Для того чтобы воспользоваться данной функцией,
необходимо войти или зарегистрироваться.

Закрыть

Войти или зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Автор: Мильштейн О.

Глава 7

Александр Жуков

Председатель комитета Госдумы РФ, доктор экономических наук, мастер спорта СССР по шахматам,

игрок-любитель, болельщик

Выход - есть!

Секрет притягательности и популярности футбола. Я думаю, что футбол - самый демократичный вид спорта, потому что, во-первых, в него может играть абсолютно любой человек: маленький, большой, худой, толстый - кто угодно. И для того, чтобы играть, нужен минимум: нужно что-то, похожее на мяч, и желание. Да, больше ничего. Мне кажется, что в этом и секрет его популярности. Ну и, конечно, большие традиции, то, что он развит практически во всем мире.

Почему футбол, а не другой вид спорта? Ну, собственно, потому, о чем я уже сказал.

Что для меня лично значит футбол? Здесь два ответа. Первый - то, что я сам с малых лет и до сих пор активно играю в футбол, просто люблю играть. Во-вторых, это, безусловно, спорт и спортивная физическая нагрузка, которая очень помогает менять вид деятельности. Безусловно, разрядка. Кроме того, я любитель футбола, то есть я болею за футбол - и это уже эмоциональная разрядка, расслабление. С детства за «Спартак», ну и за сборную России, естественно, болею. Да и за все наши команды, когда они играют в международных турнирах.

Что главное в футболе? Я считаю, что главное, безусловно, сама игра, которая доставляет удовольствие, и, конечно, результат. Что это такое: игра, работа? Для кого как. Для кого-то это игра, для профессионалов - работа, для большинства это, конечно, зрелище. Отвлечение от повседневных забот? Нет, я не думаю. Это в каком-то смысле всегда разрядка. Это может вылиться в любое проявление: агрессию, истерию, психоз. Но это все, мне кажется, побочные эффекты, это не связано со спецификой футбола. Просто когда собирается много людей, то могут проявляться какие-то агрессивные настроения. Конечно, когда болеют за команду страны, безусловно, возникает какая-то сопричастность, единение с чем-то важным, и это способствует формированию патриотизма, сплочению народа. Но может быть и по-другому, и кто-то может воспользоваться этим в каких-то злонамеренных целях, вызывать истерию, нагнетать психоз. Но это к футболу, по-моему, никакого отношения не имеет, манипулировать массовым сознанием людей таким образом, через футбол, невозможно. Этого можно добиться на базе чего угодно.

Целостное представление о мире? Нет, футбол не дает.

Особая философия? Тоже нет никакой.

Какова философия нашего российского футбола? Я не знаю.

Что означает футбол для России? То же, что и для всех остальных стран - для Бразилии, Италии, Германии. Есть страны, где футбол действительно играет какую-то особую роль. Я считаю, что в Бразилии, где подавляющее большинство мужского населения, да и не только мужского, бредит футболом, наверное, это нечто большее, чем просто игра. Поражение в чемпионате мира, например, для Бразилии может быть национальной трагедией. А для России - нет.

Можно ли футбол считать явлением национальной или мировой культуры? Мировой культуры, конечно.

О футбольной культуре страны? Нет, невозможно говорить.

Правомерно ли говорить о футболе как о субкультуре? Не знаю, не замечал.

Является ли футбол элементом массовой культуры, шоу-бизнеса? Конечно, элемент массовой культуры, и шоу-бизнеса тоже, и спорта, конечно.

В отличие от других видов спорта футбол будто бы обладает какой-то магией, особой притягательностью. Нет, я так не считаю. Я думаю, что и хоккей, и баскетбол имеют своих любителей, и для них эти игры обладают своей магией. Кому что больше нравится! Мне кажется, что большинству тех, кто любят футбол, нравятся и другие спортивные игры, - для меня как для зрителя хороший баскетбол или хоккей, например, не менее интересны, чем футбол. Все зависит от того, что мы видим. Иногда футбол такой, что его смотреть не хочется, а баскетбол такой, что не оторвешься. Это не связано с видом спорта. Я бы провел другое разделение. Есть спорт игровой, а есть неигровой. Некоторые любят неигровой спорт, а некоторые игровой. Мне, например, больше нравится игровой спорт, и в этом смысле все равно какой.

Некоторые ценят футбол за талант игроков, за их техническое мастерство. Нет, это искусственное разделение.

Игровая дисциплина, выполнение установок тренера и вдохновение, творчество, импровизация. Поскольку футбол коллективная игра, красота рождается там только из коллективных действий, то есть это всегда совокупность каких-то качеств. Это неразделимо. Нельзя сказать, что одна команда побеждает за счет вдохновения, а другая - при его отсутствии. Это, мне кажется, надуманно. Потому что если команда играет хорошо - это хороший тренер, который сумел поставить игру так, что каждый будет лучше себя проявлять, и это будет выглядеть красиво, как импровизация.

О творчестве в футболе обязательно надо говорить, ведь футбол - это один из видов творческой деятельности. Кстати, и все остальные виды спорта тоже.

Духовность футболиста и спортсмена. Ну, обычно можно говорить только о духовности человека.

Стереотипы. Невозможно дать типичный портрет футболиста. Если только с физиологической точки зрения: ноги переразвитые - больше ничего. Все футболисты, как и люди, разные абсолютно, и никакого обобщенного портрета я не нарисую.

Великие футболисты, как правило, редко становятся выдающимися тренерами. Почему? Мне кажется, что часто становятся. Если посмотреть на выдающихся тренеров, многие из них были сильными футболистами. Тот же Беккенбауэр. какие еще великие футболисты? Чтобы стать великим тренером, нужны, очевидно, немножко другие качества, чем у футболиста. Но мне кажется, что многие великие футболисты становятся великими тренерами.

Отношение к футболистам спортсменов-представителей других видов спорта зачастую негативно. Ну, смотря каких видов спорта! Сейчас много видов спорта, где большие деньги зарабатывают. Конечно, в тех видах спорта, где мало денег, есть определенная ревность к футболу. Но, с другой стороны, что тут сделаешь? Это объективно. Более телевизионные, телегеничные виды спорта сегодня приносят больше денег, менее телегеничные - меньше. От «раскрутки» тоже многое зависит. Никто не мешает вам зарабатывать деньги футболом, занимайтесь ради этой цели. Так и делаются заработки. Это нормальная коммерциализация футбола. Это же шоу-бизнес в какой-то степени. Это большие деньги. Так что это все абсолютно нормально. И спорт вообще давно уже стал не просто спортом, но и большим бизнесом, и товаром. Когда-то Кубертен замыслил это как совсем другое дело. Нет, теперь это огромная сфера бизнеса, потому что есть спрос, есть предложение. Здесь же рынок: есть спрос - есть предложение. есть телевидение, есть реклама. Все это нормально.

Роль телевидения в спорте очень велика, потому что с помощью телевидения миллиарды людей становятся сопричастными этим событиям. Достаточно велика и роль комментаторов. Можно по-разному оценивать одни и те же события - я противник всяких массовых психозов.

Что касается судейства, то оно у нас далеко не идеальное. Такое же было на зимней Олимпиаде в Солт-Лейк-Сити. Это все очевидно. Но делать из этого далеко идущие выводы, мне кажется, было бы неправильно.

Насчет оплаты труда футболистов и того, что наши игроки за рубежом играют по демпинговым ценам. Может, так и было в конце восьмидесятых - начале девяностых годов, сейчас все не так. Есть рынок, и кто сколько стоит, тот за столько и продается. Другое дело, что на рынке, имея товар, еще важно, как его подать. Вот здесь, безусловно, наши футболисты по сравнению с другими находятся и сегодня в очень плохой ситуации, потому что у нас, к сожалению, очень слабо развита система спортивных менеджеров, юридической защиты, агентов - это первое. Второе: к сожалению, у нас почти все доходы от футбола находятся в теневом секторе. Это очень мешает. Если бы они были легальными, как во всех других странах (хотя и там тоже далеко не всегда порядок)! Но идет процесс легализации. У нас пока все это в тени, а это означает, что что-то, что мы знаем, может не соответствовать действительности: гонорары этих спортсменов, суммы трансферов и так далее. Сейчас постепенно это все вроде бы выходит немножко на поверхность, но очень медленно.

Делается ли что-либо у нас, будет ли у нас Закон о футболе, какие-то законодательные основы спорта? О футболе - вряд ли. О спорте нужен закон, это верно. Но у нас есть законы. Есть Гражданский кодекс, который описывает все виды сделок, описывает, как все должно осуществляться в соответствии с законом. Но до тех пор, пока деньги игрокам, тренерам, судьям передаются из кармана в карман или в конверте, конечно, порядка в отечественном футболе не будет.

То, что мы сейчас насыщаем наши команды зарубежными, далеко не лучшими футболистами, тоже нормально. По этому пути весь футбол в мире идет. Раньше в этом плане существовали очень консервативные ограничения, а сейчас, если посмотреть, например, «Арсенал» или другие английские команды, то выяснится, что англичан там практически нет. В этом ничего такого страшного нет, так как идет интернационализация и глобализация футбола. Вопрос в том, насколько сильных игроков покупают! Но это тренерам и хозяевам команды виднее: есть у них возможность купить игрока первого клуба, высшего класса или такой возможности нет. Судя по началу этого чемпионата, многие наши клубы купили более или менее приличных футболистов, явно не совсем второсортных, как это было раньше. Посмотрим. В хоккее этот процесс начался раньше и идет быстрее: к нам едут лучшие европейские хоккеисты, уже из НХЛ возвращаются. В баскетболе то же самое. Я думаю, что и в футболе этот процесс будет постепенно нарастать. Это зависит от общей экономической обстановки в стране, и в этой связи есть две темы: первая - делается все это порой не «белыми», а какими-то «серыми» деньгами, то есть мы реально не владеем информацией на футбольном рынке; вторая -финансовые возможности наших клубов - они сегодня гораздо шире.

Каков статус футболиста в обществе: спортсмен, шоумен, гладиатор? Какой-то, наверное, смешанный. У нас - в значительной степени шоумен. За рубежом этот важный момент тоже есть. Взять Бекхэма, Роналдо, Зидана - это уже, конечно, не просто спортсмены, которые имеют значительно более широкую известность, чем многие другие их коллеги, - это торговые марки клубов, их рекламные щиты и тому подобное.

Футбольный тренер. Тренер - он и есть тренер, а его социальный статус? Сидит на окладе - он у ведущих тренеров высокий в нашей стране.

Футбольный меценат, чиновник, менеджер, судья - все могут найти свое место в футбольном мире. Должны быть и футбольные чиновники (может быть, меньше несколько, чем их есть сейчас). Меценаты - это сложно, вряд ли они применимы к футболу, здесь все-таки скорее бизнесмены на почве футбола. Менеджеры должны быть обязательно, у нас их не хватает. Ну, судьи - понятно.

Кто такой футбольный болельщик? Обычный человек. Простой человек, которому нравится смотреть футбол.

Проблемы мирового футбола? Судейство! Это проблема, от которой трудно уйти. Например, рассматривался вопрос о том, чтобы увеличить количество судей. Может быть, это стоит сделать, почему бы и нет - хотя бы в некоторых видах спорта. Возьмите хоккей - конечно, одному человеку там трудно везде поспеть.

Какие еще проблемы? На сегодняшний день, мне кажется, немножко переоценены игроки. Это базовая проблема, и даже самые успешные клубы оказываются на грани банкротства. Огромные суммы, которые гуляют между клубами, понятно, привлекают игроков, но мне кажется, что ведущие игроки и без этого набирают - за счет рекламы, например. Отрыв футбольной элиты от остальных игроков очень высокий. В Америке хоккей, баскетбол, трансферный рынок устроены таким образом, чтобы выравнивать силу команд: самая слабая команда имеет первоочередное право на приобретение самого сильного, молодого игрока. Именно так и выравниваются команды. А «Реал» покупает всех лучших игроков мира, и не видно, как этому противостоять. Конечно, в футболе в разных странах больше сильных клубов, но все равно есть какая-то элита, до десяти клубов, которые объединяются в такой элитный клуб, с которым очень трудно будет соперничать даже УЕФА. Противопоставить что-то будет очень трудно. Здесь какая-то революция нужна. Но поскольку в футболе нет такого единого первенства, как в Америке в хоккее, то это трудно сделать: установить жесткие правила, все урегулировать, пытаться ограничить бюджеты клубов. Я думаю, что в футболе это тоже будет, потому что конкуренция примерно равных по силе команд всегда для всех интереснее.

Главные проблемы российского футбола? Некоторые мы уже обозначили. Проблемы серьезные, например, за много лет пропала наша отлаженная система подготовки молодых перспективных футболистов. У нас выпало целое поколение, и эту систему трудно восстановить, поэтому и идет приглашение большого количества второразрядных иностранных игроков. Ведь если бы у нас была своя серьезная смена, я думаю, что этой проблемы не было бы. Все это связано с недофинансированием и с недостаточным количеством денег у клубов и у государства. А детский спорт - это в большей степени государственная проблема. Выход? Выход один: будет развиваться экономика - будет возможность у государства увеличивать вложения в отечественный спорт и в футбол в том числе. Большие деньги пока не приходят в футбол со стороны отечественных спонсоров.

Если бы я руководил футболом в России? Не дай Бог! «С чего бы Вы начали?» Универсального совета нет. Нужно постепенно двигаться. В мире много примеров, как все это устроено. Нужно постепенно принимать меры к тому, чтобы футбольные бюджеты выходили из тени, чтобы четко соблюдались общие правила.

Михаил Гершкович

Бывший игрок команды «Торпедо» (Москва), мастер спорта международного класса, бывший тренер олимпийской сборной России, безработный

Футболу нужны законы

Футбол - это феномен, необъяснимый феномен. Может быть, со мной многие не согласятся, потому что я принадлежу, в общем-то, к миру футбола, но футбол, на мой взгляд, самый сложный вид спорта. Во-первых, потому, что он - коллективный вид спорта. Если брать индивидуальный и коллективный вид спорта, то любой коллективный сложнее индивидуального уже потому, что в нем участвует группа людей. В индивидуальном виде спорта все зависит от одного человека (боксер, лыжник, конькобежец, пловец, прыгун в воду). А здесь - коллектив, пусть и не самый большой (есть виды спорта, где играют большие коллективы).

Футбол, наверное, единственный коллективный вид спорта, где технические приемы выполняются нижними конечностями, и приемы эти наиболее сложны с точки зрения тренировочных умений и навыков. Руками человеку легче все делать, чем ногами, верно? Футбол поэтому самый сложный вид спорта с точки зрения технического исполнения.

Ни одна команда никогда не играет два раза одинаково - вот этот момент является второй отличительной чертой футбола. В единоборствах, как и в играх, есть определенные правила, которые довольно часто подвергаются изменениям. Футбол же - самый консервативный вид спортивных игр. Почему консервативный? Не потому, что его не хотят изменять, а потому, что в нем нечего изменять. Традиции сложились. Какие-то умные люди придумали такие правила, которые в общем-то всех удовлетворяют. Конечно, есть элементы правил, которые изменили, ускорили игру, она стала более динамичной, стало меньше простоев.

Поскольку этот вид спорта с детства в моей жизни, то и говорить о нем всегда, в общем-то, легко. с одной стороны, а с другой - трудно, потому что никогда не задумываешься, за что ты его любишь. Вот любишь какого-то человека - и все. Наверное, так же и с футболом.

Футбол - это жизнь моя!!! Сколько я себя помню, я все время в футболе. У меня есть фотографии, на которых я снят с мячом, как только начал ходить. Видимо, это как-то свыше дано. поэтому это трудно объяснить. Футбол для меня - все. Это моя жизнь. Все, что есть в моей жизни, связано с футболом.

Вы спрашиваете, что самое главное в футболе: непредсказуемость, результат, сама игра, игроки, импровизация, дисциплина, мастерство игроков или мастерство тренера, болельщики, атмосфера стадиона. Знаете, здесь все важно. Если что-то одно выдернуть, картина уже будет неполноценной. Привлекательность футбола как раз и заключается в гармонии, в сочетании всех этих составляющих. Они все очень важны, может быть, какие-то вещи еще можно даже добавить.

Я думаю, что очень важным, основополагающим моментом является такой - создание коллектива. Футбольный коллектив - это очень важный элемент нашей игры, от него во многом зависит удача или неудача того или иного соревнования. Поэтому я и начал с того, что это коллективный вид спорта. Я считаю, что большие задачи может решать только хороший коллектив, который сумели создать тренер и руководство клуба. Это подтверждает вся моя жизнь в футболе. Отдельно мастерство тренера и отдельно мастерство игроков не является столь решающим, сколь сплоченность коллектива. Это, может быть, и есть самое важное: создание хорошего коллектива.

Еще раз повторю: в футболе важно все. Это и игра, и работа, и зрелище, и забава, и развлечение, и отвлечение людей от повседневных забот, это массовый психоз, это, наконец, и «поорать, напиться, подраться». Хотя все сугубо индивидуально. В футболе роли распределены: тот, кто на поле - игрок, кто на трибуне - зритель, кто прочитал рецензию в газете - читатель, кто написал - писатель. И каждый видит в футболе свое. Для кого-то это страсть, для кого-то просто забава, кто-то пришел поорать. Но для большинства это, наверное, какое-то подкорковое, неосознанное явление. Тянет народ к этому делу! Я знаю много людей, которые не принимали футбол до тех пор, пока не окунулись в атмосферу настоящего праздника футбола. Поэтому я считаю, что футбол по телевизору и

футбол на стадионе - это две разные вещи. Футбол по телевизору для большинства - просто какое-то развлечение, что-то такое поверхностное, а для тех, кто ходит на стадионы (таких очень много), это, наверное, страсть, наркотик. Наверное, так. Я думаю, что это больше подсознательное, потому что осознать это сложно, очень сложно.

Каждый человек может посмотреть на одно и то же разными глазами. Вот и в футболе: кто-то рассматривает его как инструмент сплочения нации, прогрессивное явление, а кто-то - как инструмент национализма, шовинизма, ксенофобии. Я считаю, что сейчас в России футбол может стать национальной идеей, идеей объединения нации. У нас сейчас очень серьезно и напряженно в этом плане, политические интересы очень разношерстны, проявляется какой-то национализм, есть разные конфессии, которые волей-неволей проповедуют каждый свою правду. Вот я и думаю, что футбол как раз то социальное явление, которое может объединить всех: красных, белых, зеленых, мусульман, православных, иудеев - всех, потому что футбол вне национальностей, вне религий и вне политических пристрастий. Я думаю, в этом его сила.

Футбол может на почве нелюбви к другой команде разжечь националистические страсти, но для того, чтобы это случилось, нужно искусственно создавать определенную обстановку, потому что человек по своей натуре существо неагрессивное. Чтобы его направить (в рассматриваемом случае) в националистическое русло, нужны какие-то целенаправленные действия. То, что происходит на трибунах и у нас, и за рубежом, - это целенаправленные действия, которыми руководят в своих интересах умелые люди. Если рассматривать футбол как игру, как спорт, то он, я думаю, несет прежде всего добро, объединяет людей, а не разобщает.

Поэтому я думаю, что с помощью футбола можно манипулировать массовым сознанием, массовым поведением, только имея в виду негативные цели. В положительных целях массовым поведением манипулировать не надо: по самой своей сути и футбол, и человек таковы, что они выбирают положительное русло.

Свойственна ли футболу некоторая мифологизация, то есть правда ли, что в футболе и о футболе рождаются мифы и что с помощью футбола можно формировать мифы об индивидуализме, о коллективизме и тому подобном? Надо понять, в чем дело. Всегда, в любом виде деятельности победителей где-то чуть-чуть возвышают, делают их героями. Это делается от внутреннего восхищения - человеком, командой. Нам свойственна такая гиперболизация, поэтому нет ничего удивительного в том, что о футболе ходят легенды и мифы, - так человек выражает свои пристрастия. Так, наверное, родился миф о пушечном ударе Федотова. Рождению этого мифа способствовало и отсутствие (или, точнее, недостаток, малое количество) информации: тогда ведь не было такого мощного информационного потока, как сейчас, футбол можно было смотреть только «живьем» либо слушать репортажи по радио. Вот и сочинялись мифы и легенды. Сейчас это просто невозможно. Но сейчас простое человеческое желание возвысить игроков умело используется теми, кто делает на этом деньги: футболистов привлекают к участию в рекламе. Не каждый может попасть на семьдесят недель в рекламный ролик. Я думаю, это из того же, федотовского ряда, это «федотовская повязка» на ноге.

