этого шага). Так вот, когда Лукашенко приехал в Нагано, многие руководители и первые лица государств столкнулись с тем, что если они не хотят считаться с Лукашенко как с президентом страны, то с Лукашенко - президентом Олимпийского комитета Беларуси они вынуждены считаться, и в тот момент это сыграло очень большую политическую роль. Так и здесь.

Вся магия футбола заключается в том (мы уже говорили об этом), что это более массовая, более простая для понимания игра, чем другие, соответственно, она как бы «обречена» на зрительский успех. А то, что футбол не всегда логичен, так и любая игра не всегда логична. Немецкий футбол может быть логичен до мозга костей, но и он совершенно не застрахован от каких-то неожиданностей (как сейчас Валерий Георгиевич любит приводить в пример «Баварию», которая не смогла пройти в Лигу чемпионов, хотя должна была, казалось бы). Антилогикой футбола, например, можно считать мячи, забитые в свои же ворота, или мяч, каким-то чудом отлетающий от одной штанги в другую и залетающий в ворота, или что угодно подобное - таких примеров множество в любом виде спорта. Я, конечно, высокого мнения о нашем советском спорте, но думаю, что мяч, залетевший в корзину американцев на последней секунде мюнхенского матча, это не столько проявление безукоризненного мастерства, сколько какое-то фантастическое стечение обстоятельств. И в любом виде спорта таких вещей можно набрать множество.

Этим и интересен спорт. С одной точки зрения он логичен: побеждает сильнейший. А с другой. взять последний чемпионат мира по плаванию, когда наш парень, трехкратный чемпион мира марафонец Юра Кудинов сумел выиграть. Он проигрывал около четырех минут на середине дистанции после первых десяти километров; даже его тренер, сидя в лодке сопровождения, прикидывал: может, каким-то чудом удастся занять хотя бы восьмое или девятое место, чтобы дать команде хоть одно очко. но соперника утащило течение, и Кудинов выиграл. Логично? Абсолютно нелогично. За это и любят спорт! За наличие логики - и ее полное отсутствие, за парадокс и непредсказуемость.

Лучшая импровизация, с моей точки зрения, это импровизация подготовленная. О ремесле и понятии «ремесло» я как-то разговаривала с Тамарой Николаевной Москвиной, нашим выдающимся тренером по фигурному катанию, и она мне сказала, что работа тренера - это не что иное, как ремесло, возведенное в очень высокую степень. Это некий набор приемов, и в слове «ремесло» применительно к спорту я не вижу ничего унизительного. Просто у тренера Газзаева одно ремесло, а у тренера, допустим, Бора Милутиновича - другое, у Ван Гаала - третье ремесло, у Бескова было четвертое, у Лобановского - пятое. И если «ремесленник» Лобановский вообще не считал за серьезный уровень выйти в 1/32 чего-нибудь, то для ремесленника Газзаева эта высота не всегда достижима. Вот этим и отличаются, собственно говоря, выдающиеся тренеры - тем, что они владеют ремеслом настолько, что знают кратчайший путь достижения результата. Вот и все.

У каждого тренера существуют свои приемы. Я не думаю, что тренер, который в состоянии вывести свою футбольную команду в финал чемпионата мира, руководствуется только вдохновением. Я даже не допускаю такой мысли! Наверняка в основе очень хорошо налаженный тренировочный процесс, с четким объяснением задач и, главное, с умением, с пониманием того, как эти задачи могут быть реализованы. А что касается вдохновения и импровизации, то ведь одно другого не исключает. Когда игра идет на хорошем уровне, что отличает, собственно говоря, понятие «пик формы», тогда у человека получается все. Да, он играет ту же самую схему, но мяч ему на ногу или в руку, в зависимости от вида спорта, ложится как влитой. Он кидает - и у него все получается: и нужная скорость, и нужная траектория, и любой другой прием или тактическое действие. Ну, сами знаете, как бывает: утром встанешь - и все получается, а иногда вот вроде все делаешь правильно, а все из рук валится - стечение обстоятельств. У каждого человека может быть спад, но если ремесленный уровень присутствует, то даже когда у одного спад, то команда вытягивает это. А вот если базы-то нету, то никакое вдохновение не поможет. Ну разве что в свои ворота засандалить!

