Для того чтобы воспользоваться данной функцией,
необходимо войти или зарегистрироваться.

Закрыть

Войти или зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Автор: Бримсон Дуги

Глава 4. Вражда

Порежьте меня, и из раны потечет желтая кровь!

Если вы читаете эту книгу, значит, любите спорт. Бейсбол небось? Ладно, хочу сделать вам одно предложение. Я хочу, чтобы вы с друзьями смотрели каждый бейсбольный матч вашей местной команды. Не по телевизору, а вживую, на стадионе. Не только домашние; я хочу, чтобы вы объездили всю страну за своей командой. И чтобы во время матчей пели и кричали в поддержку своих игроков и оскорбляли соперника. Не менее важно, чтобы вы провоцировали фанатов соперника. В результате этого атмосфера предельно накалится, и иногда вы будете драться не только с фанатами, но и с полицией, которая сделает все возможное, чтобы разделить вас.

Через какое-то время эти драки превратятся в глубокую вражду. Вы научитесь не просто не любить фанатов соперника, а ненавидеть их всей душой. Эта страсть не оставит вас в течение всей жизни и перейдет к вашим детям, а от них — к вашим внукам.

Более того, парафразируя Тайлера Дердена из фильма «Бойцовский клуб», вы должны будете усвоить одно правило: «Не рассказывайте ни о чем, связанном с этим, никому постороннему». Никому: начиная с вашей семьи и сослуживцев и заканчивая полицейскими. Тогда никто никогда ничего не узнает. И у вас появится тайная жизнь. Она поглотит вас без остатка, но также позволит доказать себе, что вы — мужчина. Благодаря ей вы испытаете лучшие и худшие моменты. И если что-то пойдет не так, то это может стоить вам свободы или даже жизни.

Весело? Конечно нет. Вы ведь болельщики, а не бойцы. Дерутся только идиоты в барах. Никогда в здравом уме вы на такое не пойдете, не правда ли? Но многие этим занимаются или занимались, как и я. И все — ради футбола. Вида спорта, который некоторые американцы считают каким-то недоразумением.

Так что же представляет из себя футбол, пробуждающий такие чувства в людях, что они готовы ненавидеть, избивать и даже убивать ради него? И почему такого нет в других видах спорта? Футбольный хулиганизм уникален. Многие считают, что на матчах в других видах спорта царит атмосфера спокойствия, агрессия отсутствует. Конечно, это полная чушь. Почти каждый популярный вид спорта страдает от насилия, будь то регби, баскетбол, бокс, хоккей или автомобильные гонки.

Существует разница между насилием в привычном понимании этого слова и насилием в спорте. Если игроки или официальные лица оказываются вовлеченными во что-либо серьезное, не важно, в каком именно виде спорта, это становится сенсацией. Большой сенсацией! Когда французский футболист Зинедин Зидан боднул итальянского защитника Марко Матерацци во время финального матча чемпионата мира 2006 года, об этом говорили по всему миру. И я сомневаюсь, что найдется хотя бы один любитель спорта, который, услышав имя Майка Тайсона, не вспомнит о том, что он сделал с Эвандером Холифилдом.

В некотором роде уникальность данных инцидентов делает их сенсационными. Чего не скажешь о беспорядках за пределами спортивной арены. Даже такой традиционно спокойный вид спорта, как крикет, в последние годы сталкивался с массовыми беспорядками. В основном на международном уровне, но также и в соревнованиях внутри страны. Хотя подобные случаи отличаются от того, что происходит в футболе, но они тем не менее сами по себе являются проблемой. И мы не должны закрывать на них глаза, как бы этого ни хотело руководство спортивных федераций. Кроме того, пресса перестала интересоваться массовыми беспорядками и рассказывает только о вопиющих случаях. И если беспорядки не связаны с футболом, они редко употребляют по отношению к ним термин «хулиганизм».

Несомненно, среди футбольных болельщиков есть относительное меньшинство людей, которые не только обмениваются рукопожатиями после хорошего матча и пьют пиво вместе, но и переступают черту и становятся частью зловещей субкультуры, напоминающей банду. Ученые объясняют это моральным вырождением и вызовом обществу. Но, на мой взгляд, это скорее оправдания, чем реальные причины. Я считаю, что большинство людей становятся хулиганами по одной из трех причин: страсть, репутация и, самое главное, история.

