Для того чтобы воспользоваться данной функцией,
необходимо войти или зарегистрироваться.

Закрыть

Войти или зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Автор: Орр Бобби

Глава II. Конькобежная подготовка

Не думайте о стиле, пусть вас волнует результат
Коньки
Техника
Катание спиной вперед
Маневрирование
Бег по радиусу
Поворот «улитка»
Крутой разворот
Торможение

Хочу сказать прямо: в хоккее нет ничего более важного, чем умение кататься на коньках. Тому, кто этого не умеет, дорога в большой хоккей закрыта. Все очень просто. Младшие лиги у нас буквально забиты юными и взрослыми игроками, обладающими и мощными щелчками, от которых шайба летит со скоростью сто миль в час, и хлесткими кистевыми бросками, однако многие из этих ребят не способны пробежать каток из конца в конец без того, чтобы не споткнуться о собственные ноги. Если бы эти горе-хоккеисты (по-другому их и не назовешь, так как они не научились в хоккее главному) уделяли катанию хотя бы половину того времени, которое они тратят на отработку бросков, то давно бы играли в высшей лиге.

Почему же молодежь так не любит кататься на коньках? Подчеркиваю — кататься, а не играть в хоккей. Ведь это далеко не одно и те же. Когда на банкетах и различных приемах мне доводится встречаться с начинающими хоккеистами, я непременно интересуюсь, нравится ли им кататься на коньках. «Еще как, — отвечают они, — ведь это здорово: погонять шайбу, поймать противника на силовой прием и вообще потолкаться на льду».

Позвольте, а как насчет самого катания? «Ах вот что, — отвечают они после долгой паузы, — ты имеешь в виду беготню без шайбы, рывки-остановки, всякие там „восьмерки“? Так это скучища».

Катание — скучища? Вот уж с этим я никак не могу согласиться. Разве Джек Никлаус понапрасну тратил время, когда в разгар зимы, одевшись потеплее, он тысячи раз повторял одно и то же упражнение на заснеженном поле для гольфа в Колумбусе? Разве футболисты[5] Джо Неймат и Джим Планкетт напрасно тратили свое время, когда, подкручивая, бросали мяч так, что он пролетал сквозь подвешенные к ветвям деревьев автомобильные покрышки? Едва ли можно назвать хорошим того футболиста, который, отлично распознав намерения защиты противника и правильно организовав игру своей команды, отдает пас таким образом, что мяч, словно подбитый перепел, летит на тридцать ярдов в сторону от цели. Теперь возьмем хоккей. Когда я вижу на поле свободное пространство и у меня созревает план действий, то чистое и правильное выполнение маневра зависит от моего умения кататься на коньках. Если же в самом начале маневра меня подведут собственные ноги, то, что бы я ни предпринимал в дальнейшем, какие бы финты ни делал головой, корпусом и клюшкой, все это окажется совершенно бесполезным.

Должен признаться, что в детстве я, как и большинство начинающих хоккеистов, не понимал, как важно научиться хорошо бегать на коньках. Мы с ребятами из Пэрри-Саунда, небольшого городка, где прошло мое детство, никогда сознательно не работали над техникой катания и не выписывали на льду никаких «восьмерок». Но в отличие от нынешних мальчишек мы только и делали, что бегали на коньках по два, четыре, а то и пять часов в день в зависимости от погоды и школьного расписания. Скажем, в среду, примерно в половине третьего, на речке собиралось человек тридцать ребят, и мы катались, пока не наступали сумерки. Мы разбивались на две команды, одни ворота ставили футах в четырехстах от других и начинали гонять шайбу. Игра не останавливалась ни на минуту. Если ты хотел овладеть шайбой, то должен был как угорелый нестись за ней, а захватив наконец, сломя голову убегать от соперников. Вам когда-нибудь приходилось на коньках прорываться сквозь толпу из пятнадцати, а то и двадцати игроков? Мне приходилось. Благодаря этому я, наверное, научился кататься на коньках. Именно так овладевали искусством бега на коньках и русские хоккеисты.

Не думайте о стиле, пусть вас волнует результат

Когда в сентябре 1972 года я приехал в Москву на матч команд СССР и Канады, мне довелось побывать в спортивном комплексе ЦСКА и понаблюдать за тренировкой одной из юношеских команд Москвы. Тренер команды провел с хоккеистами напряженную полуторачасовую тренировку, первая половина которой была посвящена совершенствованию техники бега на коньках, а, вторая — отработке основных хоккейных приемов. По окончании тренировки на лед вышел второй тренер сборной СССР Борис Кулагин. Пользуясь мегафоном, он попросил остаться на льду шестерых молодых игроков и двух вратарей, разделил их на две команды и велел им играть так, будто в этом матче решалась судьба мирового чемпионата. Поощряемые отрывистыми командами, несшимися из мегафона, эти шестеро хоккеистов целый час самоотверженно трудились на льду. Перерыв наступал только в том случае, если одна из сторон забивала гол. Тогда игроки и вратарь команды, пропустившей гол, отжимались по пятнадцать раз каждый прямо на льду. То, что русские делали в тот день в Москве и чем они, несомненно, занимаются на каждой тренировке, мало чем отличалось от моих занятий на речке в Пэрри-Саунде. Лучшего метода для выработки прочных конькобежных навыков представить невозможно, тем более что их упражнения включали еще и отжимание.