Все зависит от людей, а люди разные. Может быть, журналистам это видно гораздо больше, чем представителям других профессий, но есть люди, с которыми безумно интересно разговаривать, причем не только на футбольные темы, а просто о жизни. Иногда это достаточно парадоксально. Я одного такого потрясающего собеседника обнаружила в Сергее Горлуковиче, фигуре угрюмой, с репутацией молчуна, не бог весть какого интеллектуально развитого человека, - я получила колоссальное удовольствие, общаясь с ним. Таких людей - думающих, анализирующих, способных проводить какие-то параллели - можно перечислять и перечислять, они есть во всех видах спорта. Точно так же во всех видах спорта есть люди крайне ограниченные, блестяще владеющие своей профессией, которым просто не интересно ничто другое. И я не могу сказать, что лучше, - я просто говорю, что и те и другие есть в спорте, как и в любом другом деле.

Мне приходилось встречаться с достаточно большим количеством футболистов, и подавляющее большинство из них (может быть, в силу того, что я все-таки выбирала собеседников) оставили у меня очень приятное впечатление: это люди, которые не боятся тяжелой работы, люди с достаточно быстрым мышлением, они могут анализировать, делать выводы, адекватно реагировать. Такие люди были. Но первое, что приходит в голову в ответ на вопрос, каков обобщенный тип личности футболиста: это спортсмен достаточно невыразительных физических кондиций и крайне завышенного самомнения. Я понимаю, что это несправедливо по отношению ко всем, но в целом футболист именно таков.

Великие в прошлом футболисты редко становятся выдающимися тренерами? Я думаю, что это скорее норма. И не только в футболе, а во всем спорте. Лучше всего мне это объяснил, пожалуй, Анатолий Самойлович Блюменталь, главный тренер СССР по водному поло много лет. Он сказал, что большинству олимпийских чемпионов и выдающихся спортсменов не приходит в голову, что другие люди не в состоянии сделать то, что умеют они. И когда они что-то требуют, оказавшись волею судьбы тренерами, то им и в голову не приходит, что то, что могут сделать они, не может сделать другой. Они не всегда это могут объяснить. Фраза Блюменталя дословно звучала так: «В великих спортсменах всегда сквозит их величие».

Сделать - еще не значит уметь научить. В то же время я не могу сказать, что из неудачников, из тех, кто не добился того, на что рассчитывал, всегда получаются выдающиеся тренеры, - тоже нет. Выдающиеся тренеры получаются из людей, способных осмысливать, анализировать, делать выводы, то есть должен быть определенный склад ума и характера, а таких людей в принципе мало. Возьмите любой вид спорта - таких людей единицы.

Из выдающихся, действительно выдающихся, я могу назвать: Тарасов, Гомельский, Чернышев, Евтушенко, мой отец в плавании, Аркаев в гимнастике, Лобановский. Причем, понимаете, я сейчас отталкиваюсь совершенно не от того, кто из них сколько выиграл золотых наград, а от того, что всех этих людей объединяет способность, стержень, четкое понимание того, чего человек хочет, отсутствие боязни рисковать. но этот риск всегда оправдан! Ведь даже если проанализировать самые рискованные поступки того или иного тренера, всегда под ними какой-то фундамент, основание, на котором человек принимает те или иные решения.

И постоянное желание учиться!

Знаете, каждый раз, когда я вижу на трибуне (на хоккейной или на футбольной) Виктора Васильевича Тихонова со своим неизменным блокнотиком, или вспоминаю, как Лобановский садился и с трибуны смотрел на то, что происходит на поле, и что-то там вычерчивал, у меня каждый раз возникает вопрос (возможно, он дилетантский, возможно, он неправомерный): не пора ли нашим тренерам перестать бегать по бровке, выскакивать на поле и потрясать кулаками в воздухе? Может, сесть куда-нибудь повыше, посмотреть спокойно и понять, что представляет собой тот футбол, в который они играют?!

Каждый человек, который чего-то добился в спорте, прекрасно понимает свой уровень. Есть вещи общие для всех видов спорта - такие, как общая физическая или функциональная подготовка. С этой очевидной точки зрения российский футбол не выдерживает никакой критики, и красивая жизнь футболистов здесь не при чем. Спорт давно такой, что красивую жизнь, иномарку, большую квартиру, подругу-фотомодель, шмотки от Версаче может позволить себе любой спортсмен высокого уровня в любом виде спорта. Даже в столь непопулярном, как прыжки в воду. Поэтому само по себе это перестало быть предметом зависти. Завидовать можно было Игорю Нетто, когда он на «Волге» приезжал на тренировки, или тому же Бескову, который приезжал на «Волге» на игру. Это в 1950— 1960 годы «Волге» можно было обзавидоваться, а сейчас-то чего завидовать - сейчас это у всех есть. Сейчас в любом виде спорта проводится достаточно большое количество коммерческих соревнований, где можно заработать немалые деньги. Большие или меньшие - это уже другой вопрос. Когда человек заработал какие-то деньги, он достаточно быстро понимает, что на одну задницу пять штанов не наденешь, и на двух машинах одновременно тоже не поедешь, и что иметь собственный дом гораздо более хлопотно, чем иметь квартиру. Верх берет здравый смысл. А так называемая красивая жизнь футболистов - она у здравомыслящих людей вызывает только иронию.