В США футбол находится в тени других популярных видов спорта, таких как бейсбол, американский футбол, баскетбол и даже автомобильные гонки НАСКАР. Но все-таки он является самым популярным видом спорта на планете. Дети по всему миру играют в него от восхода до заката. Благодаря телевидению, газетам и родителям мы становимся футбольными болельгциками. Миллионы тратят ощутимую часть своих средств на походы на стадион. Клубы становятся неотъемлемой частью личности фанатов настолько, что эти люди, в том числе и я, ассоциируют себя с командой, и наоборот. Мы говорим: «Порежьте меня, и из раны потечет желтая кровь» (желтый — цвет «Уотфорда») или «Я — «гунер»» так же, как если бы мы говорили: «Я — инженер» — и ждем от людей понимания. Мы болеем за свои клубы в печали и радости, принимая плохие времена в надежде, что однажды все изменится. Другими словами, мы поддерживаем их. Причем не только в финансовом плане. Да, мы платим за билет, но у нас есть кое-что, что не купишь не за какие деньги: страсть.

Я не стесняюсь признаться в любви к «Уотфорду». Эта команда — моя любовница. Она подарила мне лучшие и худшие моменты моей жизни. Из-за нее я проливал слезы, дрался, и я буду лелеять наши отношения до самой смерти. Я передал свою любовь сыну, который теперь на сто процентов «золотой мальчик» и так же страстно болеет за «Уотфорд», как я когда-то. Страсть — вот что вдыхает жизнь в любой футбольный клуб, будь то любительская команда или гигант с восьмидесятитысячным стадионом. Многие болельщики справедливо полагают, что являются сердцем и душой своего клуба. Ведь игроки и тренеры уходят, а фанаты не оставят команду до самой смерти. Для тех, кто не является футбольным болельщиком, это может прозвучать слишком пафосно, но, поверьте, это действительно так. Мы хотим, чтобы наши клубы были лучшими из лучших. Более того, когда это действительно так, мы утверждаем, что в этом есть и наша заслуга. Поэтому футбольные фанаты не любят тех, кто начинает болеть за команду только после громких побед.

Любой может сказать, что он болеет за «Ливерпуль» или «Манчестер Юнайтед», но это — не настоящие болельщики. Совсем нет. Они всего лишь «глорихантеры», охотники за славой. Не поймите меня неправильно. Во время скучных безголевых матчей против «Бери» или «Ротерэма» я часто задавался вопросом, почему болею за «Уотфорд», а не за «Челси», скажем, и проклинал себя за скорбь, которую я оставлю в наследство своему бедному сыну. Но нельзя поменять свой клуб только потому, что настали плохие времена. Ведь если вы сделаете это, то потеряете право называться футбольным болельщиком. Быть фанатом — это значит не только смотреть красивый футбол, но и отдавать свое время и сбережения любимому футбольному клубу.

В страсти такого уровня неизбежно проявляется вражда. Все мы хотим, чтобы наш клуб был лучшим. Но для этого он должен победить другие команды, ведь футбол — это прежде всего соревнование.

Поэтому, когда играет наша команда, мы кричим, поем, скандируем речевки, чтобы погнать ее вперед в надежде, что ради нас она победит. Особенно эта страсть проявляется во время дерби.

Для всех футбольных фанатов дерби — самые важные матчи года. Если бы мне платили доллар каждый раз, когда я слышал: «Мне плевать, чем закончится сезон, лишь бы мы победили этих идиотов», то я стал бы очень богатым человеком.

Я был на матчах с настолько враждебной атмосферой, что там не хватало только миротворцев ООН. Вражда между фанатами местных клубов часто выходит за пределы дней матчей. Она оказывает влияние на повседневную жизнь.

Как и все, я тоже веду себя так. Жгучая ненависть к «Лутон Тауну» оказывает влияние на все аспекты моей жизни. С самого детства я не терплю оранжевого цвета (цвета их формы) в своем доме. Обе мои дочери знают, что если они осмелятся привести домой фаната «Лутона», то он сможет подождать на улице, пока я буду собирать их вещи. Мой сын, болельщик «Уотфорда», никогда не будет встречаться с девушкой из Лутона.