В хоккее, как и в других видах спорта, манера игры является сугубо индивидуальным делом. Меньше всего думайте о том, как выработать тот или иной стиль игры. Пусть вас заботит результат. В американском футболе Неймат и Планкетт организуют атаку и бросают мяч каждый по-своему. В гольфе Никлаус во время замаха накладывает правую руку на левую, а Арнольд Палмер — наоборот. Баскетболист Рик Бэрри выполняет штрафные броски снизу, Джон Хавличек — сверху, а Чемберлен — вообще как ему придет в голову. Бейсболист Генри Эйарон держит биту за самый конец и высоко заносит руку при ударе, тогда как Феликс Миллан биту держит чуть ли не за середину. Теперь посмотрим, как бегают на коньках лучшие игроки НХЛ.

Фил Эспозито и Кен Ходж из «Бостон брюинс» бегут на коньках в высокой стойке, делая мощные широкие шаги. Уолт Ткачук тоже катается в высокой стойке, но шаг у него, пожалуй, вдвое короче, чем у Эспозито. Питер Маховлич сочетает в себе стили Эспозито и Ткачука: он тоже катается выпрямившись, но перемежает длинный шаг с коротким, отчего многие считают, что он бежит короткими рубящими шагами. Дейв Кион, Бобби Кларк и Клиф Королл бегут, сильно наклонив туловище, причем иногда кажется, что Кларк держит корпус параллельно льду. Манера катания Рателя — сочетание стилей Киона и Ткачука: высокая стойка с наклоненным корпусом. Ну а Фрэнк Маховлич лишь слегка сгибает туловище, однако именно у него был самый длинный шаг.

С другой стороны, многие помнят стиль бега на коньках Джона Фергюсона, или, точнее, отсутствие всякого стиля. Бег Ферги не отличался плавностью, но тем не менее Джон всегда ухитрялся поспеть к шайбе или в угол площадки одновременно с игроком, обладающим хрестоматийным стилем катания на коньках. Ну а коллега Фергюсона по «Канадиенс» Клод Провост, которого мы звали Джо? Ноги Клода были такие кривые, что между ними мог, наверное, пролететь баскетбольный мяч. Передвигался он короткими, резкими толчками, и всегда казалось, будто он не катится, а бежит за шайбой. Так или иначе, а Провост сумел провести пятнадцать сезонов в основном составе «Монреаля». Один из моих молодых товарищей по «Бостону» Терри О'Рейли напоминает и Фергюсона, и Провоста. Бег его гладок, но когда Терри включает скорость, то несется как угорелый.

Из соперников, с которыми мне когда-либо приходилось встречаться, лучше всех бегал на коньках бывший капитан «Канадиенс» Жан Беливо. Высокий ростом в шесть футов и три дюйма — и невероятно сильный при весе в двести десять фунтов, Беливо как-то величественно скользил по льду, его накатистые, мощные шаги словно не требовали никаких усилий. По моему определению, он обладал классическим стилем катания. Так как монреальцы вообще лучше всех в НХЛ бегают на коньках, то, видимо, не случайно, что самый быстрый из моих противников Айвен Курнуайе также из этого клуба. Мы не зря прозвали его Бегунком. Курнуайе вдвое быстрее всех в лиге пробегает расстояние от синей до синей линии, разве что Жак Лемэр мог соперничать с ним. Кстати, Лемэр тоже выступает за «Канадиенс». Хоть рост Курнуайе всего пять футов семь дюймов, а вес сто шестьдесят пять фунтов, бедра у него ничуть не меньше, чем у хорошего конькобежца. Именно эти мускулистые бедра и производят энергию, необходимую для его невероятной стартовой скорости. Одна из тактических уловок монреальцев как раз и заключается в том, что какой-нибудь игрок выбрасывает шайбу в среднюю зону на выход Курнуайе, который, подхватив ее, пулей проносится к воротам, оставляя защитников далеко позади. По-моему, Бегунок чаще других в НХЛ забрасывал шайбу после молниеносного отрыва.

Помню игру в Бостоне, когда Курнуайе в течение нескольких первых смен буквально летал по всему полю, забросив в ворота Чиверса две шайбы. Где-то в середине первого периода у ворот Джерри Чиверса производилось вбрасывание. Джерри выкатился из ворот, подъехал к Айвену и говорит: «Айвен, сбавь немного скорость, ладно?» «Что ты, Джерри, я тут ни при чем, — ответил тот с ухмылкой, выговаривая слова с французским акцентом, — просто мне сегодня дует попутный ветер».