Или возьмите, например, московский «Спартак», эту издавна народную команду. «Спартак» очень любят не только в Москве и даже не только в России, в бывшем Советском Союзе - у него есть болельщики и за рубежом. Так традиционно сложилось, что именно «Спартак» имеет особый дух. И дух этот возник не на голом месте. Я считаю, что в этом «Спартак» во многом обязан Николаю Петровичу Старостину и его братьям Андрею и Александру. Это люди, которые создали и выпестовали «Спартак», которыми мы гордились многие годы, «Спартак» дышал духом Старостиных. Они сумели пронести этот дух через всю историю «Спартака». Был момент, когда Старостиных отлучили от команды, и она тут же вылетела во вторую лигу, в класс «Б» тогда. Стоило Старостину вернуться - и

«Спартак» быстро восстановил свое реноме. Пригласили Бескова - тоже великий тренер, но дух Старостина жил в команде еще очень долго. После кончины Старостина спартаковскую традицию продолжил Романцев. Он получил этот флаг из рук в руки. Видимо, получил с каким-то напутствием, с какими-то словами. Может быть, это тоже немножко миф, но он существует, и пока Романцев в «Спартаке», я думаю, этот спартаковский дух и стиль, дух и стиль Старостина, будет жить.

Если у кого-то поднимется рука на Романцева и он искусственно, не дай Бог, будет удален из «Спартака», то этот дух может уйти, может порваться невидимая нить между болельщиками и «Спартаком». Если уж Романцев захочет уйти, он должен передать кому-то спартаковский флаг - тогда это все, может быть, сохранится. Может, это опять миф, но я вот так думаю.

Что же касается того, способствует ли футбол формированию у людей правильного понимания мира, всего того, что происходит вокруг нас, то я думаю, да, способствует. Почему? Отвечу. Какой бы он ни был гениальный футболист, он находится в футбольном коллективе. Что такое футбольный коллектив? Кажется, люди находятся вместе на поле два тайма по 45 минут, ну еще есть общее время тренировочного процесса, все остальное - личное время. Только тут не так. Команда формируется не в эти два тайма, не во время тренировочного процесса. Тут есть что-то другое. Даже выдающийся футболист должен заслужить уважение своего коллектива, иначе коллектив его просто отторгнет. Футбольный коллектив учит формировать дух команды, то, без чего у команды нет своего почерка, нет своего лица. Это то, о чем я уже говорил: формирование коллектива. Это очень серьезная вещь. Коллектив очень серьезно влияет на формирование мировоззрения, на формирование личности, и игрок как член коллектива просто не имеет права делать неправильные шаги. Это сразу повлияет на его взаимоотношения с коллективом, повлияет на уровень его мастерства, на его успехи в футболе.

И здесь на первый план выходит роль личности тренера. Тренер - вершина пирамиды в футболе. Тренер влияет на очень многие процессы. Грамотный и умный тренер, давая возможность самому коллективу решать те или иные задачи, в определенных ситуациях делает чуть-чуть шаг в сторону, но при этом, как говорится, «держит руку на пульсе» - что бы ни происходило в команде, все должно находиться под присмотром тренера.

Мне, например, очень повезло, что искусство футбольной игры, как и тренерское искусство, я постигал, играя и работая под руководством Бескова, Качалина, Маслова, Якушина. У них были очень разные методы воздействия на коллектив, но все они были высоконравственные, очень действенные и сильные личности. Методы воспитания, тренировки у всех у них абсолютно разные. На особом месте лично для меня стоит Иванов Валентин Козьмич. Это глыба: и как человек, и как тренер. Я считаю, это очень сильная личность, особенно в плане воздействия на игроков. Или, скажем, Маслов. Он все делал настолько ненавязчиво и настолько непринужденно, что его работа с командой, с игроками казалась просто какой-то частной беседой, замечаниями после игры. Ты и не понимал, и не задумывался, что он дает установку - так легко, без напряжения он все делал: вроде бы ничего не сказал, а тебе уже все ясно. Потом, когда делаешь анализ, оказывается, что он тебе в личных беседах уже все сказал, как бы походя, попутно, вскользь. Он умел донести по-простому и в то же время в точку.

У Бескова были другие методы, у Якушина - третьи. Все они очень сильные личности и как тренеры, и как педагоги, и как воспитатели. Это тоже очень важный момент. Педагогический дар тренера, может быть, в большей мере влияет на формирование коллектива, нежели его специальные, чисто футбольные знания.

Вашему вопросу, почему не все выдающиеся игроки-футболисты становятся выдающимися тренерами, есть очень простое объяснение: футболист и тренер - это разные профессии. Футболист отвечает только за себя, за правильность своего поведения в коллективе. Оно является одним из

необходимых условий. Тренер же - это человек, который должен иметь кроме этих еще массу других качеств, должен уметь управлять коллективом, уметь воспитывать, уметь входить в положение людей. Каждый, особенно выдающийся игрок, по сути своей такая личность, которая привыкла к почету, к славе, к тому, что его мнение уважается внутри определенных категорий и групп людей. Став тренером, уже надо забыть о том, что ты был выдающимся футболистом. Более того, надо похоронить в себе игрока! Конечно, тренер должен входить в шкуру футболиста - и довольно часто, но он ни в коем случае не должен растворяться в игроке, как бы играть за него. Надо видеть всю команду, весь коллектив как бы сверху, и вовремя поощрять, вовремя наказывать - разъяснять. В коллективе очень важно, чтобы и то, и другое было справедливо. Очень плохо в коллективе воспринимается несправедливое наказание, еще хуже - несправедливое поощрение. И вот здесь тренеру очень важно вернуться в роль игрока: как бы я, будь игроком, воспринял этот поступок. Но все-таки выдающийся футболист станет выдающимся тренером только при условии, если забудет, что был выдающимся игроком.

Можно ли говорить о какой-то особой философии футбола? Конечно. Все, о чем мы с Вами говорили, это же и есть футбольная философия. Ну назовите мне еще какой-нибудь род деятельности, который может объединить нацию! А из-за футбола даже может быть война! Война может быть из-за нефти -это понятно. Но нефть может только разъединять: на богатых и бедных, удачливых и невезучих. А в футболе, в самой футбольной философии, нет богатых и бедных, нет умных и глупых. Каждый может порассуждать о футболе, каждый может высказать свою точку зрения. Футбол уравнивает профессора с рабочим; выдающийся партийный деятель, сидя на трибуне рядом с алкоголиком, разговаривает с ним на одном языке - где еще можно найти такой вот конгломерат отношений?!

Футбол вообще самый демократичный вид спорта. В футбол могут играть все: высокие и маленькие, худые и толстые, быстрые и медленные - любые. Футбол - самый доступный, самый миролюбивый и, повторяю, самый демократичный вид спорта. Но при этом у каждого должно быть какое-то качество, хотя бы одно, которое позволяет играть в футбол: например, он хорошо мыслит (быстрота мысли уже является достоянием), или очень быстро бегает, или точно отдает пас.

Я немало поработал в сборной молодежной и в сборной команде страны. Надо сказать, что руководство футбола слабо работает на развитие именно этого вида спорта, на укрепление его авторитета. В этом плане нужно сделать определенные шаги. Нужно немедленно принимать закон о профессиональном футболе. У нас сейчас футболист в подвешенном состоянии: нигде не записано, что есть такая профессия. Мы пишем «футболист-нелюбитель». Отсюда нет никаких социальных гарантий для людей этой профессии. Хотя все мы говорим: да, это профессия, по сути у наших игроков нет профессионального статуса. А что такое профессиональный статус? Это значит вот что. Скажем, в балете исполнилось человеку 35 лет - можно уходить на пенсию. Футболист тоже не может играть вечно. Не может он дожидаться официально установленных для получения пенсии 60 лет. Значит, когда он заканчивает играть в футбол, он должен переквалифицироваться. Для некоторых людей это очень часто бывает за гранью возможного, поэтому очень много трагедий: разрушаются семьи, калечатся жизни. И дело не только в возрасте. Скажем, дело Сычева или дело Смирнова - все это происходит из-за того, что в стране нет законодательной базы, юридической основы, которая привела бы в соответствие футбольные законы с юридическими правами граждан. Пока они идут вразрез. Это происходит потому, что футболист не выделен в отдельную профессию.

Законы о профессиональном футболе есть во всех странах. Да и как им не быть, если в Италии, например, футбол - это целая индустрия, которая приносит колоссальные доходы. Сейчас, правда, у них произошел сбой, но он произошел из-за того, что уж очень взвинчены цены на игроков, они просто запредельные, несуразные. Это тоже требует определенного контроля, какого-то законодательного регулирования. Вот у нас, я считаю, детско-юношеский футбол не развивается так, как должен, потому что никто не лоббирует интересы футбола в руководстве страны. А чтобы детский футбол развивался, опять же требуется твердая законодательная база. В законе должно быть отражено, что детско-юношеский футбол является частью футбольной системы, ее организационной структуры. В СССР это было бюджетное дело, люди понимали, что без государства детскому футболу не жить. Тренер, работающий в юношеской школе, обеспечивал свою семью вполне прилично. Сейчас тренеры детских школ получают копейки, и там остаются работать только единицы, фанаты своего дела.

Нет у нас грамотного государственного подхода к развитию футбола, и я думаю, что если эта ситуация не переменится, то мы будем в очень и очень плачевном состоянии. Закон о профессиональном футболе необходим. Закон о детско-юношеском футболе необходим. Федерация должна заниматься не только престижем наших команд, но и нашими игроками - как в стране, так и за рубежом. Они же ни разу ни за кого не заступились, если говорить откровенно. Есть масса вещей, которые требуют очень серьезной проработки, очень серьезного вмешательства именно руководящих футбольных органов. На местах, я думаю, люди готовы развивать это дело, но им надо помочь в организационном плане. Вот это все и есть ответ на вопрос, что значит футбол для России сегодня.

Если говорить о футболе Германии, Италии, Франции, Англии, то там это очень серьезно организованные структуры. Они абсолютно независимы, все законодательно у них построено так, что вкладывать деньги в футбол выгодно, и это не только экономическая выгода, но и политический престиж. Нам надо стремиться к тому, чтобы наш футбол был престижным для людей, которые у власти, для людей, которые занимаются бизнесом. У нас же вот только-только наконец-то нашли генерального спонсора для федерации (это «Ростелеком») - с 1995 года по сегодняшний день его не было. Все отказывались, потому что никому это не надо, никто не хотел связывать свое имя с российским футболом (честно говоря, имидж нашего футбола действительно непривлекателен для спонсоров). А в сборную Германии стоит очередь из спонсоров: там и «Мерседес», и десятки всемирно известных фирм, холдингов, трестов - каждый хочет поставить имя своей фирмы на знамя германской сборной, иметь ее символ на своем товарном знаке.

В Бразилии немножко другая система: это же не очень экономически развитая страна. Но футбол для Бразилии - это марка. Мы говорим «Бразилия» - подразумеваем футбол, мы говорим «футбол» -подразумеваем «Бразилия». Там каждый мальчишка - потенциальный футболист. Во-первых, это генетически обусловленный фактор. Во-вторых, климатические условия позволяют без особых усилий, без особой организации этого дела иметь достойное пополнение в футбольные клубы, я уж не говорю о национальных сборных. Смотрите, сколько сейчас бразильцев играет за рубежом! Каждый мальчишка понимает, что за счет футбола, наиболее доступного для большинства населения вида спорта, он может стать богатым и известным человеком. Это тоже очень важный фактор, стимул для того, чтобы начать заниматься этим видом спорта.

У нас же только-только некоторые футбольные клубы начали вкладывать деньги в свои футбольные школы. Вот я недавно был в футбольной школе ЦСКА - там отношение к этому изменилось просто потрясающе! К руководству ЦСКА и футбольным клубом пришли люди, которые понимают, что без развития детского футбола у клуба нет будущего. Там сделали два прекрасных футбольных поля с синтетическим покрытием нового поколения, сделали прекрасные, очень удобные раздевалки, то есть создали структуру, которая позволяет детям расти, тренироваться и развиваться в комфортных условиях. Я уж не говорю, что там очень хорошая форма, инвентарь, что детские тренеры получают солидные зарплаты.

«Спартак» создал Детскую футбольную академию.

«Динамо» тоже пришло к выводу, что должно сделать какие-то шаги для развития детского футбола, тем более что у них сейчас рынок ушел и со стадиона, и с манежа. То есть уже делаются какие-то шаги в нужном направлении.

Если мы не будем делать этого в масштабе всей страны, то мы так и не выберемся из ямы, в которую провалился наш футбол. Ведь у нас сейчас нет условий, нет инвентаря, и дети просто перестали ходить (или родители перестали своих детей отдавать) в футбольные школы. На периферии вообще кошмар: там только какие-то отдельные зерна. Я знаю, что есть меценат, фанат этого дела, в Волгограде - он президент футбольного клуба «Ротор». За счет своих личных средств, за счет привлечения других средств он создает какие-то условия для работы школы. Есть, наверное, что-то подобное и еще где-то, но - единицы, и в основном это все делается за счет энтузиазма отдельных людей: Гинер в ЦСКА, Горюнов в Волгограде. Такие люди наперечет.

Безусловно, футбол можно считать явлением национальной культуры. Думаю, этого никто и не отрицает. Я, например, ни разу не слышал возражений даже от самых ярых нелюбителей этого дела -все считают футбол социальным явлением, явлением культуры. В футболе заложены национальные традиции, которые обязательно отражаются в почерке игры национальных сборных команд. Сейчас говорить о клубном футболе как о национальном нельзя, потому что в Европе, например, некоторые клубы укомплектованы так, что нет вообще ни одного игрока из данной страны, - скажем, в английском «Арсенале» играет всего два англичанина: вратарь и центральный защитник.

И то, что футбол - явление мировой культуры, факт безусловный. Разъясню. Можно ли считать, что есть своя, специфическая, своеобразная футбольная культура у страны, у нации, особенно сейчас, в условиях постоянного контакта, интеграции, глобализации? Конечно, можно. И нужно. Мы, например, как и другие нации, стремимся овладеть техникой бразильцев. Они в свое время очень стремились овладеть теми методиками, которыми наши футболисты достигали своего функционального состояния. Кстати, раньше это была наша прерогатива, физическая подготовка у нас всегда была на высшем уровне - сейчас мы и здесь упустили свои традиции. Если брать последний чемпионат мира, то бразильцы с точки зрения функционального состояния, жесткости игры и отношения к обороне пересмотрели свои каноны напрочь. Они играли с двумя опорными полузащитниками, без всякой авантюры. Они постепенно поняли, что чемпионат мира выигрывает не та команда, которая больше забивает, а та, которая меньше пропускает. Сейчас это уже стало общим местом. Если раньше это, может быть, не так четко проявлялось, то в последнее время, когда интенсивность футбола повысилась, от обороны очень много что зависит. Так что, видите, национальное легко переходит в интернациональное. Глобализация и интеграция футбола налицо, и вряд ли сейчас можно четко выделить какие-то особые признаки национального в футбольной культуре - они все-таки смешаны, интегрированы. Футбольная культура больше интернациональна, чем национальна. Хотя национальное, конечно, имеет место в стиле игры, в традициях.

Футбол без индустриального подхода может потерять ту финансовую подпитку, которая необходима для его развития. Ведь все идет вперед, все изменяется. В Италии, например, в футбольной индустрии задействовано около миллиона человек: помимо самих футболистов тренеры, менеджеры, журналисты, которые пишут об этом деле, работники стадионов, рекламодатели, спонсоры, юристы и т д. и т п. Прибавьте к этому футбольный тотализатор, который дает очень большие прибыли. На это живет весь итальянский спорт, на футбол идет только 20 процентов, остальное на развитие других видов спорта.

У нас и в этом колоссальный пробел - никак не определятся, кто должен этим заниматься, кто должен быть главнее. До сих пор у нас нет организованного, легального общероссийского тотализатора, который есть во всех странах мира. А это могло бы принести колоссальные прибыли, даже невозможно себе представить какие. Не только футбол, но и все другие виды спорта могли бы вздохнуть. Может быть, сейчас, с приходом Фетисова, что-то изменится, поскольку у него есть доверие президента страны. Знаю, что он делает какие-то шаги, но ему, наверное, тяжело сломать косность и сложившиеся стереотипы, когда все меряются: «у кого живот больше».

Некоторые любители футбола, особенно интеллектуалы, считают, что футбол в отличие от хоккея, баскетбола, других игровых видов спорта будто бы обладает какой-то магией, особой притягательностью, что он не поддается никакой логике. Я согласен с этим, потому что когда очень много логики, из нее часто возникают алогичные вещи. Футбол может быть и логичен, но в нем столько же и нелогичного. За примерами далеко ходить не надо. Играет сильная команда и проигрывает кубковый матч команде третьего дивизиона. В хоккее или в баскетболе такой вариант вряд ли возможен. В футболе, как, наверное, нигде, на эту нелогичность влияет то, о чем я говорил: играет много народу, коллектив большой - вот и получается такая ситуация, что выигрывает не тот, кто сильнее вообще, а кто сильнее вот именно сегодня, в данную минуту, в данной конкретной ситуации. И бывает, что одна игровая ситуация, в которой соперник тебя превзошел, может решить исход всего матча, потому что те, кто стоят сзади тебя, эти десять игроков, какими бы мастерами ни были, не успеют, не смогут, не подхватят, не передадут в нужный момент в нужное место. все учесть и все преодолеть очень сложно.

Вот яркий тому пример - отборочный матч сборной России в Андорре, когда, дело случая, мы выиграли 2:1. С той же Андоррой играла Франция, и французы тоже выиграли у андоррцев благодаря какому-то нелепому пенальти, который судья назначил просто не по делу. А ведь команда Андорры была составлена из одних местных ребят - «охотников», как их там называют, они играют в разных профессиональных клубах Европы (правда, невысокого уровня). Для них не существует авторитетов, амбиций хоть отбавляй, тактика напористая. Выиграть у них - дело нешуточное. И так в футболе бывает достаточно часто. И ничем не объяснишь. В этом и есть магия футбола, наверное.

Иногда в таких случаях говорят: мы не настроились. Игроки понимают, что надо настраиваться, тренер говорит только о победе, это все отлично понимают, а где-то внутри у игрока: подумаешь, Андорра! Просто, еще раз говорю, сам футбол таков, таковы его правила, его возможности: в них уже заложено много алогичности. Так что тут нечему удивляться. В хоккее, скажем, один, если сильнее на голову, может взять и объехать всех - и забросить шайбу. Но это - коньки, это совсем другое. Руки, ноги, коньки - здесь уровень мастерства между сильной и слабой командами не так различим. Сейчас команда «Реал» (Мадрид) укомплектована такими игроками, которые стоят все вместе около двух миллиардов долларов, но и они проигрывают у себя в чемпионате - подряд четыре игры проиграли! Разве это не алогичность? Но ведь они не машины, не роботы, они люди. Да, высокопрофессиональные игроки, высококлассные мастера, но живые, из плоти и крови, люди - со своими эмоциями, настроениями, нервами. И таких примеров можно привести сколько угодно - и из истории, и из повседневности футбола.

Футбол - феномен, мы уже договорились об этом. Футбол ходят смотреть миллионы людей. Я, наверное, вряд ли решился бы сказать, что это не творчество, - такое количество людей интересуется футболом, а на ремесленников ходить на стадионы всего мира столько людей не будет. Не будут миллионы смотреть футбол и по телевизору. Я не беру другие виды спорта, будем говорить только о футболе. Я знаком со многими актерами и могу сказать, что они не случайно примером творческого подхода к делу считают именно футболистов. И здесь можно провести аналогию с театром. Вот Вы себя не ловили иногда на том, что приходишь в театр, смотришь спектакль, и тебе что-то не нравится? Почему не нравится? Вчера этот спектакль понравился всем, а тебе сегодня не нравится. Я Вам скажу почему. Потому что сегодня актер играл, сам не получая удовольствия от своей игры. А в чем дело? У него было сегодня плохое настроение. Если человек, выходя что-то делать на публике и для публики, не получает от этого удовольствия, на него другим людям смотреть тоже удовольствия мало.

Так и футболисты: одаренные талантом, мастерством, и даже не очень талантливые, они получают колоссальное удовольствие от того, что делают, потому что они это дело любят. Вообще, чтобы вырасти до футболиста высокого уровня, нужно начиная с детства себе во многом отказывать, многим жертвовать. Это может себе позволить только человек, который влюблен в свое дело. Скажем, в школе: сколько там было интересного - походы, костры, какие-то интересные и полезные дела, а мне надо на тренировку, мне надо на сборы, мне надо на игру. Мои школьные товарищи едут куда-то получать удовольствие, а я иду на свой футбол. тоже получать удовольствие! Для того чтобы выйти на высокий уровень, нужно чем-то жертвовать.

Человек, играя в футбол уже на высоком уровне, любит это дело и, выходя на поле, меньше всего думает о деньгах. Деньги - это только подспорье, для любого футболиста только подспорье. Основное для него - сам процесс игры. Он, творя на футбольном поле, получая от игры удовольствие, создает такую атмосферу, такую энергию, которая заколдовывает людей, тянет их на стадион, к телевизору смотреть матч. Удовольствие футболиста передается болельщику, радость одного становится радостью другого. Поэтому говорить, что футбол не творчество, просто кощунственно.

