Для того чтобы воспользоваться данной функцией,
необходимо войти или зарегистрироваться.

Закрыть

Войти или зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Автор: Янг Скотт

Глава 14

Жить в одном номере с Бенни Муром оказалось не так уж сложно, как представлялось. Бенни попросту перетащил в номер свои вещи, остановился в дверях и улыбнулся:

– Такая же идея, наверное, пришла в голову тому, кто заточил в клетку со львом святого Даниила. Сестренка велела мне быть с тобой поласковее, иначе грозит поколотить меня.

– Это твои приятели были бы рады видеть меня поколоченным, – ответил Билл.

Бенни обернулся к Биллу, улыбка стерлась с его лица.

– Ах, они… – сказал он и только пожал плечами, не желая продолжать разговор на эту тему.

С полчаса в комнате было тихо. Билл писал письмо Саре. Ему очень часто не хватало здесь ее дружеского участия.

«Удивительно, как два человека из одной семьи – родные брат и сестра – могут быть такими разными, – писал он о Бенни Муре. – Его сестра Памела, рыженькая девушка, о которой я уже рассказывал тебе в последнем письме, очень славная».

Он перечитал последнюю фразу и задумался. Уж не вообразит ли Сара, что он ухаживает за Памелой? Вряд ли. Во всяком случае, этого не было. Затем он вспомнил свои прошлогодние переживания, когда Сара сдружилась с Клиффом Армстронгом… Летом она писала ему в Торонто из Банффа о разных парнях, с которыми встречалась, о некоторых даже с большой симпатией. Он задумчиво вздохнул, заклеил конверт и надписал адрес.

Мур, не раздеваясь, лежал на постели, которую прежде занимал Тим Мерилл. Он лежал в такой же позе, как неделю назад, когда Билл первый раз вошел в номер.

– А ты все-таки чокнутый, – задумчиво произнес Мур. – Ты не думал об этом?

Билл покачал головой, не понимая, к чему он клонит.

– Только чокнутый может вести игру так, как ты, – продолжал Мур. – Я наблюдал за тобой на тренировках. Ты одержим одной-единственной мыслью. Вот, к примеру, хочешь остановить нападающего. Хорошо. Но с пяти попыток ты достаешь его лишь один раз. А когда бросаешься в атаку, то не останавливаешься, пока не домчишься до конца поля. Когда Пубек пошел на тебя, ты четыре раза пытался остановить его, пока он не сдался.

– А он и не думал сдаваться, – отозвался Билл. – Этот парень…

– Знаю, я играл против него два года назад в Эдмонтоне, – сказал Мур. – Еще никто не выставлял меня в таком глупом виде, как тогда этот Пубек. – Мур произнес это очень спокойно. – Однажды я решил остановить его любой ценой, даже если бы это стоило мне пятиминутного удаления. Вернее, пытался. Ты когда-нибудь ловил зайцев?… Я пошел на него, а он, видя это, стал все ниже и ниже пригибаться, и, когда мне казалось, что я достал его, я промазал и врезался в борт, а он вышел вперед и забил гол! Ох, и ловок же он!

Билл не столько слушал, сколько наблюдал за Муром. Что бы там ни было, но совершенно очевидно, что Бенни Мур идет на мировую. Пожалуй, впервые Билл видел его таким.

– А кто твой отец? – спросил вдруг Бенни.

Билл рассказал.

– Педагог! – воскликнул Мур. – И он позволил тебе общаться с таким головорезами, как хоккеисты?!

– Не все же из них головорезы, – ответил Билл.

– Не все из них головорезы, – передразнил Мур, на этот раз без всякого озлобления. – Я просто повторяю слова, которые употребляются в газетных репортажах, – произнес он с горечью. – Значит, педагог… – Он помолчал. – А вот мой отец пьет и не может без этого… Во всяком случае, эта деятельность ему удается лучше всего. Неплохой человек, но, может быть, ты знаешь об этом… Памела рассказывала тебе?

– Нет, – отозвался Билл.

Мур встал с постели и стряхнул пепел с сигары.

– Мда, – протянул он. – У него был обувной магазин, правда, я этого не помню. Он пропил его, когда мы с Памелой были совсем маленькими. Разве может пьяница содержать магазин? Бабушка рассказывала, что он не пил, пока не умерла мама. Тогда он и запил, хотя у него на руках остались двое детей, о которых он должен был заботиться. Но потом я бросил и думать об этом. Изредка даже встречаюсь с ним.