В НХЛ есть только один Курнуайе, поэтому не стоит бросать свою хоккейную карьеру только потому, что вы не можете кататься, как Бегунок. А кто может? Поэтому надо сконцентрировать основное внимание на совершенствовании тех элементов катания, которые необходимы при выполнении заданных функций на поле. Например, нападающий должен уметь быстро набирать скорость со старта, как это делает Курнуайе. Кроме того, он должен уметь резко останавливаться и сразу же двигаться в противоположном направлении. И уж, конечно, нападающий обязан крепко держаться на ногах, чтобы не потерять равновесия, когда против него применят силовой прием.

Как правило, защитнику не обязательно бегать на коньках так быстро, как нападающему, поскольку за короткое время ему не приходится покрывать такие большие расстояния. Однако защитник должен уметь двигаться вперед так же быстро, как и при обычном катании, он обязан в совершенстве владеть техникой поворотов влево, вправо, назад, не делая при этом ни одного лишнего движения. Наконец, защитник должен всегда кататься с оглядкой. Если он любит поводить шайбу, как я, например, ему надо постоянно помнить, что нельзя забираться в зону противника слишком глубоко, чтобы успеть защитить собственные ворота, если шайбой овладеет соперник. Как это ни парадоксально, среди самых быстрых хоккеистов НХЛ можно увидеть и вратарей. Последите, как быстро мчится вратарь к скамье для запасных, когда его меняет полевой игрок. А ведь защитная экипировка вратаря весит пятьдесят фунтов. Когда Джерри Чиверс выступал за «Бостон брюинс», то нередко бегал наперегонки с некоторыми защитниками и нападающими и побеждал чаще, чем проигрывал. В свое время Чиверс играл в нападении за «Фарм-клуб»[6] Торонто. Позднее при наборе вратарей ловкий менеджер Панч Имлах пытался скрыть Чиверса, внеся в списки нападающих. Однако НХЛ разгадала этот маневр. Тогда-то «Бостон брюинс» и приобрел Джерри, и он защищал наши ворота оба раза, когда мы завоевывали Кубок Стэнли в 1970 и 1972 годах.

По-видимому, не случайно то, что у лучших хоккеистов НХЛ сильно развиты мышцы бедер и таза. Чем больше катаешься на коньках, тем сильнее развивается нижняя часть тела. Джонни Бучик двадцать лет выступал за команды НХЛ. Он один может занять половину дивана, так как бедра у него похожи на стволы деревьев. Объем талии у Курнуайе всего лишь около двадцати девяти дюймов, но бедра так налились мышцами, что он носит хоккейные трусы для человека с талией в сорок дюймов. У меня та же самая проблема — трусы мне приходится делать на заказ. Если бы я брал готовые трусы, то талию пришлось бы ушивать примерно дюймов на шесть. Быть может, правильнее следовало бы сказать так: в НХЛ мало, вернее, вовсе нет хороших конькобежцев с тонкими ногами.

Коньки

Начиная с тех пор, как друг моего отца мистер Фернье подарил мне первые в моей жизни коньки, я обычно получал новые примерно раз в три года. Время замены наступало тогда, когда отец видел, что мои пальцы готовы вот-вот проткнуть носки старых ботинок, и тогда он отправлялся в магазин, чтобы приобрести мне новые коньки с ботинками номера на три-четыре больше моего размера. В те дни хорошие коньки с ботинками стоили двадцать пять-тридцать долларов. Сейчас не каждая семья может позволить себе роскошь менять коньки мальчишке ежегодно, потому что цена на них поднялась до семидесяти пяти — ста двадцати пяти долларов. Правда, в последнее время популярными стали пункты обмена коньков, поэтому родителям уже не надо каждый сезон тратить такие деньги, особенно если хоккеист в семье не один. Пункты обмена коньков создаются при общественных и городских катках и действуют следующим образом: когда коньки становятся хоккеисту малы, он приносит их на обменный пункт, платит небольшую сумму (обычно пять или десять долларов) и меняет их на другие, которые ему впору. Полученные по обмену коньки, конечно, не совсем новые, но зато они по ноге и, главное, родителям не придется залезать в долги.

