Для того чтобы воспользоваться данной функцией,
необходимо войти или зарегистрироваться.

Закрыть

Войти или зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Оглавление

Автор: Понкин Игорь Владиславович

5. Оценка фактологической и иной источниковой основы Отчёта Паунда-Макларена 5.1. Размытость формулировок, излагающих сведения о фактологической и иной источниковой основе Отчёта Паунда-Макларена

В Отчёте Паунда-Макларена утверждается о «рассмотрении всех доказательств» (с. 4), об «оценке технических доказательств» (с. 5); об «обработке доказательств» (с. 6); «анализе доказательств» (с. 5), «оценке фактических доказательств» (с. 5), «анализе и подтверждении доказательств» (с. 66-67), об «аудио- и видео- доказательствах» (с. 10, 22, 119, 288), «научных доказательствах» («научных данных») (с. 10), «мощных подтверждающих доказательствах» (с. 13, 15, 202, 213, 278, 280), «достаточных подтверждённых доказательствах» (с. 15, 215, 281). Слово «доказательства» многократно употреблено в Отчёте Паунда-Макларена. Но в большинстве случаев заявление о наличии доказательств остается только лишь голословным, ничем не подкрепляемым заявлением.

При этом характерно позиционирование и презюмирование в Отчёте Паунда-Макларена чего угодно в качестве «доказательств», тогда как надлежащих, релевантных доказательств содержащихся в Отчёте Паунда-Макларена суждений о масштабах употребления допинговых средств российскими спортсменами и о роли российских властей в этом как раз совершенно недостаточно в указанном Отчёте.

Попытки извлечь из исследуемого Отчёта Паунда-Макларена, что же конкретно исследовала «независимая комиссия», не приводят к успеху. Всё сводится к невнятным перечислениям весьма разнородных позиций:

« Независимая комиссия провела множество опросов и просмотрела тысячи документов, применяла компьютерный анализ, исследовала и проверила биологические паспорта атлетов, работу атлетов и должностных лиц, соблюдение руководств по контролю и отчётности, а также возможные нарушения Кодекса. На основании опросов и анализа доказательств следователи независимой комиссии получили широкое понимание культуры и аспектов работы российской легкой атлетики» (с. 4-5).

Здесь действия («работа атлетов и должностных лиц», «соблюдение руководств», «нарушения Кодекса») перемешаны с объектами («тысячи документов»; «биологические паспорта атлетов»), с методами исследования («применяла компьютерный анализ»). Такая пересортица обычно свидетельствует либо о крайне низкой профессиональной квалификации авторов, либо, напротив, о стремлении замаскировать отсутствие реальных фактов и релевантных доказательств.

Кроме того, существенное значение имеют ответы на вопросы: «Опросы» кого именно и на каких основаниях проводила «независимая комиссия»? Какие именно документы исследовала «независимая комиссия», на каких основаниях и условиях эти документы были получены, каким образом осуществлялись оценка и подтверждение их достоверности, в какой мере и какими методами исследовались эти документы? Но ответы на такие вопросы в Отчёте Паунда-Макларена обнаружить невозможно.

Про «тысячи» никак не идентифицируемых «документов» (с. 4, 5, 67 и др.). и про абстрактные, детализированно не описываемые «доказательства» не раз повторяется в Отчёте Паунда-Макларена (с. 5 и др.).

Такая же маловразумительная компиляция представлена в следующем текстовом фрагменте исследуемого документа: «Расследование независимой комиссии было главным образом ориентировано на следующих вопросах: документальный фильм ARD, вышедший в декабре 2014 года. Он включал дискредитирующие свидетельские показания и инкриминирующие видео- и аудиозаписи, предполагающие распространенный обман, употребление допинга и коррупцию; проверка тысяч документов и опросов ряда свидетелей с целью доказательства или опровержения данных заявлений; отработка виртуальной фазы расследования значительно помогло в подтверждении многих предположений, связей и сопоставлений; оценка технических доказательств; проверка оборудования и лабораторий, используемых для целей тестирования, и методов мониторинга, включая работу сотрудников лаборатории и факторов, негативным образом влияющих на независимость мнения лаборатории; работа с доказательствами, вопросы хранения и целостности проб; регуляторные органы - протоколы мониторинга и возможные отклонения; заявления атлетов - включая соблюдение требований и неоказание содействия следователям; выявление фактов коррупции, благодаря которым по положительным результатам анализов не были приняты меры; выявление фактов коррупции в форме выплат медицинским работникам и тренерам за поставку допинговых препаратов и предоставление информации касательно применения запрещенных веществ и методов; потенциальная уголовная ответственность; подтверждение того, что тренеры и иные должностные лица, включая медицинских работников, склоняют спортсменов принимать допинг; выявление коррупции в форме предварительного уведомления о сроках и месте проведения внесоревновательного допинг-контроля; коррупция со стороны устроителей национальных соревнований, где были "лазейки", позволяющие атлетам вести недобросовестную борьбу и не прерывать прием допинга; коррупция со стороны должностных лиц и вымогательство денежных средств у атлетов для покрытия положительных результатов тестирования; а также выводы и рекомендации» (с. 5-6).

Семантически размытые формулировки и «напускание тумана» не могут заменить собой и подменить ожидаемые релевантные и убедительные доказательства. И в отсутствие последних всё это выглядит лишь как риторическое прикрытие, маскировка отсутствия реальных фактов и релевантных доказательств.

Наличествующая в Отчёте Паунда-Макларена явно неуместная патетика, типа заявления о «глобальном характере проводимых расследований» (с. 68), так же призвана замаскировать отсутствие в нём релевантных доказательств.

Не добавляют убедительности Отчёту Паунда-Макларена и фиксируемые в самом этом документе многочисленные противоречия в показаниях привлекавшихся для свидетельств лиц. Например: «В беседах с участием Виталия Степанова была дана противоречивая информация о действиях инспекторов допинг-контроля» (с. 102); «Независимая комиссия имеет противоречивую информацию о качестве и уровне оборудования второй лаборатории. В результате, никаких выводов сделать невозможно» (с. 215).