Что касается вдохновения, то это в нашем деле происходит очень часто. Артист, скрипач-виртуоз, пианист выходит показывать свое мастерство без сопротивления каких-то других людей, он исполняет то, что учил, репетировал часами, а здесь, выходя на футбольное поле, ты получаешь противодействие, против тебя целая команда, и у каждого члена этой команды одна цель: победить тебя. Поэтому весь творческий процесс - он еще и борьба, что еще более усиливает эффект. В борьбе между собой 22 человека одновременно. У меня бывало много раз, когда, казалось бы, сам того не ожидая, вдруг всех обыграешь и забьешь. Что это? Вдохновение, творчество? Это все подкорковое. На футбольном поле часто все делается неосознанно, думать там некогда. Поэтому у кого мышление быстрее, у кого лучше двигательные навыки, да все это еще вкупе со своими товарищами (с которыми должно быть какое-то единое видение и понимание ситуаций) - у тех и результат.

Теперь о духовности. Духовность - вещь особая. Я думаю, что если говорить о духовности игроков, то надо говорить об определенном патриотизме. Это вещи, по-моему, неразделимые. Раньше говорили о «спартаковском духе». А что это такое? Это своего рода патриотизм. Особую роль патриотизм играет на уровне сборных страны. Без чувства патриотизма, без чувства высокой духовности за сборную играть нельзя. Те, кто думают, что без этого можно что-то выиграть, глубоко заблуждаются. Я для себя это определил таким образом: патриотизм - это ответная реакция человека на заботу о нем его Родины. Почему американцы встают, когда играет их гимн, и в течение всего исполнения гимна держат руку на сердце, почему в каждом доме выставляют флаг своей страны? Не просто так. Они знают, что Родина о них заботится. Они доверяют Родине, живут по законам, которые составлены для всех, и если кто-то их не соблюдает, таких всегда поправят; если кто-то посягнет на их права, государство за них заступится. У нас, к сожалению, не так. Поэтому у нас, может быть, и не было таких успехов во многих коллективных игровых видах спорта.

Здесь на первый план выходит, и это очень важно, правильное руководство командой. Когда мы с Олегом Ивановичем Романцевым пришли в сборную, мы понимали, что ситуация очень серьезная. Мы начали создавать такую атмосферу в команде, что игроки сборной поняли: они очень нужны народу, стране, о них заботятся во всех направлениях, их не обманывают ни в чем. Ведь часто в сборной были ситуации, когда ребят обвиняли чуть ли не в том, что они рвачи. Никакие они не рвачи, они защищали свое человеческое и профессиональное достоинство, потому что никто не хочет быть обманутым. Начиная с 1990 года наших ребят - членов сборной страны все время обманывали, и у них уже выработался определенный стереотип. некоторые не хотели играть за сборную, некоторые приходили просто так.

Я считаю, что наша заслуга была в том, что мы сумели создать в сборной команде страны такую атмосферу, что наши ребята почувствовали себя гражданами своей страны. Мы сумели вселить в них чувство патриотизма, чувство значимости каждого человека. Мы постарались внушить им, что каждый из них нужен, что о нем заботятся и что он должен отвечать тем же. Увы, у нас не все получилось на последнем чемпионате мира, но два года отборочного цикла мы прошли успешно, попали в финал чемпионата мира, хотя сейчас все говорят, что это провал. Естественно, я не могу с этим согласиться, хотя понимаю, что от нас ожидали большего. Мы и сами ждали лучшего результата. Вообще большие задачи решать очень тяжело - и на клубном уровне, и тем более на уровне сборной страны.

Для меня футболист - это прежде всего влюбленный в свое дело человек, потому что без любви к своему делу выйти на высокий уровень просто невозможно. Это мне кажется аксиомой. Футбол не подвержен каким-то стереотипам с точки зрения личностных характеристик человека. В футбол может играть любой: быстрый, медленный, техничный, не очень; может играть меланхолик, холерик, сангвиник, флегматик. В этом-то вся и суть, в этом-то, как бы это сказать. разгадка загадочности футбола. Поэтому описать типичный, обобщенный портрет футболиста, дать точную характеристику личности футболиста очень сложно. Одно могу сказать без колебаний: влюбленность в свое дело, азартность, честолюбие - вот эти качества обязательно должны быть в каждом футболисте. Бывают такие случаи (не хочу называть фамилий), когда игрок хорошо функционально подготовлен, и мыслит прекрасно, и технически оснащен великолепно, а все равно до высокого уровня мастерства не дорастает: он безразличен к результату. Он живет с такой философией: ну, сегодня проиграли - завтра выиграем. Вот этого не должно быть в футболисте.

Относительно того, что при всенародном интересе к футболу, симпатиях к футболистам отношение к ним спортсменов-представителей других видов спорта нередко негативное: они-де баловни судьбы, гуляки, ребята, которые могут себе все позволить, приковывают к себе всеобщее внимание и т д. Я не знаю, как на это ответить. Это происходит из-за зависти, что ли. Нельзя сбрасывать со счетов и разный уровень интеллекта, уровень культуры разных людей и даже целых социальных групп. Каждый человек мыслит определенным образом, каждый человек определенным образом делает какие-то выводы по отношению не только к футболу, но и к другим видам спорта, к жизни вообще. Это то же самое, что общепринятое «шляпу надел, интеллигент паршивый». Увы, все это есть в нашей жизни, но умный человек, культурный никогда об этом даже не подумает. У нас же уровень культуры и интеллекта вообще в стране не такой уж высокий. И в спорт идут не самые высокие интеллектуалы, особенно в те виды, которые завидуют футболу. Это тоже важно учитывать. Поэтому, наверное, эти стереотипы о футболе и футболистах так живучи. От низкой культуры, от зависти.

О финансовой стороне футбола. Действительно, в последние двадцать-тридцать лет в связи с интеграцией, глобализацией всех мировых процессов коммерциализация футбола достигла таких размеров, как ни в каком другом виде спорта - ни в шахматах, ни в хоккее, ни в американском футболе. Конечно, это норма рыночных отношений. Это атрибут законов конкуренции, шоу-бизнеса. Всегда, когда есть спрос на какой-то продукт, появляются люди, которые стараются включить его в определенную систему отношений, упорядочить процесс его продвижения на рынке. Возьмем такой пример: появился новый дуэт «Тату». Молодежь проявляет к нему интерес, на барышень спрос, они в моде. Вокруг этого сразу же образовывается определенная структура, которая зарабатывает на артистках. И самое-то главное, что сами солистки зарабатывают меньше, чем те, кто их продает. А уж на футболе не зарабатывать - это просто было бы необъяснимо, потому что сегодня мировой футбол -это огромная многомиллиардная индустрия, огромное коммерческое предприятие. Это шоу-бизнес.

Поэтому когда некоторые «писатели» и так называемые журналисты-специалисты пишут о купле-продаже спортсмена-футболиста как о явлении, которого якобы больше нигде нет («Как можно! Открыто, без стеснения, на весь мир объявляется цена одного - другого-третьего-пятого! Это рабство!»), то они пишут просто самые настоящие глупости. Эти люди просто не знают сути дела. А

суть такова. Ни одно трансферное соглашение не заключается без участия футболиста. Если я, Зидан, больше не хочу играть в «Ювентусе», меня никто не заставит там играть. Это относится к любому игроку, так построен весь футбольный трансферный мировой рынок. Скажем, у принадлежащего мне игрока N закончился контракт, Вы хотите его купить и предлагаете мне одну сумму, а я хочу другую. У нас с Вами спор. Но этот спор разрешается в рамках правил, сложившихся на рынке. Если бы мы говорили о рабстве, футболист интересовал бы нас с Вами меньше всего. Футболист, если он хочет играть у Вас, будет играть у Вас, а мы с Вами решаем то, что называется имущественным спором. И у ФИФА в этом плане все очень четко и досконально прописано, все регламентировано. Футболист не должен страдать, если он сам чего-то не нарушил: не подписал, например, параллельно два-три контракта (всякие люди бывают). Так что «рабство» - это чистая чушь и глупость.

В футболе, в футбольной индустрии все строго организовано, как в любой другой сфере, как в любом другом роде деятельности. Ведь и о Паваротти можно сказать, что он продается в рабство, если он подписал контракт с какой-то фирмой! А он в рамках этого контракта просто ездит по миру и поет. О нем почему-то не говорят, что он раб, что его продают и покупают.

Когда мы говорим о футбольной индустрии, то нужно иметь в виду, что пресса - тоже элемент футбольного мира. Без прессы нельзя организовать футбольное хозяйство, потому что она, пресса, соединяет футбольный мир с общественностью, с болельщиками. Каждый болельщик, даже тот, который присутствует на стадионе, на следующий день бежит смотреть газету: что там написали, совпадает ли его мнение с мнением журналиста. Очень важно, чтобы между футболистами, тренерами и прессой были цивилизованные взаимоотношения. Здесь должно быть все отлажено. Это не значит, что кто-то запрещает кому-то выражать свою точку зрения. Просто ни в коем случае ни на секунду нельзя забывать, что перо - очень серьезное оружие. Любая неточность, любая бестактность может иногда просто погубить человека. Разные люди реагируют по-разному, но каждому, думаю, неприятно за утренним кофе прочитать о том, что ты кого-то там убил или изнасиловал (когда этого не было). Я, может быть, несколько утрирую, но примерно такие штуки с футболистами проделывают.

О футболе и футболистах пишут иногда просто несуразицы, и они очень негативно влияют на взаимоотношения футболистов с журналистами. Здесь бывают иногда просто непонятные вещи. Например, в прошлом отборочном цикле читаем в «Известиях» статью, что наша сборная договорилась с югославами сыграть вничью. Чуть ли не так, что Михайлов, выполняя обязательства, в штангу пробил. То есть глупость самая настоящая! Какие основания были для этого? Мы думали, что сами журналисты предадут анафеме этого человека, выставят его из редакции, думали, что он ответит за эту клевету. Но никто за эту подлость, а иначе это не назовешь, наказания не понес. Как с гуся вода! Оплевал человека, оскорбил коллектив сборной, а значит, и весь отечественный футбол - и хоть бы что! Мы были вынуждены сами защищаться и в знак протеста перестали общаться с прессой. Может быть, это не совсем правильный шаг, но мы действительно уже просто защищались. Все должно быть цивилизованно, в рамках товарищества, что ли. Еще раз повторю: никто не говорит, что нельзя критиковать, но нужно все делать справедливо и честно, без оскорбления и тем более без клеветы. Раз мы требуем высокого мастерства от футболистов, от тренеров, мы должны требовать высокого мастерства и от журналистов. Когда я играл в футбол, уровень спортивной журналистики был очень высоким. Тогда описанный мною случай трудно было себе представить. Один Лев Филатов чего стоил! Не могу не назвать Березовского, Винокурова, Кучеренко, Ваньята, Вита, Пахомова, Лебедева, Федосова из «Известий», Синявского, Озерова.

Спортивная журналистика, в том числе футбольная, была на очень высоком уровне профессионального, да и эстетического мастерства. Сейчас же зачастую туда попадают какие-то случайные люди, пацаны, которые не разбираются ни в чем, не только в футболе, но хотят, чтобы о них скорее узнали. Имя хотят себе создать! Но как они это «имя» создают?! Пишут какую-то пошлятину или ерунду - и разве только о футболе! И ответственности - никакой, ни на телевидении, ни на радио! Этим и пользуются эти случайные в журналистике люди. И вот - вражда. Между тем друг без друга никто не может просуществовать - ни футболист, ни журналист.

У нас в стране долго существовал стереотип - и он остается, - когда тренер занимался всем. И сейчас еще часто тренер и президент - совмещаемые должности. На Западе этого уже давно нет. Президент клуба - глава предприятия. Тренер занимается только командой, чисто творческой работой. У него нет забот о том, что надо кому-то что-то достать, куда-то кого-то устроить, где-то из кого-то выбить деньги, куда-то пойти, чтобы решить какие-то вопросы сугубо технического плана.

В «Спартаке», например, этим всегда занимался Старостин. Тренер-администратор команды - так он, по-моему, раньше назывался.

Сейчас у нас многие клубы работают по примеру западных. Возьмите клуб ЦСКА. Туда пришли молодые бизнесмены, отличные менеджеры, которые вкладывают деньги в футбол, которые отстроили клуб по типу западного профессионального клуба. Здесь есть все необходимые для грамотной работы отделы: маркетинга, рекламы, юридический, финансовый, отдел селекции, хозяйственный отдел, автобаза и прочее. Тренер должен заниматься своим делом, менеджер, чиновник - своим, тренерские штабы - своим. То есть к этому надо стремиться. И я думаю, что мы уже на этом пути.

У нас появляется институт агентов. Пока, правда, они заинтересованы больше в личных доходах. Ну разве где-то позволено столько детей тринадцати-четырнадцати лет вывозить из страны! Увозят много. пытаются увозить. Мораль далеко не на высоком уровне! Хотя есть, наверное, порядочные агенты. уже появляются, тем более что сейчас федерация ввела лицензирование этого дела, поставила его в определенные правовые рамки. На Западе агент не торгует своими подопечными, а прежде всего создает им комфортные условия (во всех отношениях). У нас особенно актуальна такая проблема: сделать все возможное для игрока, который приехал в нашу страну из-за рубежа и не знает ни наших юридических законов, ни обычаев, ни языка. Агент должен получать определенную часть заработка футболиста за то, что создает ему определенные условия, должен обеспечить его быт, адаптировать его к новой среде. Я знаком с одним хоккейным агентом, который занимается нашими ребятами за рубежом, - так там у них целая контора, которая решает все вопросы быта хоккеистов и получает за это деньги. Вот это, наверное, основное. А у нас пока основой агентской деятельности является побыстрее продать, за это получить и потом бросить.

Если говорить о демпинге наших футболистов на западном футбольном рынке, то надо говорить о транс-ферной политике в нашем футболе. Ее у нас нет. Хаос. Сейчас в нашей стране, как ни странно, наши футболисты стоят дороже иностранцев - вот почему такой приток посредственных, никому не известных у себя на родине бразильцев, нигерийцев и других. Сейчас у нас стали появляться чехи, югославы - тоже зачастую футболисты невысокого уровня. В соответствии с контрактными ценами иностранцев взвинтили цены на наших игроков внутри страны. Все это какая-то стихия! Мне кажется, это дело надо изучить, отрегулировать и узаконить.

Я даже не знаю, почему это происходит, могу только сказать, что заметны две вещи: первая - сюда стало приезжать много иностранцев, значит, они дешевле наших; вторая - заметно снизился поток наших игроков, уезжающих за границу, больше игроков возвращается из-за рубежа. Может, потому, что здесь в клубах стал повышаться уровень заработной платы? В наш клубный футбол пришли деньги. Можно ожидать, что футболисты за хорошие деньги лучше будут играть дома, чем уезжать за рубеж. Ведь не каждый может адаптироваться - они это понимают. Смотрите, Титов какого уровня игрок - и не уезжает из «Спартака». У меня масса примеров: Бесчастных играл - вернулся, Демкин играл -вернулся, много других наших игроков вернулось сейчас к нам из-за рубежа. А отсюда никто особенно не уезжает. если только в хороший, классный европейский клуб.

Молодые, талантливые пытаются себя найти. Сычев, например, поехал играть в Марсель, но у него какие-то определенные взаимоотношения. Он, пожалуй, один из последних, кто уехал из сборной. Кержаков, Ашанин, Измайлов, Ненашевич, Нижегородов, Пименов. можно продолжить этот список -все здесь. Правда, их мастерство пока не такое, чтобы их запрашивали классные команды Европы. Востребованы только те, кто играет на высоком уровне. Вспомните, сколько раньше (еще восемьдесят лет назад) наших игроков уезжали в Болгарию, в Польшу. куда угодно уезжали, лишь бы только уехать. Сейчас этого нет. Поэтому говорить о том, что наши там сбили цену, я бы не стал.

Прежде чем говорить о том, кто такой сегодня футбольный судья, хочу сделать отступление. Перед каждым чемпионатом мира ФИФА проводит специальное совещание. От каждой национальной сборной команды приглашается делегация, куда входят тренер, менеджер, врач, пресс-атташе и офицер безопасности. На этих совещаниях не только решаются общие вопросы, но и проводятся семинары по группам. Высокопоставленный чиновник из ФИФА, отвечающий за ту или иную деятельность на чемпионате мира, проводит совещания для «узкого круга». Я был членом нашей делегации на таком совещании перед последним чемпионатом мира. Там был интересный момент. Нам объявили регламент чемпионата, объявили, кто за что отвечает, у кого какие права, у кого какие обязанности (буквально все, начиная от руководителя федерации футбола и кончая футболистом, имеют определенные права, имеют определенные обязанности, и если они что-то не так сделают, то несут ответственность за свои промахи и ошибки - все строго регламентировано).

Так вот единственные люди, которые имеют только права, - это судьи. Никто ничего не говорит об их работе на этих совещаниях. Когда мы, участники совещания, начинали задавать вопросы о работе судей, об их ошибках, нам отвечали примерно так: «Судья тоже человек, он может ошибиться». Не странно ли? У меня такая позиция, что люди не всех профессий имеют право на ошибку. Например, минер, сапер ошибся - трагедия. Футбольный судья тоже не имеет права на ошибку, потому что от этой ошибки страдает не он сам, страдают целые коллективы и страны. То, что было на чемпионате мира в Японии и Корее, лишь подтвердило мои опасения, которыми я делился в кругу коллег. Судейство было просто хамским и хулиганским. По отношению к нашей команде это было видно невооруженным глазом, во всем чувствовалось, с каким пристрастием нас судили. Может быть, только с Тунисом судили нормально, а с Японией, с Бельгией. даже ярость была видна в глазах судьи по отношению к нашей команде. Ярость! Витя Гусев, комментатор первого канала нашего телевидения, который был с нами как пресс-атташе, мне говорил: «Когда я сидел на трибуне и когда сидел на скамейке с командой, у меня были разные ощущения по отношению к судейству, хотя и там, и тут я болел за нашу команду. Разница существенная. Судейская психология больше заметна, когда сидишь на лавочке».

Мне кажется, что в мировом футболе наметилась очень опасная тенденция, будто судьи безгрешны, ни за что не несут ответственности. Постепенно, год от года, от чемпионата к чемпионату - так получилось - судьи вышли на главные роли. Они становятся главным участником футбола, они диктуют, именно они могут пустить насмарку многолетний труд футболиста, тренера, команды или целой федерации. К сожалению, у нас в стране то же самое, разве в прошлом году стало немножечко получше. Видимо, улучшению ситуации способствовало то, что премьер-лига выделилась в отдельную организацию, и то, что президенты клубов каким-то образом договорились не влиять на этот процесс. А так вообще был беспредел, просто «убивали» команды и игроков, когда хотели.

Я думаю, что проблема судейства - это одна из проблем и мирового, и нашего российского футбола. Последний чемпионат мира показал, что команды Италии, Испании преждевременно уехали только из-за того, что их просто засудили. Это разве объективный подход? Я уж не говорю о том, сколько было попыток засудить на матчах других команд.

Меня пугает то, что ФИФА не несет никакой ответственности за качество судейства. На все протесты, претензии и замечания команд там отвечают так: «Да, он ошибся, мы сами разберемся, никто не имеет права делать нам замечания. Судья - человек, он имеет право на ошибку, так же как тренер, как футболист». Но если тренер и футболист, сделав ошибки, сами за них расплачиваются, то за ошибки судей расплачиваются игроки, тренеры, команды и зрители! Вот это, мне кажется, самый основной вопрос. Когда мы сумеем найти механизм, который обеспечит честное, непредвзятое судейство, а также механизм ответственности за определенные ошибки, тогда мы наведем порядок. Пока об этом даже и речи нет. Но вообще, я считаю, этот вопрос надо обсудить и с профессионалами, и с общественностью.

Еще одна проблема мирового футбола - календарь. Мне кажется, что для европейских сборных время, когда проводится чемпионат мира, очень неудобное. Вот смотрите: чемпионат мира начинается, скажем, 31 мая или 1 июня и идет весь июнь. Получается, что, начиная с августа прошлого и до середины мая нынешнего года, постоянно идут игры: национальные чемпионаты, Лига чемпионов и прочее. Может быть, это одна из причин неудачного выступления команды Аргентины? Она укомплектована игроками, которые (почти все) играют в европейских чемпионатах. Они приехали на чемпионат мира уже выхолощенными, уставшими, потому что они провели столько игр! Они играют в ведущих клубах, а ведущие клубы вылетают из всех соревнований на самой последней стадии. Или, скажем, та же Франция, где Зидан 15 мая играл последнюю игру на финале Лиги чемпионов за «Реал» Мадрид, а 31 мая он уже играл в составе национальной команды. Вы представляете, какой длительный сезон он провел! У них же во французском чемпионате мало кто играет из сборных, все играют в Испании, в Италии, в Англии. А в Англии тоже, считай, сезон закончился накануне, то есть англичане, как почти все европейские сборные, попадают в неравные условия. Поэтому корейцы, китайцы, японцы, африканцы выглядят в играх с ними вполне прилично: они свежие и с функциональной, и, самое главное, с эмоциональной точки зрения.