Тщательно подбирайте новую пару коньков, будь то в магазине или на обменном пункте. Примерьте несколько пар, пока не почувствуете, что ноге в ботинке удобно. Важно, чтобы пальцы не упирались в носок ботинка. В противном случае удар шайбы прямо по носку ботинка может причинить ужасную боль и даже привести к перелому пальцев ноги. Кроме того, важно, чтобы у ботинок были жесткие носки, надежно защищены лодыжки и сухожилия, лезвия прочно припаяны, а коньки крепко прикреплены к ботинку. Следует обратить внимание и на заточку коньков. Некоторые молодые хоккеисты плохо бегают и неумело выполняют повороты из-за того, что слишком большая поверхность лезвия конька соприкасается со льдом. При беге я отталкиваюсь ото льда участком лезвия длиной около одного дюйма, остальная часть служит у меня так называемой «качалкой» для маневрирования. Выбирая коньки, проверьте, годятся ли вам их лезвия. Для этого, взяв по коньку в руку, плотно приставьте их лезвиями друг к другу. Если участок, которым они соприкасаются, длиннее полутора дюймов, вам, скорее всего, будет трудно кататься и совершать повороты. В сезон я обычно изнашиваю не менее двух пар коньков. Получив новую пару, я не тороплюсь натянуть их на ноги и выйти на лед. Ни в коем случае. Как и все хоккеисты, я весьма тщательно прилаживаю новую пару, привыкаю к ботинкам и лезвиям. Вначале я надеваю коньки и затягиваю шнуровку довольно свободно. Затем ставлю ноги в таз с горячей водой и держу до тех пор, пока не размякнет кожа ботинок. Когда нога привыкнет к ботинку, я выхожу на лед и около часа тренируюсь. На следующий день вся эта процедура повторяется. После этого я вытираю коньки и вешаю ботинки сушиться. Теперь я могу быть уверен, что в этих коньках мне будет очень удобно. Тем не менее я не рискну выйти на игру в новых коньках, покуда не испробую их на нескольких тренировках.

Подобно большинству хоккеистов, я люблю, чтобы ботинки плотно сидели на ноге, служили как бы ее естественным продолжением, и хотя я ношу обычную обувь восьмого с половиной размера, коньки предпочитаю на половину размера меньше. Кроме того, я надеваю коньки на босу ногу. Благодаря этому я лучше чувствую и ботинок, и конек. Выходя на лед, я должен строго контролировать каждое свое движение и не хочу, чтобы что-нибудь мешало.

В отличие от большинства игроков я не затягиваю туго шнуровку и не продеваю шнурки в три верхних отверстия ботинка. Мне так легче двигаться, и я чувствую себя свободнее. Ничто не связывает меня. Стоит же мне зашнуровать ботинок доверху, сразу создается ощущение, будто нога заключена в гипс, вследствие чего у меня резко падает подвижность.

Должен сразу предупредить: я не советую начинающим хоккеистам именно так шнуровать ботинки. За годы катания на коньках у меня хорошо укрепились голеностопные суставы. Тем же, кто стал на коньки недавно, необходима дополнительная жесткость в голеностопе, ее можно достигнуть, туго зашнуровав ботинок до самого верха. Кстати, даже в НХЛ немало профессионалов, которые нуждаются в этих супинаторах и предпочитают шнуровку доверху. Это, пожалуй, самый наглядный пример того, что годится мне и большинству профессиональных хоккеистов и не подходит молодым игрокам. И еще один подобный пример. Я многие годы не пользуюсь защитными накладками для голеностопного сустава, так как чувствую себя в них неуклюже. Но начинающим игрокам выходить без них на лед непозволительно. Роль этих защитных накладок у меня исполняют утолщенные языки ботинок, большей, чем принято, длины, которые я пропускаю под щитки. Это как-то спасает меня от травм, хоть мне, как защитнику, все-таки следовало бы пользоваться нормальным инвентарем.

Я люблю выходить на лед в хорошо наточенных коньках. Чем острее лезвия, тем лучше удаются повороты и сильнее получается толчок при старте с места. Я отдаю в точку коньки перед каждой игрой и почти перед каждой тренировкой, хотя это едва ли нужно делать начинающим хоккеистам. Хорошо заточенная кромка лезвия конька не затупится после двух или трех продолжительных периодов катания. А то и дольше. Кстати, игрок детройтской команды «Рэд уингз» Алекс Дельвеччио точил свои коньки только раз в месяц, однако не было случая, чтобы по этой причине он когда-нибудь падал.

Чтобы проверить, хорошо ли заточены коньки, нужно провести ногтем большого пальца по кромке лезвия сверху вниз. Если при этом с ногтя снимается тонкая стружка, значит, коньки острые. Можно также выйти на лед и сделать несколько рывков и остановок. Если при старте и резком торможении с остановкой вы потеряете равновесие, значит, коньки надо точить.

Игроки НХЛ не пользуются чехлами для лезвий, потому что мы выходим на лед по резиновым дорожкам, а пол в раздевалках покрыт прорезиненной плиткой или толстым ковром. На обычных же катках этих удобств нет, поэтому до выхода на лед обязательно надевайте на лезвия чехлы. Не забудьте их вовремя снять, иначе первый шаг по льду закончится падением.