Более того, все коммивояжеры, стучащиеся в мою дверь, опрашиваются об их футбольных предпочтешлях. И фанаты «Лутона» немедленно отправляются восвояси. И я никогда не сяду за руль машины, производимой «Дженерал Моторс», потому что эта корпорация обеспечивает большинство рабочих мест в Лутоне. Если честно, то из-за репутации преданного болельщика «Уотфорда», мои книжки в книжных магазинах Лутона продаются с большим трудом. Ну и ладно. Мне их грязные деньги все равно не нужны.

И это только цветочки. В старые добрые времена у меня был «форд» 60-х годов сборки. Большое корыто, похожее на старую «Краун Викторию». Он был моей гордостью и радостью. Так как в него спокойно помещалось шесть человек, мы приспособили автомобиль для футбольных выездов. Насколько помню, в том году мы побывали на двадцати выездных матчах и фантастически провели время. Каждая поездка была своего рода приключением. Однажды мы устроили пробку по дороге в Саутгемптон, когда у нас сломалась машина. А как-то раз один из нас чуть было не проломил крышу автозаправки, когда пытался достать залетевший туда футбольный мяч. Короче, скучать нам не приходилось. Но больше всего нам запомнился другой забавный случай.

Мы ехали на выездной матч «Уотфорда» против «Ноттс Каунти»[18]. В нашей «старушке» сидело только пятеро, поэтому места было больше, чем обычно. Перед выездом на шоссе мы решили подсадить какого-нибудь голосующего болельщика «Уотфорда», но вместо него увидели фаната в шарфе «Лутона». Мы не могли поверить в нашу удачу. Это была сбывшаяся мечта!

Мы притормозили, и он подбежал к нам. «Вы едете в Лутон, ребята?» — спросил он. «Конечно, — закричали мы. — Запрыгивай, мы подбросим тебя до Арндэйла» (торговый центр рядом с их сраным стадионом).

Бедный ублюдок был настолько счастлив, что без умолку болтал о том, как он ждет сегодняшнего матча и на какой результат надеется. Не представляю, как нам удалось удержаться от смеха. По-моему, он впервые почувствовал, что здесь что-то не так, когда мы проехали поворот на Лутон со скоростью семьдесят миль в час. И чем дальше мы ехали на север, тем молчаливее становился наш попутчик. Наконец он пропищал, хотя уже знал ответ: «Вы ведь в Лутон едете, не так ли?»

Ответ был прост: «Мы ездим в Дерьмоград только раз в году, приятель, когда там играет «Уотфорд». А сегодня ты поедешь с нами на матч «шершней». Так что сиди спокойно, помалкивай и только попробуй шевельнуться».

С его лица можно было картину писать. Он не только не увидит свою команду, его увозят люди, которые болеют за злейших врагов, и с этим ничего нельзя поделать. Поэтому мы просто игнорировали его и болтали между собой, как обычно. Бедный ублюдок вынужден был целый час слушать о том, как мы ненавидим его команду, ее стадион и местных говнюков.

Когда мы доехали до окраин Ноттингема, в девяноста милях к северу от его места назначения, то остановили машину и приказали ему проваливать, оставив шарф в качестве трофея. «Вы хотите сказать, что не отвезете меня назад в Хемел?[19]» Идиотизм этого вопроса вызывает у меня улыбку даже сейчас. Естественно, в ответ мы разразились диким хохотом и уехали, оставив его на обочине дороги.

Понятия не имею, как он добрался домой — мне плевать, — но так я еще никогда не смеялся. Выражение его лица, которое я наблюдал в зеркало заднего вида — абсолютная классика.

Эта вражда настолько важна, что стоит только футбольным болельщикам собраться вместе, как начинаются разговоры о ненависти к фанатам другого клуба и что бы они сделали с ними, появись такой шанс. Мы, болельщики «Уотфорда», не исключение. Дело в том, что с возрастом этот антагонизм по отношению к футбольным соперникам перенесся в реальную жизнь. Например, мой друг, адвокат, отказывается представлять интересы любого фаната «Лутона», потому что, как он сам объясняет: «Я скорее просру дело и прогорю».

Другой мой приятель работал пожарником. И однажды его отряд вызвали тушить горящий дом. Жильцы сумели спастись, но пламя еще полыхало. Мой друг пошел внутрь. После того как огонь на первом этаже был потушен, он начал обходить все комнаты наверху, чтобы убедиться, нет ли там очагов возгорания. Он толкнул одну из дверей, и что он за ней увидел? Плакаты «Лутона» на стене! А на кровати даже лежало покрывало с клубной эмблемой!