Наверное, гораздо лучше было бы для всех, если бы чемпионаты мира проходили, скажем, в сентябре или в октябре. Самый идеальный вариант для Европы - октябрь месяц. Западная Европа начинает свои национальные чемпионаты в августе, делает перерыв - футболисты вошли в форму и поехали на чемпионат мира. Пусть другие страны тоже посмотрят, может быть, для них западноевропейский вариант неприемлем. Для нашей сборной, скажем, если укомплектовывать ее только российскими игроками, это вполне приемлемо. Чемпионат России у нас начинается в марте, и проведение чемпионата мира в июне для нас было бы вполне подходящим сроком. Но на последнем чемпионате мира в нашей сборной было десять игроков-легионеров! И на следующий чемпионат для обеспечения хорошего уровня команды мы должны будем пригласить в нашу сборную кого-то из футболистов, играющих за рубежом! Тут сложно прийти к общему знаменателю. Есть над чем подумать.

Мы уже говорили, что футбол - это индустрия, и она диктует свои правила игры. Ничего искусственно не сделаешь! Какие бы препоны искусственно ни ставились, объективная потребность выберет нужное русло. Вот у нас прекратился отток игроков во второстепенные западные клубы, но не потому, что кто-то этого не хочет, а потому, что сложились определенные условия: стали богаче наши клубы, стали хорошо платить футболистам, стали создавать им условия - зачем он поедет играть в Израиль или в Польшу, когда он здесь больше получает! Сейчас уже из Чехии к нам едут! Это ж не просто так, это еще надо понимать отношение чехов к России после 1968 года, понимать, что к нам едут дети тех людей, которые страдали от нашего вторжения. Вот Ярошик в 1988 году, когда в финале играли Голландия и Россия (тогда СССР), болел за голландцев, а сейчас приехал сюда играть. Все диктуется объективной ситуацией. Если «Реал» (Мадрид) имеет в запасе своих молодых хороших ребят и не ставит их играть, а берет Рауля, берет Карлоса, Роналдо, Зидана, Фигу, значит, это нужно. Это диктуется определенным спросом. Там поставили препоны: из стран ЕС можно только три игрока, однако на это никто и внимания не обращает, потому что для других стран, которые не входят в ЕС, никаких ограничений нет. Мы тоже размышляем о том, какой нужно ввести лимит на легионеров. Можно было бы согласиться на пять человек. или лимит должен касаться уровня игроков, а не количества? Если клуб хочет поднять свой имидж, повысить результат и имеет возможность купить хорошего игрока, он его купит. В конце концов, болельщику клуба наплевать, кто там играет - главное, чтобы его клуб выиграл. И этим диктуется вся деятельность клубного руководства. Вот и вся ситуация.

Если мы хотим добиваться успехов национальной сборной в мировом масштабе, то необходимо больше внимания уделять юношеским сборным. Они сейчас у нас в загоне, и это трагедия. Правда, кое-что все-таки начали делать: взяты молодые, на мой взгляд, перспективные тренеры, которые только что закончили игровую карьеру. Может быть, это как-то встряхнет! Статистика мирового футбола говорит, что в национальные сборные попадает восемьдесят процентов игроков, которые прошли все ступени сборных команд, от юношей до дублеров. Я работал в федерации - знаю, как не хватает ни на что средств. И в частности на юношеские команды. Им даже приходится иногда брать в сборную детей, которые ну совсем не тянут на эту сборную, но чьи папы могут оплатить участие команды в том или ином мероприятии. Такая практика тоже была. сейчас вроде бы от нее стали отказываться. То, что у Российской федерации футбола появился новый спонсор, вселяет надежду, что на юношеские сборные наконец-то будет обращено внимание. И, конечно же, надо срочно решать вопрос о заработной плате тренеров в национальных юношеских командах - их зарплата должна быть на порядок выше! Без такого стимула добиться преемственности, о которой мы говорили, будет трудно. Наконец, я уже об этом говорил, нужна законодательная база.

Александр Гордон

Актер, режиссер,

телеведущий,

болельщик

Игра человеческой сути

Популярность у футбола есть, и это очевидно. Что касается секрета популярности, то, мне кажется, однозначно на этот вопрос ответить нельзя. Надо вспоминать историю возникновения этой игры и все, что этого касается. Почему футбол популярнее, чем, скажем, хоккей? Мне более или менее понятно: потому что для игры в футбол нужен только мяч, даже не всегда мяч, а что-нибудь просто похожее -какая-нибудь консервная банка - и ноги. И вперед! Для хоккея все-таки нужен лед, экипировка -поэтому, кстати, так мало чернокожих хоккеистов: не потому, что они снега боятся, а потому, что это дорого, у них нет денег. Футбол в этом смысле самая демократичная игра. Кроме того, она самая понятная по правилам. Да, в американском футболе нужно еще разобраться; бейсбол могут смотреть только те, кто когда-либо играл сам, иначе это просто невыносимое зрелище; теннис признан элитарным.

Один очень остроумный человек американец Пол Фассэл определил демократичность игры размером мяча: чем меньше мяч, тем менее демократична игра. По этому определению на одном конце стоит гольф, а на другом - баскетбол, который, наверное, еще более демократичный (особенно в странах западного мира), чем футбол. Так что причин для популярности огромное количество. А в футболе, как сказал мой отец Гарри Гордон в одном из своих романов, «привлекает еще и то, что это история головы человека на зеленой траве». Естественно, каждый себя ассоциирует с форвардом (или с защитником, или с вратарем, иногда с судьей). Это огромный выплеск человеческих эмоций.

Можно очень много говорить о том, почему футбол популярен, но мне кажется, что тот футбол, о котором мы говорим, больше просто не существует, то есть он существует во дворах, на лужайках, но если говорить о большом футболе, то это другое. Это уже не просто игра, и два последних чемпионата мира, мне кажется, просто устрашающе об этом свидетельствуют.

Для меня футбол - это. Понимаете, у меня есть два состояния на футболе. Первое, это когда я абсолютно увлечен происходящим: я могу ломать стулья, кричать, я сорвал (впервые и единственный раз в жизни) голос на стадионе в Нью-Йорке, когда на чемпионате мира играли Мексика - Болгария. Я болел, естественно, за Болгарию, и, когда были назначены пенальти в ворота - а мы как раз сидели за теми воротами, где были назначены пенальти, - я сорвал себе голос. А когда угомонился, как в той известной рекламе, оглянулся по сторонам: полон стадион мексиканцев - откуда болгары в Нью-Йорке! Нас принимали явно за болгар, и когда Стоичков забил победный пенальти, мы взорвались. Стадион притих, мы, оглядываясь, стали выходить. Все мексиканцы, которые сидели рядом с нами, ближайшие три ряда, тянули руки, чтобы поздравить нас с победой. То есть это было еще и единение, праздник. Бывает, что это праздник, а бывает, что стыд кромешный за то, что происходит на поле, за то, что ты тратишь время и силы, чтобы за этим наблюдать. становится больно и обидно - такое тоже бывает. Поэтому однозначно ответить на вопрос, что для меня футбол, я не могу.

Когда футбол случается, все отходит на задний план: и техника игроков, и как он прошел, и как он отдал, и держит он центр поля или не держит - это все приходит на ум, когда игра не очень идет. Когда игра случается, ты следишь за кровопролитной схваткой, за битвой, за войной, за этаким изначальным выяснением отношений: кто кого? В футболе есть даже определенная эротика. У нас была передача «Метафизика футбола», где люди серьезно говорили об истоках этой игры, -оказывается, в некоторых ближневосточных культурах еще за тысячу лет до нашей эры играли в футбол отрубленной головой врага или каменными шарами. И вот это стремление во что бы то ни стало вогнать мяч в ворота воспринималось ими еще и как фаллическая интерпретация овладения. То есть обязательно нужно отличиться и в этом. Поэтому футбол, мне кажется, растет просто из сути homo sapiens, особенно мужской сути. Женский футбол я не понимаю: чего они там делают? Красиво бывает, но футбола нет.

К сожалению, сегодня футбол - это бизнес и политика. Почему? Потому, что сегодня футбол и футболисты, футбольные матчи продаются так же, как политики и женские прокладки или жвачка. Футбол - это политика еще и потому, что идея глобализации, которая выдвинута не нами и которая, видимо, с большой кровью победит на земном шаре, перенесена и на футбол в первую очередь. Нам показывают, как будет хорошо, когда все нации сольются в едином порыве, в едином экстазе. Но это обман, как любая идеология. И обман вот почему. Когда на позапрошлом чемпионате мира французы выиграли у бразильцев финальный матч, Ваш покорный слуга был осмеян и освистан за следующее свое высказывание в программе «Хмурое утро», которую я тогда вел на радио «Серебряный дождь»: вряд ли этих ребят (бразильцев) можно купить буквально, то есть пообещав каждому золотые горы, они и так ребята небедные и, кроме того, это все-таки Бразилия, там другой национальный характер. Я думаю, что их купили - за честь страны. Помяните мое слово, сказал я, в ближайшее время Бразилия получит большие деньги от Международного валютного фонда. Это было сказано на следующий день после чемпионата мира.

Через три с половиной месяца в Бразилии случился кризис, а еще через четыре месяца МВФ им пообещал 60 миллиардов долларов. В то время как Россия канючила 4 миллиарда, им дали 60, превратив, как всегда это бывает, и эту страну в страну с долларовой экономикой. Сначала сознательный кризис, потом большие деньги: «Все, ребята, вы на игле наших вливаний».

Я просто представил себе этот разговор в раздевалке, когда тренер говорит: «Ребята, мы в полной заднице - не мы, не команда, а страна - и весь мир смотрит сейчас только на нас, значит, нам надо сделать вывод. Вы уйдете, вы еще молодые, у вас еще все впереди, но нам надо совершить такой тайный подвиг». Может быть, это мои фантазии, но дальнейшие события их подтверждают, по крайней мере, все объяснения, связанные с тем, что Роналдо внезапно заболел и поэтому вся команда остановилась. Они просто не играли, они стояли на поле - и все. Мне с моим воображением просто видно было, как мне казалось, на лицах у этих ребят все, что я до этого рассказывал. Может быть, это опять лишь мои фантазии, не знаю, но что-то очень уж подозрительные фантазии.

Ну, а последний чемпионат мира Вы видели? Уже практикой становится тащить команды устроителей чемпионата до последнего во что бы то ни стало. Потому что это деньги.

Народ скоро совсем перестанет ходить на стадион. Мне кажется, что здесь футбол кончается и начинается что-то другое, на что и смотреть не очень приятно, - шоу-бизнес. А он так же отличается от футбола, как пение Киркорова от пения любого солиста Большого театра.

Когда выигрываешь в футболе, то противника просто обожаешь. Ты его любишь всеми фибрами своей души.

Когда проигрываешь, виноват не ты, виновато все, что угодно, в том числе и противник. Поэтому проигрыш в футболе рождает национализм и массовое национальное уныние, которое может вылиться во все, что угодно. А если выигрываешь, то все хорошо, массовая радость.

Можно ли с помощью футбола целенаправленно манипулировать массовым сознанием, поведением людей? Да, я уже ответил на этот вопрос. К сожалению, можно, потому что технология футбола сегодня мало чем отличается от технологии любой рекламы, а раз так, значит, можно.

Способствует ли футбол формированию мифов в массовом сознании? Да, в том числе и политических мифов. Я уж не говорю о том, что теперь нельзя продать или купить игрока, если не придумаешь какую-нибудь историю по его поводу, и нельзя набить ему цену, если не украсть его из одной команды и потом не попытаться продать в другую. Такие мифы создаются сплошь и рядом. Но это безобидные мифы. Это мифы, все-таки нацеленные на индивидуальные продажи. Все футбольные звезды, особенно на Западе, - это предмет поп-культуры: как женился, с кем развелся, в каком пабе пил, кому морду набил - это все сразу становится сенсацией, выходит на первые страницы газет. Создается миф об их удивительной способности как игроков. Я помню, как кто-то написал о Роналдо, что он совершил чудо: завис на 4 секунды над площадкой. Это невозможно физически - даже такому человеку, как Роналдо. Но это безобидный миф. А вот миф о том, что весь мир сольется в едином порыве и все будут друг друга обожать, любить, и рядом будут сидеть все народы и кланяться футбольному Богу, - это не безобидный миф. Мне кажется, этот миф может нам дорого стоить, поскольку глобализация - это создание единого рынка, где не мы хозяева. Только и всего.

Способствует ли футбол созданию у людей целостного представления о мире, мироздании. может быть, это вопрос надуманный? Мой ответ «нет», потому что то, о чем Вы спрашиваете, могут сделать только три области человеческого знания: наука, искусство и религия. Футбол - это не религия, не наука, не искусство, это некий междисциплинарный феномен. Да, он может стать религией, он может стать для многих людей наукой, для огромного количества людей - искусством. Но он все-таки недонаука, недоискусство и недорелигия. Поэтому требовать от него какого-то формирования мировоззрения. мне кажется, это лишняя нагрузка на эту восхитительную игру.

Философия футбола - это философия победителя. Все остальное отходит на задний план. Как ты победил? Есть футбольные правила (в данном случае это те самые десять заповедей, этакая пародия на общественную мораль: вот это можно, вот это нельзя). Если действовать в рамках этих правил, иногда их нарушая (как все мы нарушаем в жизни любые правила, за что бываем иногда наказаны, иногда прощены), - так вот, если действовать в рамках правил и добиваться победы, то это и есть философия футбола. Проигравший - не футболист. По-моему, все эти ничьи, особенно договорные ничьи, - это такая профанация футбола! Да, просто профанация футбола, отказ от его философии. Только победа! Больше ничего. Любой ценой победа.

Можно ли говорить сегодня о философии нашего российского футбола? Нельзя. Знаете, я как-то сказал, в чем заключается идеология нашего государства сегодня. Наша официальная идеология сегодня - это поиск идеологии. Тут все возможно: смена правил игры в процессе игры, подмены, стравливание. Мы ищем идеологию - вот мы такие. В футболе происходит то же самое: мы ищем свой почерк игры. Какой вы почерк ищете? Вы элементарно халтурите. Вы элементарно хотите заработать больше, чем вы стоите. Вы элементарно сдаете матчи. Какой почерк вы ищете, о чем речь идет? Все эти провалы и эйфории, смены тренеров и так далее - мне кажется, это все от лукавого.

Есть еще одно. Когда пацан начинает играть в футбол во дворе и проходит там футбольную школу, а потом его подбирают профессионалы и начинают готовить из него (для себя готовить, под себя готовить) футболиста, что-то, может быть, и получится. Но когда ребенка отдают в детско-юношескую спортивную школу, он, как бы там ни было, начинает относиться к футболу по-другому, не как к игре. А это все-таки игра - со страстями, с театральными подвигами, с приключениями, с присвоением себе какой-то роли: лидера или, наоборот, забитого волчонка. Но это игра! Когда же это превращается в тупую профессию, умение делать ногами или головой то-то, то-то и то-то, уходит главное. Поэтому наши игроки - они, на мой взгляд, просто забиты детскими футбольными школами: им внушили, что для них главное - это сыграть в обводку, вовремя отдать пас. Им забыли рассказать, что они играют в футбол. Им внушили, что если хорошо играть, то за это даже деньги получать можно, вот счастье-то какое!

Что означает футбол для Бразилии, Италии и Германии? Я думаю, что все-таки в этих странах разные философии футбола. Вернее, так: разные оттенки этой философии. В Бразилии это - национальная честь, почти вплоть до воинского подвига. Это дружина, воинство, которое выходит на сражение со всем остальным миром, тем более что Бразилия даже территориально отделена от всего остального мира и большую часть варится в собственном соку, где равных ей не так много: Аргентина, Колумбия, Чили. А футбол в Европе - это другое. Все-таки европейские звезды - они не столько национальные, сколько мировые звезды, поэтому Роналдо и играет в европейском клубе, и многие из бразильской сборной играют там. Но бразильский футбол - это огромное количество команд, игроки которых не играют за рубежом. Назовите мне хоть одного игрока сборной Германии или Италии (одного-двух можно назвать), который не играет в командах Англии или Франции! Это такой межконтинентальный, общеевропейский футбол, поэтому, на мой взгляд, он не носит в европейских странах национального характера. Когда идет чемпионат мира, они вдруг вспоминают, что они немцы или итальянцы, но как только чемпионат заканчивается, они просто из других команд.

То, что творится сейчас у нас с покупкой пусть посредственных, но, главное, иностранцев, - это безумие. Абсолютное безумие, потому что я не могу поверить, что в 150-миллионной стране с такими футбольными традициями нельзя найти людей, которые захотят играть! Покупать за 5 миллионов игрока, которого не купили за 2 миллиона в Европе, - это абсурд. Мне кажется, это просто неразумное вложение денег. А кроме того, эти амбиции: «Почему „Реал" может, а мы нет?!» Да потому, что вы не «Реал», ну не «Реал» - и все тут. Вы можете быть ЦСКА, «Локомотивом» или, на худой конец, «Спартаком», но вы не «Реал», и вам надо играть, как «Локомотив», как ЦСКА и как «Спартак», - тогда, может быть, что-нибудь получится.

Америка шла по этому пути, когда создавалась первая футбольная профессиональная лига в Америке, когда там играл Пеле. Эти знаменитые времена рухнули именно потому, что процент приглашенных футболистов был огромным. Это перестало быть интересным американцам: «Зачем я буду смотреть на какую-то заморскую звезду, а мои-то где?» Сейчас они пошли по другому пути: ограничили количество легионеров, по-моему, до трех в команде и добились того, что процентов двадцать Американской футбольной национальной лиги играет в Европе. Пусть не в первой лиге, но их стали брать в легионеры. А у нас два, три, четыре, пять.

Я уже говорил о том, что футбол - элемент культуры. Беда в том, что это было элементом культуры, а стало элементом поп-культуры или даже бизнес-культуры. Еще раз говорю: мы вспоминаем о том, что это футбол, когда на поле происходит какое-то событие. Сам зритель настолько благодарный, что он готов в самом дохлом матче увидеть событие, - и то игроки не всегда дают этот шанс! К сожалению, как и всюду в культуре, это не миновало и футбол, несмотря на то, что он такая демократичная игра.

Но это все равно футболисты! Вспомните, как относились к футболистам еще даже лет двадцать назад: это были свои ребята! Это были аристократы от спорта! К ним относились, как к артистам. И актерская публика их больше всего любила, и они дружили очень сильно. Рубен Симонов - он же просто не выходил из раздевалки «Спартака». Никита Павлович Симонян дружил с Рубеном Николаевичем очень сильно не только потому, что они армяне, а потому что это актеры. Театр и футбол - это были вещи одного порядка, одной культуры. Сейчас, когда эстрадные ли, футбольные ли поп-звезды выходят играть, это такая профанация!

Если касаться фанатов, того, что они устраивают на и вне стадионов, то сегодня футбол (а вернее, околофутбольные страсти) - это контркультура, вне всякого сомнения. Если касаться футбольных правил - это, я говорил, десять заповедей. Когда они нагло нарушаются, причем обеими командами и при участии судьи, - это тоже контркультура, это антикультура.

А если говорить о судействе, то вообще судейство - это часто такая пародия на справедливость в обществе! Судья либо неподкупен, абсолютно справедлив и беспристрастен, потому что перед ним две команды, а не одна, - и тогда это Бог на поле (он на самом деле Бог, такой непознаваемый, грозный!), либо это продажная тварь, как многие судьи в обычных судах. Тут не бывает середины. Судья может ошибаться (даже Боги ошибаются), но продаваться он не имеет права, а они продаются, что, конечно же, просто нарушение нормы, выход за все моральные границы.

Обладает ли футбол какой-то магией, особой притягательностью, логичен ли он или, наоборот, парадоксален? Я не стал бы отделять футбол в этом смысле от других видов спорта. Простота правил, большое количество членов команды, между которыми должны возникать взаимодействия, создает то, что физики называют «открытой системой», а открытая система живет по своим правилам. Сделать прогноз поведения открытой системы очень трудно. Поэтому говорят, что мяч круглый, а поле гладкое. Дело не в мяче и не в поле. Дело в том, что есть 11 человек с одной стороны, 11 человек - с другой. Есть 22 воли, 22 индивидуальности, которые выходят на поле. И пусть будет очень четкая тренерская установка, пусть будет железная дисциплина в игре - все равно у каждого свой темперамент, свое состояние: у одного вчера жена родила, а у другого, наоборот, мать умерла, один сегодня реагирует на погоду, другой - еще на что-то и так далее. Именно эта непредсказуемость и делает футбол футболом. Мне кажется, это справедливо и для других видов спорта тоже, иначе спорт не был бы спортом.

Вы посмотрите, как на наших глазах умерли шахматы. Они просто умерли: элемент предсказуемости достиг уже своего пика, и они перестали быть для людей интересными. Шахматы интересны лишь профессионалам, которые знают, что там, в их мирке, происходит. А как массовое зрелище они погибли, потому что раз ЭВМ может играть и даже иногда выигрывать у чемпиона мира, - все понятно. Ну посадите между собой две машины и покайфуйте, как они друг друга обыгрывают, - все, соревнование воли пропало! А когда был матч Корчной - Карпов, помните, что творилось: соревнование двух социальных систем, патриот - перебежчик! Там было столько условий, столько степеней конфликта, что было интересно каждому, даже тем, кто ничего не понимал в шахматах. А сейчас все умерло. Сейчас они в стагнации.