Техника

Не понимаю одного: почему многие родители упорно покупают своим детям коньки с парными лезвиями. Они, вероятно, думают, что на таких коньках их дети скорее научатся сохранять равновесие и будут реже шлепаться на лед. Может быть, и так, но двухполозные коньки лишь оттягивают неизбежное: независимо от предыдущих приключений на льду юные игроки будут все равно падать бесчисленное количество раз, когда впервые наденут обычные хоккейные коньки. Упав в семимиллионный раз на реке в Пэрри-Саунде, я перестал вести этому счет. Не умея сохранять равновесие, кататься, конечно, вы не сможете. Вспомните, как малыши учатся делать первые самостоятельные шаги. После многих фальстартов это получилось само собой. Чувство равновесия также приходит исподволь, после нескольких занятий на льду. Один из способов заключается в том, что вы просто выезжаете на лед и после каждого падения стараетесь кататься снова и снова, то есть примерно так же, как овладевали умением ходить. Другой, менее болезненный путь состоит в том, чтобы, взявшись за спинку стула с полозьями, толкать его перед собой по льду, используя стул для поддерживания равновесия. Именно так каждым летом мы обучаем новичков в хоккейном лагере Орра-Уолтона. Я даю ученику покататься со стулом день-другой, потом подъезжаю к нему, несколько минут разговариваю, вселяя в него уверенность, а затем отбираю у него стул. Предоставленный самому себе, он, как это ни удивительно, обычно хорошо сохраняет равновесие.

Как только новичок научился сохранять равновесие на льду, я начинаю учить его делать это на одной ноге. Ведь когда вы бежите на коньках, одна нога всегда находится в воздухе, верно? Поэтому я заставляю мальчишку катиться на одной ноге, держа при этом другую на весу просунутой под колено клюшкой. Или он у меня едет спиной вперед, скажем, на левой ноге, держа на весу правую. Как ни странно, но чувство равновесия развивается скорее всего при катании на обычных городских катках без клюшки в руках. Все игроки используют клюшку для опоры. Катаясь без клюшки 1–2 часа в неделю, вы научитесь уверенно и без опаски маневрировать, не падая при этом в самый неподходящий момент.

Как я уже говорил, в НХЛ нет двух игроков, катающихся одинаково. Действительно, за исключением Эдди Шора, я не знаю ни одного профессионального тренера, который бы пытался научить какому-то одному стилю катания всех игроков. Шор был великий мастер катания и великий защитник в НХЛ в 1920–1930 годах; позднее он стал владельцем и тренером команды Спрингфилда в Американской хоккейной лиге. По какой-то причине Шор был убежден, что игроки должны кататься так, чтобы между лезвиями коньков было ровно одиннадцать дюймов, а корпус постоянно находился в наклонном положении. Шор во время тренировок шел на любые крайности, чтобы добиться своей цели. Выпуская игроков на лед, он связывал их ноги веревкой, чтобы лезвия коньков не раздвигались шире этих одиннадцати дюймов. После чего он сажал их на складные стулья и заставлял кататься по площадке.

Запомните главное: нужно усваивать основные принципы катания и применять их в той форме, которая наиболее удобна для вас. Не копируйте ничьего стиля бега. У Фила Эспозито ноги, вероятно, на пять-шесть дюймов длиннее моих, поэтому его естественный шаг значительно длиннее моего. Я выглядел бы довольно глупо, если бы во время раскатки пытался подстраиваться под каждый шаг Эспозито. Возможно, на каждые три шага Фила мне пришлось бы делать четыре, а то и пять шагов. Честно говоря, я не знаю. Задача заключается в том, чтобы добежать в точку А, Б или какую-либо другую так быстро, как только смогут донести тебя ноги. Широкий шаг, короткий или переменный — это не столь уж важно. Примчаться в нужное место как можно скорее — вот что имеет значение в хоккее.

Сейчас я расскажу, как катаюсь сам. Временами, правда, я инстинктивно меняю технику бега, но перемены этой не осознаю. В общем, вот, кажется, как я катаюсь. Как я хочу бегать на коньках. Наконец, как мне нужно это делать.

Когда я стою на льду, мне всегда кажется, что стопы моих ног слегка развернуты. Почему? Вероятно, мне так удобно, а может быть, потому, что я слегка кривоногий. Тем не менее, если бы я когда-нибудь попытался тронуться с места из этого положения «носки внутрь», я бы споткнулся о свои ноги и растянулся на льду. Поэтому перед стартом я развожу носки коньков под нужным углом в направлении движения. Другими словами, носки моих ботинок, словно стрелки часов, установлены в положении «без десяти два». Я не смотрю на ноги, чтобы убедиться, правильно ли они расположены для начала движения. Это делается как бы автоматически, что обусловлено годами постоянных тренировок. Как видите, это положение обеспечивает прочную и устойчивую базу для начала собственно бега. Я правша, поэтому, как мне кажется, я должен быть также и «правоногим». Как и все люди, я склонен чаще пользоваться своей так называемой предпочтительной стороной. Мне кажется, что легче открывать дверь правой рукой, а не левой. И мне всегда значительно легче выставить вперед правую ногу, нежели левую. Почему? Не знаю, но факт остается фактом: мне удобнее пользоваться своей правой стороной. Соответственно я считаю свою правую часть тела более сильной.

Поэтому, стартуя с места, я первый толчок всегда делаю правой, более мощной ногой. Мне легче поднять правую ногу, чем левую. В течение первых двух-трех толчков, когда я стараюсь набрать ход за счет работы бедер, я больше бегу, нежели скольжу. При этом я делаю упор на пальцы ног (как спринтер в момент старта на 100 ярдов), занося правый конек над левым, потом левый над правым и в конце еще раз правый над левым, толкаясь, толкаясь и толкаясь. Все это время я делаю короткие, рубящие шаги, за счет чего и набираю скорость. Затем я опускаюсь с носка на стопу и постепенно увеличиваю длину шага. От старта до остановки положение моего тела неизменно.