Естественно, мой приятель пришел в ярость и, открыв шланг на полную мощность, смыл все это дерьмо к чертям собачьим. Через несколько секунд и комната, и все, что в ней находилось, были безнадежно испорчены. Его босс разозлился, но что он мог сделать, в доме же возник пожар, как-никак. Мальчик, обитатель этой спальни, очень расстроился, и ему совсем не помог совет моего друга начать болеть за правильный клуб, а не за какое-то говно. А ведь он был прав, на мой взгляд.

Однако самая страшная история о такой вражде, которую я когда-либо слышал, настолько вопиюща, что я сомневаюсь, стоит ли ее оправдывать, даже во имя клуба. И уж точно мне не хотелось бы испытать нечто подобное. Эту историю я услышал несколько лет назад от своего бывшего сослуживца, которого я встретил на отдыхе. Если вы не в курсе, вражда между болельщиками двух футбольных клубов Глазго выходит далеко за пределы футбола. «Селтик» — производное от католической общины, а «Рейнджере» — протестантской. Как мы видели во время событий в Северной Ирландии, они не особо уживаются.

Итак, недельная смена постового, болельщика «Селтика», подходила к концу. Все это время сержант, рьяный фанат «Рейнджере», накручивал своего подчиненного, понося на чем свет стоит «Селтик». Но и этого ему было мало. За измывательством над любимым клубом последовали назначения в самые неудобные смены. Так как постовой был на два ранга ниже по службе, то ничего поделать с командиром не мог, не рискуя подвергнуться дисциплинарным взысканиям. Поэтому он был вынужден безропотно сносить издевательства. Однако в последнюю ночь болельщик «Селтика» поклялся себе отомстить за все унижения. Когда сержант прибыл на дежурство, неся в руках миску, полную макарон, наш герой уже знал, что делать. Как только подвернулась возможность, он вынул из холодильника миску, подставил ее под свой пенис, занялся мастурбацией и сэякулировал прямо в макароны. Затем все хорошенько перемешал, поставил назад на полку и уселся ждать. Ничего не подозревающий сержант опустошил миску к огромному удовольствию фаната «Селтика», который просто сидел и наблюдал за этим.

На следующее утро, перед тем как покинуть гауптвахту, болельщик «Селтика» отвел сержанта в сторонку и, поинтересовавшись, понравился ли ему ужин, выложил, какой «соус» он в него добавил. А теперь догадайтесь сами, насколько быстро бедняга освободился от содержимого своего желудка.

К счастью, подобные экстремальные истории сравнительно редки. Но факт остается фактом — жгучая страсть, сопровождающая эту вражду, — важнейшая составная часть фанатского опыта. Ненависть к «Лутону» и ко всему, что с ним связано, доставляет мне огромное удовольствие и занимает мое время между матчами. Но это очень личное. На матчах все по-другому.

Я могу выругаться про себя, если увижу кого-то в майке «Лутона» в своем городе, но не стану оскорблять его вслух. Но если я его встречу в день матча с «Лутоном» неподалеку от «Викарейдж-роуд», то, конечно, громко поглумлюсь над ним, потому что буду тогда свободен от ограничений, установленных обществом. Эта свобода — одна из причин, по которым люди ходят на футбол.

Подшучивание фанатов друг над другом не только важная составляющая атмосферы в день матча, но и просто приятная штука.

Представьте: вы сидите на домашнем секторе стадиона, болеете за свою команду и оскорбляете гостей, а на другой трибуне группа фанатов соперника занимается тем же самым. В основном это создает нужную атмосферу, но иногда она может стать враждебной или еще хуже. Что-то может произойти на поле: серьезное нарушение правил или спорное решение судьи, и настроение из веселого превращается в агрессивное. Обычно оно испаряется после финального свистка или проявляется в недовольстве и жалобах. Но по дороге со стадиона улыбки снова возвращаются на лица, а когда болельщики доходят до пабов или автомобилей, неприятности уже почти забыты. Ведь нельзя изменить то, что стало частью истории.