Я уже говорил до этого и повторю: есть вещи необходимые, но недостаточные. Необходимо быть технарем. Необходимо, вне всякого сомнения, быть мыслителем на поле. Необходимо по крайней мере части команды чувствовать в себе вдохновение, без которого ты при любой технике не пройдешь троих - четверых. Ну не пройдешь, потому что это все равно акт, это поступок, это подвиг. Если собрать все вместе эти компоненты, получится футбол? Нет. Потому что здесь, как в открытой системе, совокупность частей не составляет целого. Целое, если оно получается, всегда больше, чем каждая часть, в отдельности взятая. В этом смысле и в искусстве так же происходит, и в науке, и, главное, в жизни. Поэтому говорить, что в футболе главное - соотношение творчества, вдохновения и ремесла, бессмысленно.

Относительно того, можно ли говорить о какой-то духовности футбола, духовности футболиста. Думаю, что это тоже лишняя функция, которую ему пытаются приписать. Духовность, то есть жизнь духа, может возникать в зрителе или в футболисте, если тот или иной матч, то или иное событие или совокупность событий становятся частью его биографии, если они (события) им (футболистом, зрителем) присвоены. Тогда он живет этим, тогда это становится частью его духовной жизни. Но говорить о том, что футбол для всех обязательно выполняет духовную миссию, я думаю, излишне. Если футбол для тебя важен, то он, как и любое из ряда вон выходящее событие в жизни (будь то фильм, спектакль, собственный поступок, предательство друга и прочее), становится частью твоей сущности и составляет какой-то элемент твоей духовной жизни. Если считать, что спорт - это бездуховное дело, тогда зачем он нужен? Но если что-то в жизни не составляет в конечном итоге жизнь души, то это пустая забава. Если взрослые сейчас будут играть в классики - это будет пустая забава, но если вспомнить, как мы в детстве играли в эти классики, то это - часть нашей жизни, в том числе и жизни нашей души. Классики в детстве - это, вне всякого сомнения, одухотворенный вид спорта, а если взрослый человек начнет прыгать, то это чушь.

Почему великие в прошлом футболисты, как правило, редко становятся великими тренерами, как объяснить эту коллизию? Это разные профессии. Разные виды деятельности. Для этих профессий нужна разная организация, разные темпераменты. Великие тренеры в бытность свою футболистами никогда не были великими футболистами. Они могли быть хорошими, выдающимися, изобретательными. Тренер - это, как правило, игрок центра поля, либо распасовщик, либо игрок на фланге. Очень редко форвард, очень редко вратарь - почему? Потому, что мозги разные. Как у режиссера и актера: один создает и организует мир, пространство и населяет его кем-то, а другой исполняет роль в этом мире. Вот, собственно, и все. Никакого феномена-то и нет.

Что касается моего отношения к стереотипам, первый из которых: футболисты - это баловни судьбы, у них всегда зарплата больше, они меньше работают, а вот мы, представители других видов спорта, не столь популярны и страдаем из-за них; а второй: «у мамы было три сына, один из них футболист», то отвечу так. Мы можем сказать борцу: «Ну становись футболистом, кто тебе мешает?!» Если это популярная игра, то за нее больше платят, а если тягаешь штангу, которую смотрят двадцать человек в зале, - ну извини, сам это дело выбрал. Кто на что учился! Так же можно сказать: вы, телевизионщики, все богатые. Да кто тебе мешает? Иди и занимайся. Твоя жизнь в твоих руках!

Что касается этой пресловутой «глупости» футболистов, то кто об этом говорит-то? Гуманитарий -вряд ли: он понимает, что мудрость не в словах и не в умении разговаривать. Мудрость - это все-таки ум. Он может быть и в голове, и в ногах. А ты поди-ка поставь любого профессора и попроси его отдать пас вот в эту секунду, в этой ситуации - что получится? Да ничего не получится! Поэтому тут не о чем спорить. . Хотя мне приходилось встречать среди футболистов настоящих «дубов», но где их нет! В любом научном институте я вам могу показать таких дубов! Я думаю, что футбол, как и любое другое явление, - срез общества. Есть интеллигентнейшие, тишайшие люди, а есть драчуны и сволочи - как всюду, как в любом деле.

Футбол без телевидения сегодня жить не может. Телевидение без футбола, как оказалось, может. Еще в прошлом году у нас складывалась совершенно парадоксальная ситуация: футбольные трансляции не набирали нужного рейтинга, то есть не отдавали тех денег, которые за них платили. Сейчас дело вроде как-то сдвинулось за счет меньших денег, которые платятся за это, и большего внимания каналов к анонсированию, рекламе футбольных матчей. Конечно, влияет еще и то, как играют команды, как продается матч, - это понятно. Но совершенно очевидно, что для популяризации футбола, для того, чтобы в нем водились деньги, роль телевидения никто не отменял и отменить не может.

У нас, как мне кажется, достаточно большое количество профессиональных футбольных комментаторов. Но они в последнее время отходят от объективности в освещении матчей: уж очень явно болеют за какую-то команду. Тут еще, мне кажется, нужна огромная работа.

Ведь в чем роль телевидения? Сделать так, чтобы футбол смотрели даже те, кто его никогда не смотрит. Как это делают в Америке. Есть люди, которые никогда в жизни не смотрят спортивные соревнования. А телевидение устраивает такие рекламные кампании и готовит такие шоу (цена рекламы при этом достигает нескольких миллионов долларов), что событие начинается именно с этих рекламных трюков, чем и привлекает зрителей.

У нас, к сожалению, профессионалы в области футбола, комментаторы, не являются профессионалами в телевидении и не понимают роли сказанного с экрана слова, не осознают, как сказанное ими может воздействовать на определенные группы людей в определенных ситуациях. Сажать рядом с ними цензора или психолога, который будет дергать их за штаны во время репортажа? Вряд ли это поможет. Заставить их повысить свое образование в этой области тоже невозможно. Что делать? Я не знаю, что делать. В советские времена понятно, что было делать: сказал одно слово не то - до свидания. А сейчас, как везде: свобода правды-матки.

О тренерах. Мне кажется, у нас есть три тренерские модели.

Первая - это когда тренер становится тренером клуба, тренером сборной, президентом футбольного клуба, да еще и менеджером, да еще и совладельцем. Все это кончается плачевно, потому что «крышу срывает», нет тормозов, которые держат. Талантливый человек может успеть пройти огонь и воду, а вот медные трубы - увы. Это одна модель. Она у нас в единственном виде существует, надеюсь, не повторится. Жалко человека и команды жалко, которая чуть не погибла.

Вторая модель тренера: крепкий, преданный делу профессионал, который при этом является еще и хорошим менеджером, наставником команды в прямом смысле слова. Ему важен не только результат, но и профессиональное достоинство. то есть он хочет сделать игру на нескольких уровнях: победить, удивить какими-то находками своих друзей профессионалов и сделать так, чтобы футболисты на поле понимали, что они делают. Ярчайший пример такого тренера - Юрий Павлович Семин. Вот он, мне кажется, оптимальный вариант для нашего футбола.

И есть третий тип: это такие футбольные «летуны», номенклатура, скажем так. Он завалил одну команду - дадим ему другую, если и там не удалось ничего сделать, так это не он, это команда виновата. Не буду приводить имен - и так все понятно.

Мне кажется, у нас, к счастью, если не подавляющее большинство, то большинство относится сейчас ко второй группе. По крайней мере, у нас стали понимать, что тренеры должны быть профессионалами, наставниками, менеджерами, хорошими фантазерами. И дай Бог, если так оно и будет дальше.

Из главных проблем мирового футбола я выделил бы прежде всего коммерциализацию и судейство. Я не понимаю, почему, согласившись на искусственные покрытия, ФИФА отказалась от электронного контроля: современными средствами ошибки в определении по крайней мере офсайтов можно исключить элементарно! Маленький датчик ставится в мяч, маленькие датчики установлены по краю поля - раздается звуковой сигнал, и вы точно знаете, был или не был офсайт. Это мое предложение. Я готов найти людей, которые завтра разработают эту схему. Она будет недорогой и может быть установлена на любом стадионе. Тут никаких секретов волшебства нет. Но ведь откажутся наверняка, потому что тогда теряется механизм управления ФИФА судьями. Пока судья управляем - а он на поле царь и Бог! - можно делать все, что угодно. Но как только вступает в дело «тупая» электроника, то есть тот самый объективный момент, - так хочется порассуждать о «романтике» футбола, в которой белый и пушистый судья - «он ведь тоже человек, и он может ошибаться»! Но когда ошибка стоит миллиардов (даже не миллионов) долларов, извините, это не ошибка - это уже преступление. Ну что стоит комиссару матча (не судье на поле, а комиссару матча) поставить компьютерный монитор, где он в любой момент может посмотреть любой повтор! А судье - наушник в ухо, как у меня в студии! И не каждую секунду, не подменяя судью, но в спорных моментах, когда игра остановлена (был пенальти или не было пенальти? есть за что его назначать или нет?), он может сказать ему в ухо, так, что никто не услышит, было нарушение или не было. У судьи есть мнение - а у этого есть монитор, и человек перед монитором отвечает за объективность. Ведь в это время за игрой следят еще и миллионы зрителей! Почему это не делается? По той же причине.

Где выход из проблем нашего футбола? Я не знаю. У нас какие проблемы? Проблемы организации, проблемы депрессивного состояния всего общества - следовательно, и футбола. Из этого можно найти выход и наверняка найдут. Но что делать с полями? Может быть, стоит перейти на искусственные газоны!? Ведь у нас их, по сути, нет. Ну что мы можем сделать, нет - и все тут! Может быть, искусственные газоны - выход?! Я играл, кстати, на газоне такого последнего поколения - на нем даже при большом желании нельзя самостоятельно получить травму, разве только если тебе «накладку» не сделают или в спину не толкнут. Нормальная трава!

Конечно, расписание игр. Тоже в зубах навязло. Или мы переходим на европейский ход чемпионата - и футбол превращается у нас в зимний вид спорта, или. Если мы хотим играть в мировой футбол, у нас нет другого выхода, потому что мы с ними сражаемся либо глубокой осенью, либо ранней весной. И то, и другое - просто заведомо подстава. А во всем остальном, я думаю: будут решены проблемы общества - будут решены и проблемы футбола.

Константин Сарсания

Бывший игрок команды

«Динамо» (Москва) и других,

футбольный агент,

президент юношеской

футбольной школы «Академика»

Я о футболе знаю всё!

Я учился в общеобразовательной школе, а затем в спецшколе с углубленным изучением английского языка. Закончил ее. Параллельно занимался в динамовской СДЮШОР. После окончания школы поступил в ГЦОЛИФК (сейчас «РГУФК» называется). Закончил его, потом аспирантуру. Сейчас вот надо бы диссертацию защитить, но все времени никак не хватает. Это что касается образования.

Что касается футбола, то после окончания детско-юношеской школы «Динамо» я был приглашен в дублирующий состав, потом играл в основной команде московского «Динамо». Потом были такие клубы, как «Факел» (Воронеж), «Спартак» (Москва), «Асмарал» (Франция), после «Асмарала» играл во французских командах «Ланс» и «Дюнкерк», после чего играть в футбол закончил. Вернулся домой, в Москву, и в течение года работал менеджером тогда еще «Спартака» (Владикавказ), после чего в 1995 году начал работать как футбольный агент (тогда это называлось «агент ФИФА»). Тогда обязательно выдавалась лицензия ФИФА. Сейчас уже лицензии ФИФА нет - они отменили свою лицензию. Сейчас я лицензированный агент Российского футбольного союза. Если не ошибаюсь, то, по-моему, сегодня у нас в стране двенадцать таких агентов. Моими клиентами являются футболисты Панов, Левицкий, Кержаков, Янкаускас, Ткаченко, больше половины игроков московского «Динамо», наверное; сенегалец Ненди; Дятель, Демкин, Гришин, Точилин; в московском «Спартаке» Данишевский, Павленко. Из тех, кто играет за рубежом, - Янкаускас и Косоногое: один играет за «Порто», второй принадлежит «Бордо». Вот что для меня значит футбол.

Почему он самый популярный вид спорта? Да потому, что футбол объединяет мир вообще. Потому что многие люди встречаются и узнают друг друга благодаря футболу (как в бизнесе). А главное -просто так люди общаются, благодаря футболу знакомятся, потом дружат. Футбол - это больше, чем политика. Это такой вид спорта, который вошел в сознание, в жизнь людей на всей планете, во всех странах мира, поэтому футбол объединяет миллионы людей.

Я думаю, что популярность футбола объясняется и тем, что в футбол просто играть, он не требует никакого дорогостоящего оборудования. В футбол издавна играют везде: на песке, на снегу, на траве, поэтому в него играют люди во всем мире.

Если говорить о том, что главное в футболе, то для меня, наверное, все, потому что без футбола я себе жизни не представляю. У меня так, может быть, счастливо получилось, что я начал заниматься футболом где-то с девяти-десяти лет, а потом, когда закончил играть, остался в футболе. Поэтому для меня это не только средство зарабатывания денег (потому что футбол сейчас стал бизнесом - раньше он таковым, может быть, не был), но и просто моя жизнь. Я люблю футбол и не мыслю себя без него.

То же самое и о главных составляющих футбола. Я думаю, что мир, вселенную футбола составляют и его непредсказуемость, и результат, и игроки, и тренер, и болельщики. Что-то одно, главное, каждый выбирает для себя сам.

Ответ на следующий вопрос вытекает из предыдущего. Игра, зрелище, регулятор настроения масс. - это для кого как! Например, для меня футбол - это и работа, и игра. Может быть, для простых болельщиков это и забава, и развлечение, и игра, и (прежде всего) зрелище. Забава и развлечение -для людей, которые не так глубоко понимают футбол, как мы, профессионалы. Они ходят на футбол просто как на шоу. Футбол - забава и развлечение и для многих, которые играют в футбол для себя. Для них это отвлечение от каких-то забот, также, может быть, выход агрессии. Для кого-то, особенно для молодежи, которая ничего не понимает, это шумное сборище, где есть возможность отвлечься от всего и просто поорать, как говорится, «оторваться».

Я считаю, что не многие могут понять, прочувствовать, что это такое, когда играют гимн страны, честь которой ты защищаешь. Мне, к счастью, пришлось это испытать. Гимн - и ты испытываешь такое необъяснимое чувство. ты понимаешь, что должен это сделать - победить. Ты сливаешься с болельщиками: ты - это Россия, Россия сильнее. это поднимает настроение у многих людей, особенно когда Россия выигрывает. Наверное, есть какие-то негативные моменты, когда футболом пытаются прикрыться, - это выступает, например, в форме расизма. Но все-таки мне хочется верить, что футбол - это больше позитивный момент, он приводит к росту патриотизма. И не только футбол, а вообще любой вид спорта, когда ты защищаешь честь страны.

Насчет манипуляции поведением людей с помощью футбола. Думаю, это больше вопрос к политикам. Не секрет, что многие на футболе сделали политическую карьеру. Вспомним Берлускони, премьер-министра Италии: владелец клуба «Милан», начав практически как медиа-магнат и бизнесмен с огромной популярностью (благодаря прежде всего именно тому, что был президентом футбольного клуба «Милан»!), стал первым человеком страны. Это один из самых ярких примеров, а есть еще много других.

Примеров таких было много и у нас, и за рубежом, так как много людей очень любят эту игру, у них в футболе есть свои кумиры, о которых складываются мифы и легенды. Все потому, что для простых людей проникнуть в этот мир очень тяжело, но есть большое желание, а это очень сложно, не каждому дано. Поэтому, я думаю, легенды и складываются. Но в то же время люди любят футбол и хотят знать все, что в нем происходит, знать все о любимых игроках и командах. Даже неправдоподобные сказки и легенды, я думаю, явление нормальное. Я думаю, лучше, чтобы идолы были у людей в футболе, чем в каких-то негативных сферах жизни.

Можно ли с помощью футбола познать мир и мироустройство? Я не думаю, что это задача футбола. Может быть, частично это и так, но только частично. В принципе за счет футбола нормальный футболист, который играет не только у себя в стране, может посмотреть мир, может понять, как живут люди. Сейчас такой футбол, когда в клубах много легионеров; они привносят в футбол культуру, национальные черты, признаки своего народа - в этом смысле футбол можно считать неким элементом познания мира. Но только через футбол полностью познать мир нельзя. Это нереально. Это утопия.

Особая философия? Я думаю, что философия футбола, как и любого другого вида спорта, такова: выигрывает сильнейший, и надо пробиться. То есть надо иметь определенные черты характера, выковать в себе сильный, бойцовский характер, уметь превозмочь любые трудности. И тогда футбол практически не отличается какой-то своей философией, ее у него нет. Она такая, как в любом другом виде спорта, как в спорте в целом. В спорте высших достижений, когда ты хочешь чего-то добиться, ты должен обладать одним - сильным характером. В этом я вижу суть спортивной и футбольной философии.

Философия российского футбола. Это сложный вопрос. Российский футбол переживает сейчас такое, как бы сказать, промежуточное время. Что сейчас происходит? Многие годы Россия не добивалась никаких успехов, а после развала СССР оказалась где-то на задворках мирового футбола: дважды не попала на чемпионаты мира (правда, последний раз мы попали, но неудачно сыграли), не попала на чемпионаты Европы. Сейчас такой момент, когда экономика, если брать страну в целом, стабилизируется, много людей с деньгами, олигархи хотят вкладывать свои деньги в футбол. У нас был провал, когда футбольные школы какой-то промежуток времени работали плохо, не было создано ничего нового. Сейчас, когда люди вкладывают деньги, есть уже молодые, растущие, но им надо время, чтобы стать классными игроками. У нас дефицит кадров, им не хватает профессионализма. тренеры, менеджеры. Поэтому сейчас мы как бы на перепутье. Но всегда, когда куда-то (хоть в футбол, хоть куда-то еще) приходят большие деньги, я думаю, они обязывают людей соответствовать.

Если сравнивать Бразилию и Италию, то по стилю и по характеру игры они немножко схожи. Для них футбол, я так думаю, больше, чем религия, потому что в Бразилии, например, один-единственный шанс для бедного в основном населения страны выйти в люди - это футбол. Там играют все и всюду: на пляже, просто на песке, просто на асфальте. Я был в Бразилии - видел. В основном люди живут очень бедно, но природа так наделила, одарила этих людей, что к футболу они все с детства очень восприимчивы. Они талантливые в этом отношении люди. Поэтому у многих из них единственной задачей является развить данные, отпущенные природой, чтобы не упустить шанс стать футболистом. Там футбол - один из немногих видов деятельности, с помощью которого можно выбиться в люди.

То же самое во многом и в Италии. Итальянцы просто сумасшедшие, помешанные на футболе. Там это просто не то что спорт номер один, а вообще часть жизни итальянцев. Там, когда транслируется футбол, никто не посмеет переключить телевизор. У итальянцев, хоть это европейская страна и уровень жизни у них европейский, футбол где-то на уровне помешательства!

У немцев, я думаю, с футболом, как и везде в Европе. Да, это вид спорта, который очень популярен, там это тоже возможность для людей хорошо зарабатывать, но не больше. И все-таки для немцев, я думаю, футбол все же больше, чем просто популярный вид спорта. Немцы многих успехов добиваются потому, что обладают такими признаками национального характера, как борьба до конца, строгая дисциплина, жесткость, организованность, точность. - работают, как часовой механизм швейцарских часов, действуют очень слаженно, четко, до конца. Да, у немцев такая стать, что позволяет им добиваться успехов как в мировом футболе, так и в европейском.

О коммерциализации футбола. Думаю, что если, например, в прошлом - позапрошлом году основные принципы и правила футбола практически уже вышли за рамки деятельности ФИФА, если члены Евросоюза обсуждают принципы перехода отдельных игроков, если в футбол пришли колоссальные деньги, когда за футболистов платят больше шестидесяти миллионов долларов, то футбол, наверное, действительно часть мирового рынка, мировой индустрии, массовой культуры. Спорт и культура всегда шли рядом. И в то же время футбол - это зрелище, это массовое, популярное шоу, причем зрелище, в которое сейчас вкладываются огромные деньги.

Футбольная культура страны определяется во многом тем, насколько страна культурна. Говорят, что показателем культуры страны является то, как она относится к пенсионерам и детям. Вот и в футболе, наверное, так же. Ну, к пенсионерам - сложно что-то сказать, но к детям, к подрастающему поколению. Например, если во Франции команда какого-то пятого дивизиона (не то городишки, не то деревни с численностью населения пять тысяч жителей) имеет великолепный стадион, несколько футбольных полей плюс искусственное поле, местное правительство (практически каждый муниципалитет!) выделяет определенную сумму из городского бюджета для оздоровления жителей и, в частности, для занятий футболом, это и есть национальная культура. Остальное - популярная. У нас в России, что говорить, сейчас какая культура? Ни той, ни другой.

Конечно, футбол имеет свою субкультуру. хотя односложно сказать трудно. Когда люди идут в Большой театр смотреть балет или в «Гранд Опера» в Париже, в «Ла Скала» в Милане слушать лучших мировых теноров, это, я думаю, то же самое, что люди идут на прекрасные футбольные игры. В Европе или в Азии (если взять чемпионат мира в Японии) в основном суперстадионы со всеми удобствами, на которых приятно смотреть футбол. У нас сейчас качество стадионов приближается к мировому уровню. Вот «Локомотив» построен - отличный стадион, на котором посмотреть футбол - одно удовольствие! Там есть всевозможные удобства для зрителей - как для простых, так и для VIP-персон.