Для лучшего равновесия, маневренности и силы толчка я слегка сгибаю колени. Как защитнику, мне доставляет удовольствие видеть на льду игроков, которые двигаются на прямых ногах. В такой стойке у них нет хорошей устойчивости, поэтому сбить их и забрать шайбу обычно не составляет для меня большого труда. Сам я слегка расставляю ноги в стороны, правда, не знаю, на какое расстояние — одиннадцать дюймов, как любил Эдди Шор, или на два фута. Что такое удобное расстояние между ногами? Попробуйте вот что. Выйдя на лед, расставьте ноги и потанцуйте. Что угодно. Моп. Флоп. Бугалу. Даже твист. Когда вы сможете станцевать один из этих танцев и сохраните при этом устойчивое равновесие на коньках, значит, ноги у вас расставлены так, как нужно.

Во время движения я также наклоняю вперед корпус. Насколько? Это зависит от обстоятельств. Я люблю вести шайбу далеко от коньков, в противоположность Джонни Бучику, который ведет ее почти у самых ног. Чтобы вести шайбу привычным для себя образом, я должен согнуть туловище так, чтобы мне было удобно. Принимайте удобное положение, и все будет в порядке. Во время бега центр тяжести естественным образом постоянно направлен вперед. Я не раскачиваюсь в стороны — или по крайней мере стараюсь этого не делать. Никогда не допускайте, чтобы центр тяжести во время катания оставался сзади, ибо вы не сможете противостоять силовым приемам даже самых посредственных игроков. Одно из верных средств удержания центра тяжести впереди заключается в том, чтобы голова была всегда впереди коньков. Под этим я подразумеваю, что голова при выполнении шага должна вести за собой коньки. Если это происходит — а так должно быть, — ваш центр тяжести никогда не будет сзади.

Надеюсь, это не звучит слишком упрощенно. Вот послушайте. Слишком часто тренеры, работая с новичками, забивают им голову ненужными деталями. Например, говорят восьмилетнему мальчишке, чтобы он во время бега отрывал коньки ото льда точно на восемнадцать дюймов. Что прикажете делать мальчику? Приносить с собой на тренировку линейку? В принципе не существует правила, на сколько надо поднимать конек ото льда, это вопрос индивидуального выбора, который определяется ощущением удобства. Я бы советовал просто не поднимать ногу выше уровня колена, так как иначе теряется драгоценное время и силы. Не понимаю, почему тренеры внушают молодым игрокам, что качество катания во многом зависит от движения бедер. Что бы они ни говорили, работа бедер имеет второстепенное значение. Если у вас правильно работают ноги, а именно если вы создаете мощность хода за счет ягодичных мышц и при этом энергично толкаетесь передней частью ступни, то в этом случае будут автоматически работать и бедра. Помните, что вы катаетесь на ногах, а не на бедрах.

Бег лицом вперед, конечно, самый легкий элемент конькобежной техники. Давайте теперь обсудим более сложные маневры, которые приходится выполнять в каждой игре, — катание спиной вперед, повороты и остановки.

Катание спиной вперед

Как и все защитники, я двигаюсь спиной вперед примерно треть всего времени, которое нахожусь на льду. Нападающие катятся спиной вперед только тогда, когда обороняются в зоне команды противника, то есть всего 5 процентов времени, которое они проводят на льду. Вдумайтесь в то, что я только что сказал. Не будет ли весьма полезным при подготовке молодых защитников посвящать на тренировке одну треть времени совершенствованию техники бега спиной вперед? Конечно, будет. Тогда скажите, почему на раскатке тренеры не делят игроков на группы согласно их амплуа и не дают защитникам и нападающим отрабатывать те элементы бега, которые они обязаны выполнять в игре чаще всего. К сожалению, для большинства молодых защитников катание спиной вперед длится обычно только одну-две минуты: «О'кей, ребята, теперь один круг спиной вперед», — слышишь в самом конце тренировки, словно об этом вспомнили по чистой случайности. Называя вещи своими именами, следует сказать: если вы не владеете навыками бега спиной вперед так же хорошо, как и обычным бегом, вы будете просто не в состоянии четко выполнять обязанности защитника.

В конце 1960-х годов одна уважаемая команда НХЛ включила в списки игроков, которых она хотела бы приобрести, двадцатилетнего защитника по рекомендации своего компьютера. ЭВМ выдала потрясающую информацию, которая свидетельствовала о том, что физические и умственные данные юного хоккеиста соответствовали показателям идеального защитника, запрограммированного в машине. Как выяснилось, этот идеальный защитник падал на заднее место каждый раз, когда пытался ехать спиной вперед. Хотя, конечно, что машины могут знать о катании спиной вперед!