Проблемы начинаются, когда агрессия не исчезает и не забывается. В таких случаях она может проявить себя в чем-то другом. В этом и заключается разница между «нормальными» фанатами и хулиганами. Последние, и я в том числе, переносят вражду и страсть за пределы футбольного стадиона. Для них то, что происходит вне футбольного поля, так же важно, как и то, что происходит на нем, а репутация команды и фанатов — одно и то же. Если кто-то постарается повлиять на результат, будь то игрок или моб соперника, они постараются сохранить баланс и отомстить единственным доступным им способом. Таким образом, они переступают черту и становятся хулиганами.

Стоит только вспомнить об одном футбольном клубе из юго-восточного Лондона, чтобы понять, как далеко могут зайти хулиганы для защиты своей репутации. Если и существует клуб, ассоциирующийся с футбольным насилием, то это — «Миллуол». Даже сегодня, двадцать с липшим лет спустя, воспоминания об одном из самых вопиющих инцидентов в истории английского футбола шокируют не меньше, чем сами события, свидетелями которых стали телезрители по всей стране.

Предыстория инцидента проста. В марте 1985 года фанаты «Миллуола» отправились на «Кенилуорт-роуд»[20] на четвертьфинал Кубка Англии против «Лутона». На игру пришли тысячи болельщиков, в том числе и много хулиганов. Полиция, находившаяся в состоянии полной боевой готовности, окружила фанатов и постаралась доставить их до стадиона как можно скорее. Но трибуна для болельщиков гостей оказалась слишком маленькой и вскоре была полностью забита. Почти сразу же начались беспорядки.

Спустя несколько минут после начала матча, фанаты «Миллуола» выбежали на футбольное поле, прервав игру на двадцать пять минут. Когда матч возобновился, в различных частях стадиона начались стычки, с которыми быстро разобрались полицейские. За десять минут до конца встречи «Миллуол» проигрывал 1:0, и несколько сотен его болельщиков вновь выбежали на футбольное поле в надежде, что результат матча отменят. Они пытались пробиться через полицейские кордоны, но были остановлены дважды, прежде чем арбитр, сам полицейский инспектор, не сигнализировал об окончании игры. Как только прозвучал финальный свисток, фанаты «Миллуола» все-таки прорвались на футбольное поле и немедленно направились к ближайшей сидячей трибуне. Там они выломали сиденья и набросились с ними на полицейских. Полицейские ответили резиновыми дубинками. Лондонцы сперва отступили, но затем снова пошли в атаку. Другие болельщики «Миллуола» остались на футбольном поле, и между ними, полицейскими и стюардами разразилась шокирующая битва. Наконец фанаты начали успокаиваться, но когда их выводили со стадиона, они вновь принялись безумствовать, повредив дома и автомобили рядом с ареной и разгромив поезд, который вез их обратно в Лондон. Во время этого инцидента сорок семь человек, в том числе тридцать один полицейский, получили ранения.

Что еще хуже — происходящее снималось телевидением. Вся страна следила за событиями с открытым ртом. Сюжеты об инциденте показывались с монотонной регулярностью. В результате события того дня сформировали жуткий облик «Миллуола», от которого клуб пытается избавиться и по сей день. У такой репутации есть два ключевых последствия. Во-первых, многие нефутбольные люди, а также простые зрители продолжают думать, что хулиганизм и «Миллуол» — понятия неразделимые. Это означает, что все фанаты «Миллуола», сгарые или новые, немедленно очерняются. Во-вторых, когда «Миллуол» или любой другой клуб с подобной репутацией отправляется на выезд, отношения к его болельщикам со стороны полицейских по всей стране будет агрессивным, а местные или постараются не высовываться, или, наоборот, будут искать случая бросить вызов пришельцам, чтобы упрочить собственную репутацию. Подобное отношение не идет на пользу истинным, законопослушным болельщикам того же «Миллуола», которые просто хотят посмотреть футбол, но вместо этого полицейские обращаются с ними как со скотами, а местные фанаты всячески их оскорбляют.