О коммерциализации спорта и футбола. Что касается остального спорта, я не считаю, что суммы получаемых гонораров зашкаливают или они неправомерны. Не далее как вчера Фетисов объявил: проведены переговоры, и премия за олимпийскую золотую медаль в Афинах будет составлять 1 миллион долларов. Это чудовищная сумма. С точки зрения многих она, наверное, неоправданно завышенная. Но с другой стороны, если человек борется за право быть лучшим в мире, то почему это не должно быть оценено какой-то совершенно фантастической цифрой!

А что касается футбола - там же подоплека изначально другая. Эти деньги крутятся там не потому, что сама игра и футболисты столько стоят, а потому, что давно известно: это самый простой путь для «отмывания» денег. Не так давно они хлынули в таком объеме! Я думаю, что деньги, которые крутятся сейчас в российском футболе, намного превосходят те, которые крутятся во всем европейском футболе. Но это именно потому, что у нас еще переходный период, та самая мутная вода, в которой очень хорошо ловить рыбу.

Все, кто так или иначе связан с футболом (та самая околофутбольная мафия), задействованы в «отмывании» этих денег. Когда крутятся большие деньги, возникает очень много желающих к этим деньгам примкнуть, и кто там уже с кем повязан, как эти деньги повязаны, как одно из другого вытекает - это уже очень трудно понять. Да и надо ли?

Спрашивая о роли СМИ в футболе и спорте, Вы привели два конкретные примера работы телекомментаторов. Первый - скандал из Солт-Лейк-Сити: люди, часто некомпетентные, неграмотные, не разобравшись в ситуации, возбуждали почти весь народ - дошло до Думы, до послания президенту. Нечто подобное (это второй пример) мы видели через год на чемпионате мира, когда все вдруг оказались виноваты, кроме наших футболистов. Кончилось скандалом здесь, на Манежной площади, и опять дошло до квасного патриотизма: «Наших бьют!».

Мне не совсем корректно давать оценки работы моих коллег-журналистов, тем более что оценка качества - это немножко другое. В каждой отрасли, как мне кажется, не такое большое количество настоящих профессионалов. Они, настоящие, наперечет в любом деле: в банковском, строительном, в транспортном, военном, в каких-то научных областях. Но поскольку наша страна начала очень быстро и, я бы сказала, буйно развиваться во всех сферах, в том числе и в информационной, то понадобились новые люди, а их нет. Отсюда недостаточно квалифицированная, а иногда просто неправильная подача того, что происходит. Тот поток, который заполнил вакансии, на данном этапе отличается не самым высоким уровнем профессионализма - это естественное явление, это болезнь роста. Возможно, надо подождать, пережить, пока произойдет какой-то естественный отбор. На самом деле в Солт-Лейк-Сити не было никакого антироссийского заговора - кроме нас самих, там никто ни в чем не был виноват.

Что касается футбола, то средства массовой информации (и мы, наверное, в том числе) создали некую иллюзию, что наши футболисты что-то там могут сделать; соответственно, начало складываться несколько неправильное общественное мнение. Вот эта вера, ни на чем не основанная, и вызвала тот самый ажиотаж у населения, тот самый квасной патриотизм. Хотя, повторяю, даже те, кто говорил, что никуда мы не выйдем и ничего не выиграем, - они тоже надеялись: выйдем, пройдем и, глядишь, дойдем до какой-нибудь части финала. За исключением Бубнова, который от начала до конца говорил «нет» и оказался прав. А всегда очень неприятно осознавать, что кто-то оказался прав, а ты нет!

Еще раз о футбольном тренере: он от футболиста недалеко ушел (я не беру сейчас в расчет молодое поколение). Чернышев и его поколение - Писарев, Шалимов (с этим поколением я просто не очень знакома, но это тот футбольный тренер, который преимущественно фигурирует в нашей премьер-лиге) - это (обобщенно) человек с некими практическими навыками игры в футбол и руководства командой. Не знающий никаких иностранных языков и не желающий их учить, не считающий, что это ему нужно. Убежденный, что ему нечему учиться, даже не допускающий такой мысли. Очень болезненно реагирующий на критику. И крайне безразлично относящийся к своему внешнему виду. Есть исключения, но их мало.