Я стою на синей линии в ожидании паса из угла площадки. Однако левый крайний команды соперников, правильно оценив обстановку, перехватил шайбу и начал продвижение вперед. Поворачиваюсь ли я и несусь, как сумасшедший, к другой синей линии, чтобы там вновь развернуться и поджидать левого крайнего? Конечно, нет. Сделав так, я бы на несколько секунд выпустил из виду шайбу, и вполне вероятно, что левый крайний мог успеть передать ее другому игроку, пока я делал все эти маневры. Большим преимуществом катания спиной вперед является то, что шайба всегда находится в поле зрения, так же как владеющий ею игрок и большинство других хоккеистов. Поэтому, если левый крайний все-таки перехватывает адресованный мне пас, я начинаю быстро откатываться в свою зону спиной вперед.

В моем первом движении участвуют одновременно и таз и колени. Колени я сгибаю так, что бедра находятся почти параллельно льду. В это время колени находятся либо точно над носками коньков, либо слегка выдаются вперед. В отличие от обычного бега катание спиной вперед требует резкого «ерзающего» движения таза из стороны в сторону для того, чтобы получилось необходимое серпантинное качение назад — коньки при этом слегка отрываются ото льда. В противоположность обычному катанию, перед тем как тронуться с места, я не устанавливаю свои ноги в положении стрелок часов «без десяти два», а ставлю коньки почти параллельно. Поскольку движения мне легче выполнять правой ногой, и она сильнее левой, я отталкиваюсь внутренним ребром правого конька и делаю маховое движение бедром влево, создавая тем самым движение слева направо. В зависимости от того, насколько длинным мне нужно сделать первый толчок, я врезаюсь лезвиями коньков в лед и продолжаю движение назад, отталкиваясь внутренним ребром левого конька, наклоняя бедра вправо. Во время каждого толчка ноги идут почти вместе, но никогда не касаются друг друга. Я стараюсь поддерживать постоянное положение туловища: ноги согнуты в коленях, бедра параллельны льду. Равновесие сохраняется за счет наклона корпуса и положения головы.

Я заметил одну общую ошибку у молодых защитников — они просто скользят, а не бегут спиной вперед. Между тем это не одно и то же. Во время скольжения вы не в состоянии полностью контролировать свои движения. Тогда как при беге спиной вперед вы создаете мощность, движение, направление, то есть управляете тем, что делаете.

Маневрирование

По какой-то странной причине в североамериканском хоккее нет ни одного игрока (может быть, он и есть, но я его никогда не видел), выполняющего левый поворот сразу после выхода на лед с последующим движением по часовой, стрелке. Если бы новичок во время тренировочного сбора «Брюинс» решил прокатиться прогулочным шагом по ходу часовой стрелки, его тут же сбила бы толпа из двух дюжин хоккеистов, привычно движущихся в противоположном направлении.

Как вы, наверное, догадались, у хоккеистов тоже есть свои привычки. Вероятно, когда-то первый тренер по хоккею на самой первой тренировке приказал первой хоккейной команде кататься справа налево, что стало неписаным правилом, сохранившимся еще с тех далеких дней. Это катание по часовой стрелке привело к тому, что игроки, как правило, довольно свободно выполняют маневрирование справа налево, однако либо спотыкаются, либо начинают бесцельное скольжение, когда им необходимо повернуть в другую сторону. Есть три основных маневра, которые я выполняю в процессе игры: бег по радиусу вокруг ворот, переход на бег спиной вперед и крутой поворот — и все это должно делаться уверенно и точно.

Бег по радиусу

Тренеры часто говорят, что один из их игроков предпочел «туристский маршрут» в той или иной игровой ситуации и позволил своему подопечному забить легкий гол. Они имеют в виду, что вместо энергичного отталкивания при движении за воротами игрок предпочел длинное бессмысленное скольжение по большой дуге. Скольжение вокруг ворот в процессе игры всегда чревато риском. Движение за воротами по часовой стрелке является более трудным маневром, нежели в противоположную сторону, главным образом из-за того, что моя более мощная правая нога является опорной. Во время движения за воротами сила и точность выполнения поворота достигается за счет работы другой ноги. По этой причине мне, как и большинству игроков, значительно легче выполнять поворот влево, чем вправо, так как правая нога в этом случае движется с внешней стороны дуги. В течение игры мы совершаем за воротами, по-видимому, одинаковое количество поворотов влево и вправо, поэтому на тренировках им также уделяем одинаковое внимание.