Что касается моего клуба, который долгое время считался «семейным», то многих людей просто шокируют ассоциации «Уотфорда» с футбольным насилием. Когда болельщики гостей приезжают на «Викарейдж-роуд» или когда фанаты «Уотфорда» приезжают к ним, то никто не ожидает возникновения беспорядков. В большинстве случаев так оно и есть. Но, несмотря на хороший имидж, у нашего клуба всегда был небольшой процент фанатов-хулиганов, к которым когда-то относился и я. Недавно появилась новая группировка. Если она будет продолжать ездить по стране и вступать в противоборства с активными хулиганскими «фирмами», то вскоре фанаты, приезжающие в Уотфорд, будут готовы к беспорядкам и сами спровоцируют их. Это повлияет на клуб и остальных его болельщиков. Хотя проблемы возникают из-за репутации, ее еще следует обрести. Репутация, как и уважение, зарабатывается не сразу. Определенные группировки могут какое-то время быть неактивны, но зачастую, спустя какое-то время, они возвращаются к своей деятельности и дают всем понять, что все еще при делах.

Естественно, вражду нельзя привязывать к определенному месту. Она может начаться по различным причинам. Например, если в клубе или даже в городе происходит трагедия, то фанаты соперника не преминут использовать ее в качестве повода для шуток и издевок. Как вам расскажут болельщики «Манчестер Юнайтед», песни о мюнхенской авиакатастрофе 1958 года, в которой погибло много игроков и сотрудников клуба, в течение многих лет звучали на стадионах по всей стране. А в восьмидесятых над болельщиками «Лидс Юнайтед» издевались с помощью песен, утверждающих, что Йоркширский потрошитель — знаменитый серийный убийца того времени — победил местных проституток со счетом 12:0. Фанаты «Тоттенхэма», имевшие связи с еврейской общиной, часто слышали шипение, издаваемое болельщиками соперника, которое должно было напоминать о звуках в газовых камерах Аушвица. К счастью, эта издевка ушла в прошлое, хотя трагедии по-прежнему используются для провоцирования соперников.

Один из ярких примеров подобных издевок имеет отношение к двум клубам, история вражды которых является одной из самых жестоких в английском футболе. Это два валлийских клуба «Кардифф»[21] и «Суонси»[22]. Противостояние этих клубов имеет свою длинную и кровавую историю. Среди сотен инцидентов с участием фанатов обеих команд есть один, который вызывает больше вопросов, чем ответов. Главным образом из-за того, что болельщики каждого клуба относятся к нему по-разному. В хулиганских кругах этот инцидент известен как «история об уплывании».

Если вы побеседуете с болельщиками обоих клубов, то услышите сотни различных версий происшедшего. Может даже показаться, что на самом деле было два инцидента. Первый из них состоялся во время майских праздников в начале 1970-х, на валлийском курорте Берри Айленд, когда группировка фанатов «Кардиффа» напала на болельщиков «Суонси». Второй, гораздо более серьезный, произошел в конце 1980-х в Суонси.

Мне удалось выяснить следующие обстоятельства. Фанаты «Кардиффа» приехали в Суонси и, как обычно, резвились в центре города. Их «фирма» P.V.M. (Pure Violence Mob, «Моб Чистого Насилия») из города Порт Тэлбот[23] принимала в этом самое активное участие. По какой-то причине около десяти ее членов приехали отдельно и, вместо того чтобы пойти в центр, отправились на побережье. К несчастью, они наткнулись на большой моб «Суонси», который сразу же набросился на них. Несмотря на то что парни из P.V.M. храбро сражались, им пришлось зайти в море по грудь, чтобы спастись от фанатов «Суонси». Те принялись забрасывать их камнями, пока не приехали полицейские и не спасли гостей.

Хотя болельщики «Кардиффа» уверяют, что это было всего лишь незначительное поражение, в котором виновато количество, а не качество «фирмы», инцидент вскоре стал местным фольклором. Даже сейчас, больше десяти лет спустя, фанаты «Суонси» издеваются над соперниками из Кардиффа, изображая плавание кролем. Это производит желаемый эффект и вряд ли когда-нибудь забудется.

Единственная постоянная величина во всех событиях, описанных выше, — это история. У футбольных болельщиков хорошая память, а у хулиганов она еще лучше. Если что-то, происшедшее в прошлом, разожгло ненависть или вражду между фанатами двух клубов, то неизбежно в один прекрасный день кто-нибудь постарается отомстить. Можно просто завернуть за угол и получить от агрессивного фаната «Норвича», а можно попасть на станцию метро, на которой полным-полно болельщиков «Вест-Хэма». Если ты член моба и кто-то избивает тебя или обращает в бегство, ты обязан отомстить. Вот почему я уверен, что история — самая главная причина футбольных беспорядков. Трагедия заключается в том, что невозможно изменить то, что уже произошло.