Билл молчал. Что можно сказать на это? Какие-нибудь пустые слова сочувствия? Он ждал продолжения рассказа, но Мур молчал, пуская в потолок клубы сигарного дыма. Билла беспокоило больше другое. Он не хотел казаться излишне любопытным и совать нос в чужие дела, но все же спросил:

– Памела рассказала мне о случае в плавательном бассейне. Все уладилось?

Мур спустил ноги на пол и воззрился на Билла.

– Она сама тебе рассказала?

– Да, все как есть.

– И то, что тот парень сказал о ней?

– Назвал ее рыжей девицей, – ответил Билл, – и что…

– Ладно! – оборвал его Мур. – Вот уж не думал, что она станет рассказывать об этом… – Он слегка понизил голос, – да еще Покеси Уоресу… Всякую всячину про то, как я опекал ее, когда она была маленькой, и все такое прочее… – Мур глубоко вздохнул и усмехнулся. – Представляю себе ее слезливый рассказ. Но Покеси еще никогда не разговаривал со мной так мягко…

И тут Билл подумал, что, возможно, в этом и кроется причина столь разительной перемены в Муре, понявшем, что есть люди, которые желают ему добра.

Мур встал и принялся вышагивать по комнате.

– Она добрая девушка, – проговорил он наконец. – Знаешь, ведь ей всего восемнадцать. Если бы у меня в восемнадцать лет голова варила так, как у нее, я бы уже давно играл в командах Лиги вместо того, чтобы добиваться снятия дисквалификации.

Билл вспомнил, как утром увидел Мура в компании с теми двумя типами и рассказ Памелы…

– Хотя это и не мое дело… – начал он.

– Ну и помалкивай тогда, – отрезал Мур.

Но Билл хотел объясниться с ним до конца.

– … но мне кажется, что ты и сам хочешь, чтобы она держалась подальше от парня, с которым я видел тебя утром.

– Ты имеешь в виду Тома Амадио?

Билл кивнул.

– А что ты знаешь о нем? – спросил Мур, и в голосе у него послышались нотки настороженности.

– Только то, что мне рассказала Памела.

Мур молчал, глядя на Билла.

– Вот именно, – произнес он, опустив глаза. – Но никто и не заставляет ее с ним встречаться.

Некоторое время спустя они покинули номер. Мур ушел первым. Билл спустился в холл и встретил там Джима Бэтта, Джиггса Манисколу и Ансона Оукли, которые решили прогуляться, и Билл с удовольствием составил им компанию. На набережной они наблюдали, как большой катер проходит через шлюз. Это было интересное зрелище. Когда катер вошел в камеру шлюза, ворота закрылись, вода начала прибывать, и он стал подниматься все выше и выше. Затем открылись другие ворота и катер продолжил свой путь. По дороге в гостиницу Билл вдруг рассмеялся.

– Чему ты? – спросил Манискола.

– Мак-Гарри сказал, – проговорил Билл, все еще смеясь, – что, если увидишь один шлюз, значит, можешь считать, что ты видел их все.

Теперь уже смеялись и остальные.

Когда Билл вернулся в номер, Бенни Мур уже лежал в постели. Свет был погашен. По-видимому, сегодня Мур решил не рисковать, чтобы не опоздать к отбою. Билл на цыпочках прошел к своей постели.

Обычно он читал перед сном, но сегодня долго лежал с открытыми глазами, перебирая в памяти события прошедших дней.

Билл уже засыпал, когда раздался телефонный звонок.

– Бенни? – послышался голос в трубке.

– Он спит, – ответил Билл.

– Разбуди его.

Он зажег, свет. Глаза у Мура были открыты, и Билл понял, что он и не спал. Бенни нехотя взял трубку.

– Нет, – сказал он. – Не будь дураком. Я вовсе не зол на парня. Оставь его в покое.

Положив трубку, Мур достал сигареты, закурил и погасил свет.

– Психи! – буркнул он.

Билл повернулся к нему боком.

– Что случилось?

– Да этот Амадио, – отозвался Бенни. – Говорит, что они хотят проучить того парня, с которым я схлестнулся в бассейне. Представляешь, в какую передрягу бы я попал? – Он потушил сигарету. – Пора кончать с ними, – тихо и задумчиво произнес Бенни.