Техника выполнения этих маневров одна и та же независимо от того, в какую сторону вы катитесь. Когда я начинаю свое движение за воротами, то переношу тяжесть тела на внешнее ребро конька опорной ноги и наклоняю туда же туловище. Вместо того чтобы просто катиться за воротами, я ставлю внешнюю ногу — правую или левую, в зависимости от направления движения — впереди внутренней и сильно толкаюсь внутренним ребром конька. Слишком сложно? Вовсе нет, если только раз попробовать. Задача лишь в том, чтобы развить скорость и мощь за счет толчка «внешней» ноги. Как только я заканчиваю объезд ворот, меня как бы выбрасывает вперед. Мне не нужно стартовать заново, скорость я уже набрал. Естественно, что самой трудной частью поворота вокруг ворот является правильная работа внешней ноги. Не держите ее в воздухе. Управляйте ею. Передвигайтесь сильными укороченными шагами. Стремитесь обогнуть ворота по самому короткому радиусу. Если, например, я начинаю делать поворот, находясь в двадцати пяти футах от ворот на лицевой линии, то это вовсе не значит, что я выскочу с другой стороны их на таком же расстоянии. Временами я закладываю столь крутые виражи, что едва не спотыкаюсь о заднюю часть каркаса ворот, а бывало и так, что я и в самом деле падал на сетку ворот. И тем не менее в конце виража мне совершенно не хочется оказаться где-то в углу площадки. Это пустая трата времени и сил, а самое печальное — может стоить моей команде гола.

Поворот «улитка»

Это самый сложный маневр, который защитнику приходится выполнять во время игры при движении спиной вперед. Представьте себе такую ситуацию. Я откатываюсь назад в то время, как соперники нападают втроем против двоих. Как только центрфорвард достигает синей линии, он сильно посылает шайбу в правый от меня угол, надеясь, что его левый крайний окажется у нее быстрее меня и выложит ему пас на «пятачок». Сложность моего положения заключается в том, что левый крайний соперника имеет передо мной явное преимущество, так как он двигается вперед, а я отступаю. Если я не сделаю быстрого поворота вперед без потери скорости, то он без труда будет у шайбы раньше меня. Для того чтобы повернуть вправо, я инстинктивно слегка выдвигаю правую ногу, перешагиваю через нее левой и ставлю ее на лед точно в направлении шайбы. Затем я отталкиваюсь внутренним ребром левого конька, вывожу вперед правую ногу и ставлю ее рядом с левой: я готов к борьбе. При выполнении такого поворота очень важно не потерять равновесия. Для этого в самом начале, когда я ставлю правую ногу в нужном мне направлении, я сознательно разворачиваю плечи в сторону шайбы, а ноги уж следуют за ними.

Крутой разворот

Этот маневр применяется и нападающими, когда они преследуют соперников, и защитниками, когда те держат оборону перед воротами. К примеру, если Грегг Шеппард опекает центрфорварда соперника и тот неожиданно отдает шайбу партнеру по команде, то Греггу некогда делать остановку, разворачиваться и начинать все сначала. Тем более он и думать не может о развороте по большому радиусу — «туристскому маршруту». В защите, если вратарь отбил шайбу и она оказалась в нашей зоне за моей спиной, я должен сделать молниеносный разворот, чтобы вывести ее из опасного места. Для этого я наклоняю тело в требуемом направлении, делаю дугообразное движение на внешнем ребре внутреннего конька и ставлю перед ним внешнюю ногу. Предположим, мне надо повернуть вправо. Я просто наклоняю тело вправо, вращаюсь на внешнем ребре правого конька, подтягиваю и ставлю левую ногу перед правой. Разворот закончен. Крутизна разворота зависит от радиуса дуги. Радиус дуги тем меньше, чем круче должен быть разворот.

Торможение

Существует много разных способов торможения на льду. И действительно, как только не приходится тормозить во время игры. Но, делая остановку, я всегда стараюсь принять такое положение, которое позволило бы мне незамедлительно тронуться в каком-либо другом направлении. Если мне предстоит затормозить из движения вперед, то я предпочитаю сделать это на двух коньках. Это означает, что в процессе торможения участвуют оба конька. И хотя надо уметь тормозить как левой, так и правой ногой, я все-таки предпочитаю делать это правой ногой, поскольку она у меня сильнее. Для остановки я одновременно: 1) слегка разворачиваю корпус влево или вправо; 2) несколько отклоняю тело назад; 3) ставлю коньки в том же направлении, что и корпус, и 4) врубаюсь коньками в лед, поднимая целый столб ледяной крошки. После остановки я отталкиваюсь правой ногой в любом направлении. Очень часто во время игры из-за непредвиденных ситуаций приходится тормозить одним коньком. В этом случае тело и конек совершают такие же движения, и я торможу внутренней стороной конька, а затем трогаюсь, отталкиваясь той же ногой. Иногда приходится тормозить и внешней стороной конька, но я стараюсь свести такие случаи к минимуму. Почему? Попробуйте сами. Вы убедитесь, что если тормозить так, то можно легко потерять равновесие, а ведь из неустойчивого положения нельзя принять хороший старт. Как защитнику, мне приходится часто тормозить и останавливаться при движении спиной вперед. Любопытно, что такие остановки не составляют большого труда. Я либо ставлю коньки в положение «у», врезаясь внутренней кромкой коньков в лед, либо торможу так же, как при движении лицом вперед.

В конце книги в главе «Общефизическая подготовка» перечисляется ряд отличных упражнений, которые помогут вам улучшить свое катание, если вы добросовестно к этому отнесетесь.