Конечно, футбол, как я уже сказал, вполне можно считать современным шоу-бизнесом. Так же, как в шоу-бизнесе, здесь есть солисты, которые поддерживаются большими группами менеджеров, подогревающими интерес публики к этим солистам. Вот последний пример. Все знают Бекхэма. Его переход в мадридский «Реал» - это ведь колоссальная пиаровская акция. Его имиджмейкеры работают так, что в Китае только за рекламный щит платят миллионы, а за рекламную поездку он (как и его коллеги по команде) зарабатывает миллионы долларов. Естественно, что его переход поднимает продажу билетов не где-нибудь, а в «Реале» прежде всего. Это шоу-бизнес в чистом виде.

О мистике и логике футбольной игры. В чем-то можно согласиться, что это характерно и для футбола.

Да, действительно футбол непредсказуем. Бывает так, что команда, которая на голову сильнее любого противника, может проиграть середнячку. Таковы законы футбола: все решается в данный момент. Каждый день состояние футболиста разное. Футбол славен своей непредсказуемостью, и этим он интересен для большинства любителей футбола и спорта вообще. Это - чудеса футбола.

Я думаю, что правы те люди-профессионалы, которые говорят, что футбол - это ремесло и каждый футболист (естественно, футболист, который умеет работать) обязан выполнять свое дело лучше других. В жизни футболиста бывают такие моменты, которые заставляют его играть неординарно, с неведомым доселе вдохновением и куражом: например, после долгого сидения его выпускают играть в первом составе, дают ему шанс, и он этим шансом пользуется; у футболиста может родиться дочь или сын; он, может, просто встретил вчера любимого человека. И это вдохновение буквально удесятеряет силы игрока, его талант, мастерство. его творчество. Но основное, я думаю, зависит все же от работы футболиста.

На вопрос о духовности футболиста ответить сложно. Духовность можно расценивать как принцип игры fair play, например. Футболисты должны уважать друг друга, и они это часто делают. Например, когда кто-то во время игры получает травму, футболист выбивает мяч за пределы поля, давая тем самым право команде соперника не остаться в меньшинстве, давая возможность выйти докторам на поле и помочь футболисту, который получил травму. Я думаю, что это - черта духовности. Вы помните, что было в прошлом году перед чемпионатом мира, когда играли «Торпедо» со «Спартаком»? Семшов выходил к воротам и мог забить гол, но, увидев, что лежит кто-то из спартаковцев, он выбил этот мяч за пределы поля. После этого была полемика, и мнения разделились: Романцев сказал: «Браво, Семшов, истинное джентльменство, fair play»; а тренер Шевченко, работавший тогда с «Торпедо», сказал, что если бы Семшов в «Спартаке» играл, он тоже сказал бы ему «браво», а так - он лишил команду гола, премиальных денег, команда потеряла очко, и никакого «браво» тут быть не может, он должен был забивать. Два полярных мнения. Я, например, придерживаюсь первого. Но духовность есть, все равно она есть! Игроки - это не роботы, это играют люди, которым не чуждо ничто человеческое.

Имидж футболиста? Типичный футболист, конечно, отличается от представителей других профессий. Футболист, если усреднить, это обыкновенный человек, чаще всего вышедший из простой семьи. Это человек, умеющий преодолевать сложности, знающий, что такое работа, труд, но в то же время любящий получать за свой труд определенные деньги.

Вопросом о коллизии «игрок - тренер» я не задавался. Но могу ответить, почему не каждый хороший игрок может стать хорошим тренером. В футболе у игроков на поле разные амплуа, перед каждым спортсменом стоят разные задачи: есть «крайние» игроки, которые в основном играют за счет своей скорости; есть защитники, которые играют за счет своих чисто индивидуальных качеств (таких, как жесткость, цепкость и тому подобных); есть игроки середины поля, есть нападающие, которые способны даже творить на поле. Я думаю, что из игрока, который привык разрушать, который играл на таких своих качествах, как скорость, жесткость, агрессия, не может получиться тренер, обладающий такими способностями мышления, как, например, Беккенбауэр.

Об отношении к футболу и футболистам со стороны спортсменов - представителей других видов спорта. Я думаю, негативное отношение, о котором Вы говорите (баловни судьбы, любители красивой жизни, люди недалекие, для которых главное - деньги), было все же характерно во времена коммунизма и, наверное, оттуда пошло. все-таки это менталитет людей не нового поколения. Раньше футболисты имели большие льготы по сравнению с простыми людьми: не имея образования, они числились на инженерных должностях и, только играя в футбол, получали зарплату инженеров; они заканчивали институты, фактически в них не учась; были, ясно, и другие поблажки, как бы зеленый свет во всем. Поэтому, наверное, простые люди и спортсмены-нефутболисты относились к футболистам с некоторой завистью.

Футбол всегда был самым популярным видом спорта - его, конечно, не сравнишь с лыжами или с бадминтоном. Понятно, почему к футболистам было такое отношение. Но сейчас, я думаю, отношение меняется, люди понимают, что футбол - это прежде всего тяжелый труд. Далеко не каждый знает, как даются футболистам их успехи на поле, но сейчас об этом пишут и рассказывают все больше и больше, поэтому и отношение людей к футболистам меняется. Кстати, за рубежом этого нет. Когда я играл во Франции, то с этим не встречался. Там нет такого.

О заработках футболистов. Сложный вопрос. Я думаю, что сегодня большие заработки стали нормой жизни. Взгляните хотя бы, как наши клубы наводняются африканскими, бразильскими футболистами. Всюду в мире так делается: собираются хорошие футболисты из разных стран, им даются хорошие возможности для тренинга, для поднятия профессионализма. Если футболист соответствует предъявляемым ему требованиям, то он продается за хорошие деньги в европейский клуб, что дает возможность этому клубу дальше развивать свою структуру. Это сегодня норма жизни.

Футбол и средства массовой информации и прежде всего телевидение. Наверное, телевидение - это самое сильное средство. Без телевидения никуда. У нас телевизор смотрят, как во всем мире. Права на трансляцию приносят баснословные прибыли, поэтому стоят баснословных денег. Правда, в последнее время по Европе прокатилась волна банкротств ведущих телекомпаний, которые продавали и покупали эти права. Даже «Канал плюс» сократил сейчас свои выплаты клубам за право трансляции, и испанское телевидение на тридцать процентов уменьшило сумму контрактов. В Англии, наоборот, суммы контрактов взлетели. Футбол хотят видеть во всем мире, так как это вид спорта номер один. Спрос есть - есть и предложение. Рынок!

У нас в стране в этом плане, увы, удручающая ситуация. Мы пока не дошли до серьезных контрактов с телевидением. Мы настолько далеки от европейских и от мировых цен, что у нас ничего фактически нет. Хорошо, что появился спортивный канал, который показывает матчи чемпионатов России, есть спортивный канал НТВ+, есть 7ТВ - на телевидении уже больше спорта. Но коммерчески это пока мизер. Я думаю, мы пока бедные. Успокаивает то, что пусть медленно, но это развивается. Я думаю, к английским ценам мы не придем, но потихоньку, по чуть-чуть, подниматься будем.

Помните, какой в прошлом году был ажиотаж у нас на телевидении и в прессе по поводу нашего невыхода из группы на чемпионате мира? Всех обвиняли в антипатриотизме. Нечто подобное было и в Солт-Лейк-Сити. То ли это наши спортивные комментаторы с их политической незрелостью, то ли наши лихие на перо журналисты. помните, какой разбушевался «квасной» патриотизм, какое было возмущение народа!

Причин этого ажиотажа, на мой взгляд, две. Первая: Россия давно не видела значительных побед, а люди немножко надеялись, и надежды эти им внушали все те же журналисты и комментаторы. Вторая: есть люди, которые как бы специально подлавливают такие острые моменты, чтобы поднять свой дешевый политический авторитет.

О коммерциализации футбола в нашей стране. История вопроса такова: в конце восьмидесятых -начале девяностых годов были огромные перекосы в оплате труда наших игроков, уехавших играть за рубеж и остававшихся играть у нас в стране. Каждый стремился уехать, чтобы что-то заработать и обеспечить себя и свою семью. И это было не только в футболе, это происходило во всех видах спорта и вообще во всех видах деятельности. Представьте: только сейчас около десяти миллионов бывших граждан СССР живут и работают в 147 странах мира. Так что ехали все, кто мог уехать.

Была такая проблема: говорили, что футболист не может получать зарплату больше, чем советский посол за рубежом (а посол получал шестьсот или семьсот долларов). Чепуха: я-то знаю, что Хидиятуллин в Тулузе (Франция) получал семьсот долларов чисто официально, а на деле ему платили больше. Это было связано с уродством нашей системы. Сейчас ситуация поменялась, и футболист (как российский, так и зарубежный) получает гораздо больше - все зависит от качества его игры: если он соответствует запросам команды, то он будет получать очень хорошие контракты. Например, когда Панов здесь блистал, я его продал в «Сэн Этьен», у него там был очень хороший контракт: он получал шестьсот тысяч долларов в год «чистыми». Это больше, чем французы. Больше него получал только бразилец из «Алекса» Алазио. Вообще во французской лиге средняя зарплата двести - двести пятьдесят тысяч. Так что сейчас статус футболиста таков: это прежде всего спортсмен, но с оттенком шоумена, потому что футбол - это сегодня уже и шоу-бизнес.

Дело в том, что в других странах есть закон о спорте, а у нас такого закона нет. У нас не приведены в соответствие нормы и требования футбольной жизни с общими законами государства и международным законодательством, да и сам юридический статус футболиста отсутствует. О чем уж здесь говорить?! Возьмите дело Сычева: почему возникли вопросы с его переходом? Потому что у нас футбол не выделен в отдельную сферу деятельности, как, впрочем, и спорт вообще. Вот ты работаешь уборщицей, захотел уйти - за две недели до ухода написал заявление, и у тебя никаких обязательств перед работодателем. В российском футболе эта азбучная истина, эта элементарная юридическая норма прописана не была. Поэтому и возникают такие ситуации, как с Сычевым. Сейчас внесли статью в Закон о спорте, где профессиональный спорт выделен в отдельную, самостоятельную сферу деятельности. А что касается права, то ФИФА, где очень сильные юридический отдел и служба юристов, все строго регламентировала: есть специальное законодательство, нормы, которые футбольные организации обязаны выполнять. Но наше футбольное законодательство опять отличается от принятого во всем мире!

Отличается тем, что нет четких обязанностей, функций - президента клуба, главного менеджера, главного тренера. Зачастую наш тренер, под началом которого находится как минимум восемнадцать игроков плюс его помощник плюс доктор плюс массажист и так далее, помимо тренировочного процесса нередко вынужден заниматься оргвопросами. Хотя это дело менеджера. Тренер - дирижер в оркестре, полководец в сражении. Я думаю, что хороший тренер должен обладать не только профессиональными игровыми качествами, он к тому же должен быть хорошим психологом. Он должен обладать определенными чертами характера, и в первую очередь достаточной жесткостью, чтобы в коллективе была дисциплина, потому что с мягким тренером бывают проблемы, особенно в России. Тренер - это достаточно эрудированный человек, который должен уметь объяснить футболисту различные аспекты не только игровой деятельности, но и тактики, стратегии, психологии игры и многое другое.

Я работал с некоторыми выдающимися тренерами, например, с замечательным Константином Иванович Бесковым. Он был довольно жестким тренером, футболисты его даже боялись, но уважали. Он умел поговорить с футболистом и объяснить, что от него требуется в данной игре, в данной ситуации. Естественно, он пользовался непререкаемым авторитетом. Или взять Бышовца - он не тот тип тренера, который бы мне нравился. Малофеев - очень интересный, хороший тренер, но немножко с «сумасшедшинкой», что ли, - он тоже добивался каких-то успехов.

Великим тренером был Лобановский. К сожалению, мне не приходилось с ним работать, но я знаю это от многих ребят, с которыми он работал в молодежной сборной, например от Папаева из Воронежа. Будучи еще достаточно молодым тренером, он очень хорошо ставил технику футболистам - очень важное тренерское качество. В футбольной среде существует мнение, что в технике можно прибавлять до пятнадцати-шестнадцати лет, потом тяжело. Например, я сильно поднаторел в технике, учась в динамовской школе, где этому уделялось далеко не главное внимание, но, придя в воронежский «Факел», почувствовал, что всего за три месяца очень существенно прибавил в этом деле.

У каждого тренера какие-то свои сильные качества, своя индивидуальность. Из зарубежных тренеров мне очень нравилась работа Дика Адвоката, Эрика Геретса, Брайана Робсона, который сейчас тренирует «Ньюкасл», а тогда тренировал «ПСВ». Сейчас мне очень нравится работа Арсена Венгера (он тренирует лондонский «Арсенал»). Из всех тренеров, с которыми мне приходилось общаться, он, пожалуй, самый сильный. Во всяком случае, он произвел на меня очень сильное впечатление.

Что касается футбольного чиновника, судьи, мецената и других действующих лиц нашего футбольного хозяйства, то, я думаю, их деятельность нельзя смешивать. Судья - это судья, а меценат, я так понимаю, это президент клуба, владелец команды. Менеджер - это управляющий, администратор. Чиновники должны прежде всего следить за соблюдением законов, принятых ФИФА, и служить организации своего вида спорта, ну а судьи, понятно, - это непредвзятое квалифицированное судейство. Что касается агента, то, думаю, без него современный футбол не мог бы развиваться в принципе. По поводу мецената скажу следующее: если это хороший меценат, хороший владелец клуба, президент (то есть истинный меценат, а не спонсор), то без него нет никакого прогресса.

Вообще в современном футболе есть две системы: европейская и английская. В английской системе тренер называется менеджером. Это понятие включает в себя все вопросы подготовки команды: и тренировочную деятельность клуба, и менеджмент. То есть практически он - тренер, выполняющий функции спортивного директора. Таким образом, сюда входит политика клуба на приобретение игроков, трансферная политика и стратегия развития команды, и все это в ведении одного человека - тренера. Это английская система.

Система европейская - здесь тренер отвечает только за тренировочный процесс, за результаты команды. Спортивный директор - это второй человек в команде, который выполняет функции менеджера, то есть обеспечивает всю организацию работы команды: подготовку, игру, образ жизни игроков, их досуг и так далее. Это все полностью на нем (но совместно с тренером, естественно).

У нас начинает вырисовываться вторая, европейская схема. То есть у нас есть и тренер, и спортивный директор. Наша проблема, о чем я уже говорил, в том, что у нас, к сожалению, очень мало квалифицированных людей, готовых работать: нет квалифицированных менеджеров, нет спортивных директоров. И квалифицированных тренеров не так много. А это же надо уметь! Надо хотя бы поизучать опыт работы европейских клубов!

Футбольные болельщики. Они разные, естественно. И у каждого клуба, кстати, разный контингент: на какой-то клуб ходят юнцы, которым надо просто поорать-покричать, на другой клуб ходят интеллектуальные болельщики, которым нравится умный футбол. Болельщик - он разношерстный в своем составе.

Конечно, в мировом футболе как в довольно динамично развивающейся организации много различных проблем. Прежде всего необходимо установить квоту на легионеров в командах с учетом уровня развития футбола в регионе, в стране. Например: на клубы стран-членов Евросоюза не распространяются никакие квоты по привлечению игроков из стран Евросоюза, но если вы собираетесь взять футболиста из Восточной Европы, Африки, Латинской Америки, вы должны действовать в соответствии с положением о квотах. Здесь явное неравенство, дискриминация своего рода.

Другая проблема мирового футбола, на мой взгляд, состоит в том, что в мире не так уж много богатых клубов, большинство - бедные. Да, есть конкуренция, есть общие проблемы мировой экономики. Однако критерии, основанные на спортивном принципе, все же должны учитываться в первую очередь .

Или возьмите уровень чемпионата Европы. Европейский чемпионат гораздо сильнее, чем чемпионат Азии, а принцип отбора и количество команд на финал Кубка мира этого почти не учитывает. Конечно, футбол все более и более развивается практически везде, грани все-таки начинают стираться, но неравенство даже с чисто спортивной точки зрения встречается еще довольно часто.

Проблемы же российского футбола объяснить просто. Проблемы российского футбола сейчас - это неучастие государства в реальной помощи нашему футболу. Прежде всего это выделение достаточных средств.

Сейчас нет никаких льгот на развитие инфраструктуры футбола, на развитие детского и юношеского футбола. Даже в Москве можно по пальцам пересчитать стадионы, соответствующие стандартам ФИФА и У ЕФА.

Надо, безусловно, воспитывать собственные кадры - в этом у нас образовался провал. Сейчас детско-юношеские школы начали работать вновь, и это уже начинает давать свои результаты. При этом остается проблемой повышение квалификации тренеров, менеджеров, спортивных директоров и вообще повышение профессионализма людей, занятых в сфере футбола. Вот когда мы придем к профессионализму, тогда у нас футбол поднимется на более высокий качественный уровень.

Возьмите, например, ЦСКА. Туда пришли серьезные люди, с серьезными деньгами, купили хороших футболистов, у них есть более-менее квалифицированный тренер и, что самое главное, квалифицированный президент клуба, который понимает, что и как надо делать, - и сейчас ЦСКА, в принципе, ведущий московский клуб.

Второй пример - полярный: «Торпедо - Металлург» - команда, которую купил «Норильский никель» совместно с губернатором Красноярского края. Вкладываются огромные деньги, уже куплено, если брать с начала года, восемнадцать новых футболистов, причем один даже откуда-то из Аргентины, но команда - последняя в розыгрыше премьер-лиги, без всякого проблеска надежды на успех. Был выбран абсолютно не тот тренер в начале сезона - его сейчас сменили. Но самая большая проблема в том, что генеральный директор, который всем этим руководит, - человек, мало сведущий в футболе, он просто далек от него.

Чтобы изменить положение в нашем футболе, думаю, нужна единая программа. Еще раз говорю: нужна программа, с которой надо идти к людям, имеющим власть. От них нужна помощь, поддержка государства. На днях в программе «Спорт» выступал Гинер. Он говорит, что не надо помогать ЦСКА, «Спартаку» или «Локомотиву», - надо помогать футболу в целом и прежде всего юношескому: вложите деньги, постройте центры, пусть в каждом городе будет хотя бы по два стадиона, где были бы поля, чтобы футболисты, дети могли тренироваться круглые сутки. Создайте футбольную инфраструктуру, а дальше уже жизнь сама выдвинет свои требования. Когда будут созданы условия для работы, придут люди с деньгами, дайте налоговые льготы, создайте специальное законодательство, чтобы можно было на спорт выделять деньги. Вот с чего надо начинать! Первая задача - повернуть государство лицом к футболу.

Александр Егоров

Доктор философских наук, профессор, заведующий кафедрой философии Смоленского государственного университета, ведущий ученый страны в области философии спорта Юрий Чернецкий

Доктор педагогических наук, профессор, декан факультета валеологии, физической культуры и спорта Челябинского государственного политехнического университета, ведущий ученый России по истории спорта

Диалог двух ученых вместо интервью: Главное - восстановить детский футбол и тренерские кадры

А.Е. Популярность футбола. В чем суть этой популярности, почему именно футбол, а не другой вид спорта? На мой взгляд, у этой популярности две причины. Первая: общемировая тенденция популярности игровых видов спорта, поскольку они ближе современному обществу, в них задана некая социальная поведенческая парадигма. Игра в команде дает результат, игра по правилам, игра с нарушениями правил; роль закона, роль арбитра - все это есть в футболе. В футбольном поединке, в футбольном матче обнаруживается буквально любая черта общества. Несомненно, это является притягательным элементом. И здесь же сразу вторая причина: в самой социальной жизни многое у человека остается непроявлен-ным, и притягательность футбола состоит в том, что он выступает таким специфическим сублиматом несостоявшейся, нереализованной личности массового общества.

Ю.Ч. Я согласен с тем, что футбол в первую очередь притягателен как игра. Причина популярности именно футбола в нашей стране лежит в том, что исторически сложилось так, что единственными спортивными площадками у нас были только футбольные поля. Примитивные, но площадки. У нас во дворах до некоторого времени не было баскетбольных площадок, не было хоккейных коробок, а футбольные поля были, поэтому и развивался у нас футбол. Вот именно поэтому футбол, а не какой-то другой вид спорта. Это первое. На мой взгляд, популярность футбола как игры состоит еще и в том, что у него очень консервативные правила, они не меняются так часто, как в других игровых видах. В футболе правила сравнительно простые.

А.Е. Для меня лично футбол сейчас - в первую очередь зрелище. Это как вернувшееся детство. Когда-то сам играл, очень было интересно, захватывало. Сейчас осталась только эта сторона. И полезно смотреть на околофутбольные страсти. Они поучительны во многих отношениях.