Кто такой футбольный судья? Это очень разношерстная компания людей, среди которых есть достаточно достойные представители, которые прекрасно понимают разницу между российским и международным футболом, которые стремятся выйти именно на международный уровень, потому что это совершенно другой уровень, стремятся знать языки, овладеть своей профессией. Наиболее типичный представитель этой категории - возможно, не самой многочисленной - это, с моей точки зрения, Валентин Валентинович Иванов. Я думаю, что во многом его представление о спорте и футболе складывалось под влиянием родителей, людей совершенно иного масштаба, чем люди нынешнего футбола.

Футбольный менеджер? То же самое. Очень разнообразная категория, среди которой выделяются молодые, зубастые, честолюбивые ребята, стремящиеся выйти на высокий уровень, причем выйти легально, которые следят за внешним видом, за собственным образованием, стремятся получать как можно больше информации. Это уже какой-то прогресс - ведь пять лет назад этого не было.

Меценат? Все разные. Наряду с большим количеством людей, стремящихся только «отмыть» или «прокрутить» деньги и получить какую-то прибыль, есть люди, которые совершенно искренне любят футбол, совершенно искренне болеют за страну, совершенно искренне хотят увидеть те времена, когда футболом можно будет гордиться, а не пить с горя. И если у этих людей есть деньги, то они искренне готовы их употребить на благо любимой игры. Таких людей, которые бескорыстно любят футбол и, более того, готовы ему помогать своими деньгами, много.

О болельщике я так или иначе сказала уже много. Было бы неправильно считать, что наш болельщик - это тот, кто сидит на трибуне и постоянно в кадре, - болельщиков на самом деле гораздо больше.

Нельзя забывать и фанатов. Фанами быть модно. Фан - это некий, я бы сказала, возрастной этап самоутверждения. Это этап, который надо преодолеть. Когда я училась в школе, я и через заборы лазила, и стенка на стенку с учениками соседнего интерната дралась, и на подножке трамвая ездила -это считалось обязательным набором самоутверждения и признания становящейся личности. Я думаю, что в большинстве случаев период такого оголтелого фанатства проходит, - если не проходит, это уже клиника. Но таких тоже хватает!

А в принципе равнодушных к футболу людей нет. Я не верю, что есть люди, которые, оказавшись на стадионе, остаются абсолютно равнодушными - они все равно рано или поздно начинают болеть, это непроизвольно происходит. Просто зрелище уж больно понятное (где-то я прочитала практическое руководство для юноши: если ваша девушка категорически не переносит футбол, то для начала попытайтесь ей объяснить, что происходит на поле, расскажите о каком-то игроке, то есть пробудите некий интерес). Если я в магазинной очереди столкнулась с кем-то из футболистов, познакомилась с ним где-то, а через пару дней случайно включила телевизор и вижу, что он играет, я невольно начну за него болеть. На этом, собственно говоря, построена вся футбольная журналистика: чем больше пишешь о людях, тем ближе и понятнее делаешь их для публики, тем больше публика начинает за них болеть. Как за своего, как за родного.

Я далека от мысли, что Колосков отвечает за низкий уровень современного российского футбола. Тут развала как такого нет - есть огромные деньги, есть прекрасная инфраструктура, есть возможность удовлетворять любые требования. Беда-то вся, вся эта разруха - она, по Преображенскому, в головах. Для того чтобы что-то изменилось, к руководству командами должны прийти люди, которые честно себе скажут: да, уровень не выдерживает никакой критики. И захотят что-то изменить. Пока этого желания, этого понимания не будет, не изменится ровным счетом ничего.

Почему я так хочу появления сильного иностранного тренера в каком-нибудь клубе? Потому что это будет, как появление в хоккее Войтека: все разговоры о том, что иностранец никогда ничего не добьется в России, исчезли сами по себе, и другие клубы подтянулись! Причем я совершенно не исключаю, что Войтек добьется еще большего: это тренер, который знает, как делать результат с тем подручным материалом, который у него есть. Я думаю, что на тему «Роль Войтека в развитии российского хоккея» можно написать докторскую диссертацию, и считаю, что по тому же сценарию все может развиваться и в футболе. Как только в каком-то клубе появится сильный тренер, который не просто будет на первом месте в чемпионате России, а будет играть, все клубы окажутся перед выбором: или делать то же самое, выходить на другой уровень или. грош тебе цена, ты так и будешь болтаться ниже ватерлинии.