Ю.Ч. Для меня футбол - это начало пребывания в спорте. На стадионы нас не пускали, и мы были на футбольных площадках. Я вспоминаю: мы занимали очередь, чтобы поиграть на том поле, куда нас пускали. Туда, на стадион, на «Алое Поле» (так называлось место, где нынче Челябинский детский парк) приходили играть класс на класс. Чтобы сыграть на этом примитивном футбольном поле, мы могли простоять и час, и полтора, ну, а уж потом, как сейчас говорят, от души «отрывались». Играли до тех пор, пока не приходили следующие и не меняли нас на этой площадке. Поэтому футбол - это для меня начало спорта, хотя впоследствии я был совершенно в другом виде спорта.

А.Е. Что самое главное в футболе? Тут вообще ранжировать сложно. Думаю, что все его характерные черты надо разбить на две части: на собственно футбольные и околофутбольные. В самом футболе для меня привлекательны три характеристики: непредсказуемость, результат, импровизация. Что касается околофутбольной ситуации, то здесь я бы поставил в такой последовательности: атмосфера стадиона, болельщики, мастерство тренера. Мастерство тренера проявляется косвенно, оно непосредственно в самой игре не заявлено, это то, что было до матча.

Ю.Ч. Если вести речь о футболе как игре, то для меня важен результат, а в самой игре -импровизация игрока. Меня всегда восхищают какие-то неординарные ходы, неординарные пасы, какие-то неординарные комбинации и, как вообще в спортивных играх, непредсказуемость, которая отличает их от всего того, что есть в другом мире: мире искусства, мире театра.

А.Е. Что такое футбол? Игра. Безусловно, зрелище. На втором месте опять зафутбольные вещи. Конечно, это регулятор настроения масс. Несомненно, клапан для выхода агрессии и средство массового заражения толпы. Вот именно в такой последовательности я бы расставил главные признаки футбола.

Почему прежде всего игра? Без игрового начала вообще нет спорта, это атрибут спорта. Если спорт не игра, то тогда и футбол не игра. И футбол, как никакой другой вид спорта, невозможен без зрелища. Если нет болельщиков, то нет и игры. Это фактор, который определяет во многом саму ситуацию на поле. Что касается вещей, связанных с массовой психологией, с массовым сознанием, то футбол - несомненный способ влияния на массовое поведение, на массовое сознание по двум причинам: во-первых, футбол, пожалуй, самое массовое зрелище и сопоставим, наверное, только с концертами рок-музыки, которые бывают на стадионах. Других оснований собраться людям в таком количестве в одном месте нет. И это лихо! Оба эти дела транслируются на «все общество», то есть в них в обоих у общества есть потребность.

А.Е. Что касается дихотомии футбола как игры и работы, то это один из вечных вопросов. Это вопрос о соотношении игры и труда. Это вопрос двух технологий: технологии Моцарта и технологии Сальери. Есть какая-то алгебра футбола: все то, что относится к сфере тренировки, подготовки, все доматчевое -рациональное, ибо рациональное предсказуемо и воспроизводимо, но сам матч во многом иррационален, а иррациональное - это нечто мистическое, невоспроизводимое, непредсказуемое и ситуативное. Значит, здесь: с чем это можно сравнить? Всякий научный эксперимент можно описать, воспроизвести, разложить по полкам, но случайная встреча на улице - она случайна. Поскольку в футболе изначально присутствует фактор, который невозможно описать через какие-то составляющие компоненты, то всякая попытка его описать (вот здесь доля тренера: эта доля - того, эта доля -другого!) становится попыткой рационализации иррационального явления. Она не просто неадекватна - она всегда приводит к субъективизму. Там сколько комментаторов, столько и комментариев. Это потому, что это очень упругий и устойчивый феномен.

Ю.Ч. Ответ на вопрос о том, что такое футбол, мне кажется, будет разным для игрока, для зрителя и для общества. Для меня как зрителя - это игра, зрелище, развлечение. Я действительно отвлекаюсь на футболе от повседневных забот. Для игрока это работа, это ремесло, это на какой-то определенный промежуток времени, промежуток жизни его основная профессия. Он выбирает этот отрезок своей жизни и посвящает его футболу. Для общества - здесь я согласен с тем, что можно манипулировать футболом как регулятором настроения масс, и использовать его как способ выхода, сброса агрессии у определенной части населения. Больше того, с помощью футбола можно даже направить агрессию толпы, предположим, на какие-то политические и экономические проблемы.

А.Е. Футбол есть, несомненно, нейтральное явление, и только люди вольны придавать ему различные оттенки: патриотический, националистический, интернациональный. Замечу в этой связи, что интернациональное в футболе превалирует, хотя сейчас, к сожалению, на арене активно орудует его антипод, придающий футболу негативные качества. Вот такой парадокс. Сам футбол - это маркер «западнизации» восточных сообществ. Футбол пришел с Запада, но что интересно: различные потасовки, массовые беспорядки часто принимают форму и смысл, прямо противоположные этой «западнизации».

Футбол - это величайший фактор глобализации мира, потому что универсальность правил, жесткая матчевая сетка, правила трансляции и т д. задают эту унификацию на все мировое сообщество. Спорт (и не только спорт) и футбол, в первую очередь, используется как некий инструмент. Значит, когда футболу придают инструментальную функцию, делают его инструментом влияния на что-то (инструментом политики, инструментом национального сплочения и т д.), то мы обязательно найдем в футболе вот такие характерные стороны, хотя они не присущи футболу как таковому и не являются его атрибутами.

Ю.Ч. Я думаю, что футбол естественно способствует проявлению и воспитанию такого качества, как патриотизм, национальная гордость.

Я вспоминаю мой визит во Флоренцию: совершенно незнакомые люди, естественно, мы не знаем их спортивных привязанностей. Сразу поняв, что мы иностранцы (мы, естественно, разговаривали по-русски), местный житель взял меня за руку, подвел к табличке, прикрепленной к стене одного из домов на центральной площади, и сказал: «Вот здесь был первый футбольный матч. Это, по сути, первый итальянский стадион, эта самая городская площадь. Отсюда все размеры футбольного поля». Это один подход, итальянский.

Англичане утверждают, что футбол родился у них, и они тоже гордятся этим. Я думаю, что футбол еще много веков назад стал символом той или другой страны. Как сейчас он стал символом Бразилии и целого ряда других стран, где он - непременный атрибут жизни этих стран. Трудно себе представить современные города Бразилии без явной футбольной атрибутики.

Что касается шовинизма и каких-то явлений, связанных с националистическими настроениями, то я думаю, что события последних лет, когда в футбольных командах различных стран стали в огромном количестве появляться легионеры, показали, что эта волна начала сходить на нет. Мы можем на собственном примере видеть отношение к негритянским футболистам, которые играют в «Спартаке», в «Локомотиве», в других наших командах: они уже получили русские имена. Фанаты их приветствуют точно так же, как наших, а иногда проявляют к ним даже более теплое отношение. Поэтому я думаю, что это один из тех позитивных моментов, которые несет в себе глобализация футбола.

А.Е. Можно ли с помощью футбола целенаправленно манипулировать массовым сознанием и поведением людей? Конечно, можно. Я два примера приведу.

Первый - это использование футбола в политических целях. Такой характерный трюк мирового масштаба, как посещение футбольных зрелищ, широко используется политиками, кандидатами, претендентами на ту или другую должность, когда это зрелище транслируется на всю страну (мир).

Второй - это спонсирование. Через спонсирование футбола можно косвенно воздействовать на избирателей. Это более тонкий прием, но достаточно известный и достаточно эффективный. В этом пункте Россия, к сожалению, немало преуспела. А манипулировать массовым сознанием с помощью футбола очень даже возможно, потому что массовое сознание открыто футболу. И состоит оно из двух компонентов: один очень вещественный - это толпа, которой мы манипулируем прямо здесь, во время матча; и второй - это публика, это зрительская и читательская аудитория. И поскольку футбол отслеживается наиболее оперативно болельщиком, потому что другим можно рассмотреть таблицу итогов чемпионата после, то это нужно знать сегодня, в крайнем случае - завтра. Вот эти факторы позволяют очень эффективно использовать вот такое, можно говорить, футбольное массовое сознание.

Ю.Ч. Я думаю, что футбольная толпа в этом отношении ничем не отличается от любой другой толпы. Единственное «преимущество» футбола при манипулировании толпой состоит в том, что его толпа самая большая - ни одно другое мероприятие, кроме, пожалуй, рок-концертов, не собирает в одном месте такого количества людей. Так что достаточно одного провокатора или одного направленного воздействия на эту толпу - и она «ваша». Психология толпы - она ведь везде одинакова: футбол, рок-концерт, демонстрация, какой-то митинг. Искра, взрыв - и потом совершенно неуправляемое развитие событий. Поэтому только футбол рассматривать как фактор воздействия на толпу я бы не стал. Это характерно помимо мною указанных «форумов» и для других видов спорта.

А.Е. Сам футбол и есть мифологема массового сознания. Он и поддерживается, собственно, мифологически. Культивирование героя. Что такое Пеле? Что такое Эйсебио? Он высоко у себя в стране не поднялся, но все-таки его имя звучало. Эйсебио был кумиром советских любителей спорта, и его имя в Советском Союзе произносили несмотря ни на что, даже на то, что в Португалии в то время была фашистская диктатура. Миф в культуре выше всего, он выше политики, выше национального - он вершина. В этом смысле футбол, несомненно, есть миф, мифологема. И в этом смысле он является индикатором не то чтобы неизменности, но не очень сильного изменения природы человека. Если человека в цивилизации чуть-чуть поскрести-почистить, то там все-таки выступает мифологист. Футбол есть маркер вот этого мифологизма.

Ю.Ч. Как любое любимое народом событие, футбол всегда был и остается площадкой для создания мифов. Мы помним мифы о Дементьеве и его ударе, об ударе Бутусова, которому на ногу якобы привязывали красную тряпочку, чтобы он этой ногой не бил, иначе он мог убить вратаря. Такие мифы все время распространялись. Это, так сказать, безобидные мифы. Но мы знаем и другие: то же киевское «Динамо» - миф, который кочевал из издания в издание, оказывается, имеет мало схожего с тем, что было на самом деле. Поэтому можно сказать так: мифы создает народная игра, пользующаяся колоссальной популярностью. Аналогия - мифы о любимых кино - и телезвездах, о звездах шоу-бизнеса.

А.Е. Вообще целостное представление о человечестве задается отчасти и футболом. Вот если бы не было чемпионатов мира по футболу, то человечество было бы менее целостно! Футбол формирует образ целостного мира, планетарности. Футбол - это, несомненно, планетарное явление.

Ю.Ч. Благодаря футболу мы действительно создаем у себя представление о том, что все люди на земном шаре в общем-то одинаковы. Мы все живем одними и теми же понятиями, мы все обладаем примерно одними и теми же физическими качествами, и практика показывает, что нет такого уж непреодолимого различия между нациями, народами в освоении этой поистине мировой игры -футбола.

А.Е. Философия - все-таки мудрость в любом возрасте. Значит, о философии футбола можно говорить только в этом смысле. Футбол следует понимать как жизнь, как философию жизни, как какое-то волевое устремление к сверхрациональному, надрациональному. В частности, у молодого человека это проявляется в стремлении использовать возможности футбола для моментальной жизненной карьеры. Футбол дает возможность совершить спортивный успех, причем подкрепленный финансово, как, быть может, ни один другой вид спорта. Муки родов спортсмена в футболе во многом сокращены, потому что он (футбол) более вариативен: масса клубов, можно выбирать. В этом отношении жизненная селекция, жизненный отбор, пожалуй, у футбола в сравнении с другими видами спорта эффективнее.

Ю.Ч. Я бы не говорил о какой-то особой философии футбола. Я думаю, что, как любая игра, футбол зиждется на тех компонентах, которые характерны для любой игры.

Поэтому говорить о какой-то особой философии футбола я бы не стал.

А.Е. Для России футбол вообще немножко специфичен. В России футбол играет роль некоего способа суверенизации. Я обращу Ваше внимание на то, что крупные субъекты Российской Федерации представлены не только в экономике, в парламенте, - они прежде всего представлены футбольными командами. Субъект Федерации считает зачесть помогать и содержать футбольный клуб. Специфика российского футбола - это экономическая суверенизация. Ведь большинство спортивных клубов подпитывается известными финансовыми и экономическими олигархами. А какое это имеет значение? Тут полнейшая обоюдность.

Ю.Ч. Я уже говорил о том, что не считаю, что в футболе есть своя какая-то философия, но, если говорить о российском футболе как об одной из спортивных игр, то здесь, наверное, можно говорить о том, что у нас футбол более народен, чем в других странах. Он опирается на мнение массы, большой массы людей. И совершенно справедливо, что один из главных моментов развития футбола в настоящее время для России - это огромная экономическая зависимость футбола. Совсем небезразлично, в какую экономическую зависимость попадает та или иная команда. Это определяет стратегию и тактику этой команды, этого клуба, стратегию и тактику конкретной игры.

А.Е. По моему личному убеждению, футбол для Бразилии - это, конечно, часть культурной традиции. То же могу сказать о Германии. Я как-то был в Дортмунде, одном из старинных городов северной Европы. При осмотре достопримечательностей старой части города я увидел стадион, где играет «Боруссия», - современный стадион является органичным культурным элементом древнего города. В этом, кстати, наш футбол отличается от футбола Германии, Италии и других стран Европы.

Ю.Ч. Я думаю, что для этих стран, в особенности для Бразилии, футбол - это неотъемлемая часть культуры. Трудно даже сказать, что для Бразилии большая ценность: футбол или самба. Я думаю, что футбол. Хотя бразильская самба, как и танго для Аргентины, - это тоже часть их культуры. Но я думаю, что футбол им не уступает. В Италии, как и во Франции, при всем многообразии видов спорта футбол все равно несравним по своему влиянию на жизнь этих стран, особенно если учесть, что многие политические скандалы у них связаны с футболом (достаточно вспомнить Марсель) и происходят через футбол. Поэтому я думаю, что для этих стран футбол - действительно непременная часть общей культуры, атрибут жизни.

А.Е. Конечно же, футбол - часть национальной и мировой культуры. Я хочу привести пример того, как футбол становится фактором, внезапно цементирующим нацию. Есть такой небольшой народ, фарерцы (жители Фарерских островов), и есть футбол на Фарерских островах, фарерцы представлены в чемпионатах Европы - все как положено. И есть гигантский стадион, выстроенный, скажем, по московским меркам; он не так велик, но соответствует всем правилам, всем нормам, всем стандартам. Его специально строила вся эта маленькая страна (часть Дании), где всего лишь пятьдесят тысяч населения. В этом смысле можно говорить о футбольной культуре страны, нации.

Если мы будем говорить о футболе как о явлении мировой культуры, то должны определить, является ли футбол той универсалией, которую можно найти в культуре всех народов. Да, футбол - это универсалия культуры: он есть всюду (ну за исключением, быть может, Северной Америки). Можно категорично утверждать, что сам футбол является культурной универсалией и поэтому принадлежит мировой культуре.

Ю.Ч. Я думаю, что футбол все время показывает нам примеры перехода элементов национальной культуры в явления мировой культуры, потому что футбол немыслим вне мировой культуры, вне «мирового стадиона». Нельзя замыкаться в национальных чемпионатах, нельзя замыкаться в региональных состязаниях - все равно мы выходим на международный, на мировой уровень. И в этом смысле достояние национального футбола, изобретение там новых концепций, новых каких-то тренерских находок мгновенно становится достоянием всего мирового футбола. Правда, при этом всегда сохраняется приоритет той или иной находки за национальной культурой.

А.Е. Говорить о футболе как о субкультуре правомерно. Футбол является субкультурой, потому что имеет свою, специфическую ценностно-нормативную среду, самостоятельно существующую внутри культуры. Эта среда стоит, поддерживается, строится двумя самостоятельными, но очень зависящими друг от друга потоками: игроков и болельщиков. В категорию игроков входит, понятно, и тренерский состав.

Я полагаю, что футбол является также и элементом массовой культуры, шоу-бизнеса.

Что футбол выступает как контркультура, я бы не сказал. Есть всплески - иногда, которые можно принять за контркультуру. Контркультура - это когда ценности и нормы прямо противоположны. Вот самое главное: они декларируются как противоположная культура культуре в целом. Но в футболе этого нет.

Ю.Ч. Я думаю, что футбол действительно стал субкультурой. Причем в последнее время. Формирует эту субкультуру сама футбольная среда: игроки, болельщики. Футбол сейчас одна из форм бизнеса, который все более и более расширяет сферу своего приложения: организует собственное производство спортивной формы, атрибутики, приобретает клубы и строит на свои деньги стадионы, гостиницы, рестораны, то есть целые инфраструктуры. Осознав свою силу, пытается даже диктовать свою волю телевидению. Это действительно субкультура и в этом своем качестве еще и элемент массовой культуры.

Это и шоу-бизнес со своими законами, со своими доходами - колоссальными в последнее время. Здесь можно говорить о плюсах и минусах, потому что иногда в погоне за доходностью футбол теряет свою популярность. Мы уже несколько раз встречались с тем, что у нас в России клуб, заказывающий телеканалу трансляцию того или иного матча, не в состоянии оплатить требуемых сумм. Отсюда целый ряд негативных явлений: и недовольство, и агрессия в определенной мере, и - как итог -потеря болельщиков.

А.Е. О парадоксальности футбола. Безусловно, футбол - это явление мистического толка. В этом смысле он нерационален, я уже про это говорил. Он нерационален, как всякая игра, но поскольку в футболе игровые моменты превалируют над всякими другими, он вдвойне нерационален. Футбол -как узор на стекле: вот она, игра, игра только сил природы, это непредсказуемо. Этот узор нельзя нарисовать, нельзя повторить. В этом смысле тренер не является художником, и то, что делает команда, это не дело рук его кисти, это еще и сам феномен игры. В этом смысле игра надличностна, она более глубинна по своим свойствам, чем роль личности тренера или личности игрока. Тут все вместе, тут все сразу. Да, все сразу. И подтверждений тому множество: изменяется ситуация - и игрок совсем другой. Значит, переиграть матч можно, но воспроизвести нельзя ни один матч, ни одну игру в мире. Вот что бесценно в футболе.

Ю.Ч. То, что мы приписываем футболу сейчас: магия, особая притягательность и т д., - это характерно, по-моему, только для некоторых стран, где футбол действительно развит, где он действительно на высочайшем уровне. Возьмите Северную Америку - предположим, США Разве можно сравнить наш футбол, европейский, по значимости, по магии и по популярности с бейсболом или с американским футболом? Они считают, что соккер (европейский футбол) - это второстепенный вид спорта. Только в последнее время стали его развивать. А все то, о чем мы говорим (магия, особая притягательность), они относят к своему бейсболу, а Канада - к хоккею. Для них именно в этих видах спорта и магия, и притягательность. Поэтому, я думаю, все зависит от уровня развития игры в стране и от сложившихся традиций. В Латинской Америке это, конечно, футбол.

А.Е. Я считаю, что такие факторы, как импровизация, творчество, несомненно, являются самыми важными в футболе. Самые известные футбольные игроки - это в первую очередь творцы и импровизаторы. Техника - второстепенный момент. Соотношение между ними такое же, как между Моцартом и Сальери.

Ю.Ч. Ну, я немножко не согласен с этим. Я считаю, что основой всего является техника. И только тогда, когда ты технически готов, когда ты обладаешь техникой, когда ты с техникой на «ты», ты можешь импровизировать. Тогда ты можешь не глядя отдавать пас, тогда ты можешь в сотые доли секунды, когда некогда раздумывать, провести удар через себя. Вот тут импровизация основана на высочайшей технике. У меня такое впечатление.

А.Е. Вопрос о духовности футболиста, о духовности спортсмена вообще и спорта в целом - это глобальный вопрос. Вопрос бесконечный. Сейчас век футболиста очень короткий, за это время не сформируешь духовность, даже если будешь очень стараться это сделать. Художник - он художник всю жизнь. Футболист как игрок занят футболом очень короткий период жизни.

Духовность предполагает некие вневременные характеристики, а характеристики в спорте, в футболе - они все скоротечные, быстротечные. Вот в этой связи один пример: Ханс Ленк (известный немецкий философ, олимпийский чемпион в академической восьмерке) три раза менял род деятельности. Я не знаю, что можно говорить о духовности Ленка как гребца, я думаю, что он соблюдал спортивный кодекс и прочее. Как философ спорта он наметил только контуры того, что нужно сделать в сфере гуманизации спорта. А вот когда он перешел в философию техники, о нем заговорили, потому что он поднял действительно нравственную, духовную проблему. Когда же наиболее полно проявилась духовность его личности?

Вторая линия: футболист и вообще спортсмен духовны настолько, насколько они принимают духовность в сфере своей деятельности, насколько противостоят всяким антигуманным явлениям, технократизации и т д. В этом смысле можно говорить о духовности как некоем индикаторе, некоем барометре духовного состояния в спорте и футболе в частности.

Ю.Ч. Я начну со второй части вопроса. Я думаю, что и в творческих профессиях, точно так же, как и в футболе, подавляющее большинство - ремесленники. А высокий дух присущ, в общем-то, небольшому количеству людей - независимо от того, чем они занимаются. Мы можем привести миллион примеров и ученых, и музыкантов, и художников, которые не отличались и не отличаются высокой духовностью, несмотря даже на свои высокие достижения в том или ином виде деятельности. В отношении футбола духовность зависит во многом от того, в какой среде живет, растет и воспитывается футболист как человек, как личность, от того, кто его окружает.

Я всегда вспоминаю рассказы Натальи Васильевны Петуховой, жены Акимова, нашего футбольного вратаря. Она была долгое время одним из руководителей Федерации легкой атлетики, работала в Спорткомитете СССР, и мы часто с ней общались. Она очень много рассказывала о футбольной среде тридцатых-сороковых годов (это Старостин, Акимов, позже Никита Симонян и другие великие игроки и тренеры): они были на всех премьерах, они буквально не вылезали из театров, к ним приходили актеры и музыканты, к ним приходили писатели, они кочевали из квартиры в квартиру. Многие из футболистов прекрасно владели музыкальными инструментами! Это была такая духовно-творческая атмосфера, которая заряжала и тех, и других. Иногда при обсуждении спектакля даже было трудно понять, кто более квалифицированно говорит об этом спектакле: театральный деятель, актер или футболист, который присутствовал на нем. Это, наверное, обусловливалось тем, что футболист в те поры значительно меньше времени уделял тренировочному процессу и у него было свободное время для досуга и для самообразования. Сейчас, когда спорт стал занимать у спортсмена большую часть его времени, когда свободного времени у футболиста, по существу, и нет, когда футбол стал профессиональным делом, спортсменам трудно уделять внимание чему-то еще. Это люди, которые обречены заниматься футболом и только футболом.

А.Е. Футболист - это человек финта, а финт надо понимать широко, в самом широком смысле слова. Вот таково мое обобщение о том, кто такой футболист как социальный тип личности.

Ю.Ч. Да, футболист - это человек с весьма самостоятельным, оригинальным мышлением, способный на очень быстрые и четкие решения проблем, которые возникают. Это, наверное, обусловлено характером самой игры, которая требует принятия таких быстрых и точных решений. Я думаю, что именно благодаря этим качествам великие футболисты, заканчивая свою спортивную карьеру, находили себя в жизни, в социуме.

А.Е. Великие мастера культуры, в том числе и великие футболисты, редко бывают настоящими учителями, потому что тут очень много от прозрения, от импровизации, от интуиции. И я думаю, великие футболисты, как правило, не становятся великими тренерами вот еще почему: они подспудно (у некоторых это пробивается) вообще не считают, что их чему-то научили. Они считают себя self-made тап\'ами - человеками, сами себя сотворившими. С такой установкой идти делать другого человека вообще просто невозможно.

Ю.Ч. Я бы сказал, что препятствием на пути подавляющего большинства перехода футболистов в тренеры становится отсутствие необходимых знаний и подспудное стремление навязать делать так, «как делал я», перенести все, что было когда-то - пять, десять, пятнадцать лет назад. Но все это уже отстало по времени.

Но тем не менее я думаю, что великие тренеры вышли все-таки из великих спортсменов. Вот такие, как Франц Беккенбауэр, как Никита Симонян, Гавриил Качалин, - они же все были великими футболистами. Я затрудняюсь даже сказать сейчас (я не специалист в футболе), кто из великих тренеров не был великим футболистом.

А.Е. Что касается стереотипов, то таких стереотипов масса. Мне кажется, история Эдуарда Стрельцова - это такой же стереотип. Тут проблема в чем состоит: поскольку футбольная игра - это не только и не столько игра игроков, сколько различных финансовых сил, политических установок, то здесь своеобразная двойная игра. Здесь играют игроки - и играют игроками. И вот игра с игроками -она может носить политический характер. Я напомню Вам историю с Берией по отношению к «Спартаку». По-моему, игра со «Спартаком», игра с игроками, позволяет формироваться таким стереотипам. Тем более что они усиливаются сейчас, когда усилилась коммерциализация спорта, когда ирония судьбы может вознести человека в престижный футбольный клуб. Возьмите недавнюю историю с Сычевым - совершенно беспрецедентный случай для нашего футбола.

Ю.Ч. Я считаю, что стереотипы - совершенно закономерное явление в сфере шоу-бизнеса. Футболист, певица, танцор - всюду потрясающее количество мифов, все следят за тем, кто с кем пошел, куда пошел, зачем пошел, что приобрел, где провел отпуск. Такова судьба публичного человека, который обрек себя на публичность тем, что стал великим, известным, популярным, идолом, кумиром толпы.

А.Е. На вопрос о купле-продаже футболистов, коммерциализации футбола я отвечу коротко. Я считаю, что это норма рынка. Это и атрибут законов конкуренции, и диктат телевидения, но прежде всего это норма рынка. Любой престижный футбольный клуб - это Америка (США) в миниатюре. Посмотрите, кто в Штатах ученые, - люди со всего мира. Кто там врачи, кто программисты - весь мир. Этот же принцип заложен в основу формирования футбольной команды, здесь никакого принципиального отличия нет. Если рынок пришел в спорт, то футбол обязательно будет развиваться по его правилам, а правила, к сожалению, таковы.

Ю.Ч. Уж коли мы открыли этот кран коммерциализации, закрыть его теперь невозможно. Такой поток через этот кран идет, что никакими силами вентиль уже не закрутить. А что касается сумм, я думаю, что они определяются так же, как все в коммерции определяется: спросом и предложением, экономическими возможностями. Поэтому можно говорить, что эти суммы будут расти, но до какого-то предела, пока рынок не стабилизируется. Мы уже видим определенные симптомы: пока за рубежом нашим игрокам платились суммы, несоизмеримые с теми, что платились здесь, они уезжали играть за границу. Но как только в России стало возможным платить игрокам примерно те же суммы, они стали возвращаться назад и играть здесь у нас, в наших командах. Вот эта сбалансированность и стабилизация цен на мировом рынке может кардинальным образом изменить обстановку с легионерами в футболе и в нашей стране.

А.Е. Футбол в том варианте, в котором существует сейчас, невозможен без телевидения. Если убрать трансляцию матчей, если убрать рекламу, мы не получим футбол. Но я вижу одну бросающуюся в глаза картинку: стал хуже комментарий. Раньше, я вспоминаю, когда были только радиокомментарии футбольных матчей, слушатель, не видя игры, прекрасно мог воспроизвести ее в своем воображении. Сейчас комментатор только информирует, его вообще можно заменить субтитрами. Во время трансляций я специально слежу за комментарием - это просто скучный повтор того, что мы видим на экране. Это не комментарий.

Тут я различал бы некоторые простые вещи. Есть, конечно, «квасной» патриотизм в футболе - все мы помним эту историю с британскими болельщиками, как их не пускали. Есть такой элемент - «наших бьют!»: футбольная команда и футбольный болельщик идентифицируют себя с нацией, с державой. Но тут есть второй момент, связанный с нашим вопросом: ура-комментарии из Солт-Лейк-Сити с зимних Олимпийских игр и чемпионата мира по футболу из Японии-Кореи. Помните, что было? Манежная площадь, ненависть к Америке, ко всему миру.

Ю.Ч. Скандал с допингом. Это были вещи одного порядка, я бы сказал так. Сейчас у нас в России больное национальное сознание. Оно очень больное, оно чувствует себя ущербным. Боль его из-за того, что Россия оказалась на мировой периферии. Из центральной державы - на периферию! Спорт -один из феноменов российской культуры, который не ушел на периферию. Через спорт делается неосознанная попытка компенсировать потерю «центральности», не чувствовать себя периферийным. Отсюда такая злобная, совершенно неадекватная реакция на все, что происходило и с нашими футболистами в Японии, и с нашей олимпийской командой в США. То есть спорт в данном случае выполняет некую компенсаторную функцию, функцию некоего замещения утерянного. А комментаторы - те же люди, те же российские граждане с ущербным, ущемленным национальным сознанием, да еще далеко не всегда знающие предмет комментирования, а порой и русский язык, не говоря о социальной психологии. Что же с них взять!

А.Е. Оценивая роль телевидения, скажу, что в последние годы резко возрос его технический уровень. Появились средства показа картинок, которые позволяют видеть футбол с различных точек: и с футбольных ворот, и с птичьего полета - откуда угодно. И одновременно с этим явным прогрессом -совершенно безобразный, отсталый уровень спортивного комментария! Зачастую российский комментарий - это безграмотно-агрессивный, безнравственный, националистический комментарий. Это комментарий, в основе которого лежит, может быть, и не желаемая, но явно видная агрессия, которая разжигает у зрителей низменные страсти. Если говорить о зимних Олимпийских играх, то работу так называемых комментаторов, то, что мы слышали из их уст, нельзя оценить никак иначе, как «неудовлетворительно», это просто-напросто не их компетенция. Ведь посмотрите, что творилось, когда дисквалифицировали Лазутину и Данилову! Почему наши комментаторы начали: «Наше руководство не предпринимает никаких действий»? Какие действия, когда руководство знало, в чем причина случившегося! Оно держалось подальше от этого скандала и радо было бы, чтобы о них на два-три дня вообще забыли. Все знали, что все справедливо, и не надо было никакой истерии, и нельзя было разжигать такой ажиотаж вокруг этих событий.

Ю.Ч. Если говорить вообще о телевидении, то я думаю, что футболу с ним еще повезло, потому что оно в футбол не вмешивается, как вмешалось в волейбол, в стендовую стрельбу. Я, в частности, имею в виду ограничение длинных периодов в волейболе time-break\'ами. Телевидение заставило стендовиков изобрести эти красные тарелочки, которые видно на цветном телевизоре, тогда как черные не было видно, когда их разбивали. Я имею в виду то, что пулевую стрельбу хотели вообще исключить из программы Игр как «нетелевизионный» вид спорта, а после нововведений она на последних Играх перешла вообще на prime-time. Я с удовольствием смотрел эту пулевую стрельбу. Когда мне показывают мишень, как прошел этот выстрел. стрелок еще только наклоняется к трубе посмотреть, а я уже вижу, что он выиграл, что он уже олимпийский чемпион. он еще этого не знает. В футболе такого нет, телевидение в футболе так же консервативно, как и сам футбол, - я имею в виду положительный смысл этого слова. В этом плане футболу повезло.

А.Е. Футболист, если нарисовать его социальный портрет по тем характеристикам, которые здесь указаны, - это какой-то кентавр из спортсмена и шоумена. Безусловно, это человек публичного действия - вне публики нет футболиста, в то время как в большинстве других видов спорта спортсмен возможен и вне публики. Что касается футболиста в нашей стране, то он - продукт нашего сложного времени, когда многое распалось, когда лучшие головы, руки, ноги за неимением точек приложения, из-за невостребованности уезжают из страны и там работают за гроши, потому что здесь и грошей не платят.

Для нас везде демпинг! В футболе это просто очень наглядно и публично - именно поэтому он так популярен. В этом смысле футбол может быть увеличительным стеклом, позволяющим рассмотреть социальную ситуацию и механизмы многих социальных процессов, которые сейчас происходят. Люди дальше могут просто домысливать: если в футболе так, то уж там и подавно.

Если же сравнивать социальный статус футбольного тренера у нас и на Западе, то, пожалуй, социальный статус нашего футбольного тренера выше, как это ни странно. Это мое ощущение. Может, я ошибаюсь, но это совершенно необычное явление. Почему? В российском футболе сегодня вращаются деньги, может быть, меньшие, чем на Западе, но вполне с ними сопоставимые. Я бы сопоставил футбол в спорте России (исключая большой теннис) с нефтью и газом в экономике: менеджер нефтегазовой промышленности вполне сравним сегодня с менеджером-тренером в сфере футбола, хотя менеджер и тренер - две разные профессии. Профессия спортсмена - это уже третья профессия. Спортсмены-футболисты - это просто нефтяники, газовики. Хотя социальная роль футболиста, пожалуй, повыше.

Западная традиция несколько иная. Там более жесткий социальный контроль, насколько я знаю. Футболист, как и тренер, должен быть прозрачным перед клубом, там имеет место публичный отчет. Поэтому там ситуация несколько иная. Я бы сказал, она не такая олигархическая, как в нашем родном государстве и в нашем российском футболе. Там она более демократична. Как и все общество. У нас все-таки есть футбольная олигархия. И это факт.

Ю.Ч. О коммерциализации в футболе мы уже говорили: это отражение коммерциализации всего мирового спорта. Это все понятно. Наверное, явление глобализации футбольного мира вполне закономерно, потому что в целом ряде явлений мировой культуры мы уже это все прошли. Мы теперь не вспоминаем, кому принадлежат Шуберт, Брамс, кто такой Рубенс или Рембрандт. Это явления мировой культуры. Точно так же, как ими стали сейчас Эйсебио, Круифф, Зидан. Спроси некоторых фанатов: «Кто он по национальности, Эйсебио?» Будут ломать голову, вспоминать - может быть, вспомнят, а может быть, и нет, что он португалец. Это понятно: футбол - тоже явление глобализации. Великие произведения культуры наднациональны, они принадлежат всему человечеству. В свое время у нас в стране мы не разбирались, кто такой Шота Руставели, - да, грузин, но «наш», точно так же, как украинский поэт Тарас Шевченко или персидский поэт Низами.

Что касается ситуации с нашими футболистами, то я думаю, что мы пожинаем плоды политики так называемого любительства в нашем спорте, которая существовала очень много лет. Мы скрывали то, что у нас были профессионалы, но они ведь были, что греха таить. Мы, будем говорить откровенно, требовали от них как от профессионалов, а давали им как любителям. И самое главное, нигде, никогда это не было юридически оформлено: никаких контрактов, никаких правовых норм.

Я никогда не забуду, как покойный Валерий Брумель пришел после завершения спортивной карьеры в московский «Буревестник», и ему сказали, что с завтрашнего дня он выходит на работу инструктором этого самого «Буревестника» с окладом 120 рублей (а он получал стипендию 600—700 рублей). Когда рухнуло вот это пресловутое «любительство» и мы вошли в профессиональный мир, наши спортсмены оказались совершенно незащищенными: ни контрактов, ни лицензий, ни страховок, ни правовых норм, которые регламентировали бы их труд.

А что изменилось сегодня? Посмотрите, что у нас делается. Приезжают селекционеры из США и Канады, просматривают ребятишек 12-13 лет в хоккее, отбирают самых талантливых и ставят их на драфт в канадских и американских клубах НХЛ. Владельцы этих заокеанских клубов знают наших звездочек поименно. Родителям платят мизерную компенсацию за их согласие продать, по сути, своих сыновей. Мы не можем их защитить и воспрепятствовать их отъезду. Сделать хотя бы так, как в Швеции, где принят закон, запрещающий уезжать из страны юным игрокам до 18 лет (до 20 лет в других странах)! Подросток, юноша играет в стране, потом его отпускают «на вольные хлеба», но воспитавший его клуб получает за него приличную компенсацию - таков мировой порядок. У нас они беззащитны. Их очень много, и они очень талантливые ребята. Конечно, когда они почти задарма наводнили фармклубы НХЛ, то это вызвало демпинговый обвал на рынке тех же хоккеистов. Я думаю, что и в футболе та же история.

Сейчас на Запад хлынули тысячи наших талантливых ребят. Незащищенные, порой даже не имеющие за собой финансового агента, они пытаются решить свои проблемы в одиночку, не зная местного законодательства и всех хитросплетений этого, в общем-то, очень жестокого мира. Они попадают в ситуацию полной беззащитности и бесправия. Это эксплуатация чистейшей воды. Случай с Сычевым ясно показал безграмотное решение элементарных юридических вопросов. На Западе есть агент, который бы все это сделал в два часа, а тут такая шумиха поднялась! Это что касается социального статуса футболиста.

В отношении футбольного тренера. Видите ли, у нас и на Западе совершенно разное представление о тренере. У нас тренер - это все: это и менеджер, это и снабженец, это и человек, который действительно занимается тренировками спортсменов. На Западе тренер - это тренер, это педагог, который занимается только организацией тренировочного процесса. А куда разместить, в какую гостиницу поехать, какие машины заказывать, кому сколько платить, - всем этим он не занимается, это прерогатива менеджера, который в этом отношении намного грамотнее. Каждым делом должен заниматься профессионал. Поэтому статус нашего тренера должен быть статусом педагога. И в этом отношении, я считаю, наши тренеры на голову выше.

О спонсоре. Я очень негативно отношусь к футбольным чиновникам. Это пиявки, которые присосались к этой очень доходной отрасли. Но хуже всего то, что именно вот эти чиновники диктуют стратегию развития футбола в стране. Я не столько знаком с футболом, сколько с другими видами спорта, но, разговаривая со специалистами по футболу, я уже несколько раз сталкивался с ситуацией, когда, по их мнению, должна была наконец-то произойти революция в нашем футболе. Тренеры наших уральских и сибирских клубов ехали в Москву на конференцию с полной убежденностью, что такой взрыв состоится и в руководстве и организации отечественного футбола произойдут наконец-то столь долгожданные изменения. Но, увы, приехали оттуда побитые, с низко опущенными головами: «Да чего там - все куплено». Все осталось, как было, и неизвестно еще, сколько будет так продолжаться. Поэтому я к российским футбольным чиновникам отношусь негативно.

В отношении менеджера я уже сказал.

В отношении судей. Вопрос подготовки судей, я думаю, сейчас у нас откатился лет на двадцать назад. О качестве судейства в футболе я могу по Челябинску судить. Мы недавно собирались на областные совещания, и для многих чиновников от спорта было совершенным откровением, что судить-то футбол, оказывается, завтра некому будет. Все, кто сейчас судят, вот-вот выходят на предельный возраст, а молодых сзади нет. Сзади нет людей, которые бы подхватили эту эстафету. Было принято решение о том, чтобы буквально в ближайшее время начать семинары по подготовке судейского аппарата.

Вот проблема: мы потеряли за эти годы тренеров детских спортивных школ. И детей потеряли. Проще было бы все это восстановить, если бы сохранились тренеры: два-три года провала, а потом бы все пошло опять на подъем. Но потеряли тренеров, а тренеров за два-три года не подготовишь. В этом отношении мы откатились лет на десять - пятнадцать.

И точно так же с судьями.

Для того, чтобы, предположим, подготовить хорошего тренера в футболе, я думаю, нужно шесть-семь лет: чтобы он варился на всех этапах, начиная с игр внутри города, потом вышел на региональный уровень, на чемпионаты России и так далее. Я уже не говорю про международный уровень. Поэтому мы и откатились на много лет назад.

А.Е. У нас в футболе было и есть много разных проблем: одни проблемы свойственны спорту в целом, другие какие-то специфические. Мне кажется, что одна из проблем состоит в самосохранении футбола как надежного поставщика новых спортивных зрелищ мировому сообществу. Ведь футболу на пятки по зрелищности уже наступают многие другие явления: футбольные стадионы используются для рок - концертов, для заезжих знаменитостей. А на наших футбольных аренах развернуты рынки. В Москве и сейчас еще остаются, прямо на территории футбольного поля.

Мировое сообщество отыскивает зрелища не менее яркие, а даже превосходящие футбол по значимости, по влиянию. Футбол должен сохранить себя, пока его зрелищность, во многом обязанная традиции, инерции культуры, которая набрала скорость в XX веке, все еще катится. Факт прихода на футбольные стадионы людей из других сфер указывает на то, что появился конкурент и что именно поле футбола в отрасли производства зрелищ, наверное, исчезнет. Это проблема, над которой надо думать все время. И не только футбольной или спортивной общественности.

Ю.Ч. Я думаю, что говорить о проблемах мирового футбола неспециалисту очень сложно, и я бы говорил, предположим, о проблеме зрелищности футбола. Возьмем последний чемпионат мира. На мой взгляд, надо менять организацию мирового чемпионата, отказаться от участия в чемпионате столь большого количества команд, разделенных на группы, со сложным выходом из групп с последующим проведением «стыковых» игр. От этого теряется зрелищность, футбол теряет свою остроту. Я думаю, что Международная федерация футбола (ФИФА) зря пошла на отборочные игры в регионах. Ей достаточно отобрать очень небольшое количество команд, которые бы играли финал действительно мирового чемпионата. А все эти «стыковые» игры надо, наверное, отнести за ту сторону экрана. Их, конечно, нужно показывать, но это не должно быть финалом. Практика показывает, что интерес к этим соревнованиям теряется по мере увеличения числа команд в финале. Это что касается зрелищности чемпионатов мира.

Что же касается проблем российского футбола, то я уже многое перечислил. Я бы на месте организаторов футбола ликвидировал те многочисленные зонально-региональные подразделения, которые существуют сейчас. Сейчас даже специалисту трудно разобраться, в каком чемпионате участвует команда, какая это лига, какая это зона - их столько, групп, подгрупп, зон! Мы создали сейчас эти лиги, которые ни уму ни сердцу. На них идут огромные средства, которые можно было бы перебросить, перебазировать на верхние эшелоны российского футбола. Думаю, если мы создадим рациональную систему перехода команд, это ни в коей мере не скажется на популярности футбола. И это ни в коей мере не ухудшит состояние футбола.