Для того чтобы воспользоваться данной функцией,
необходимо войти или зарегистрироваться.

Закрыть

Войти или зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Автор: Бримсон Дуги

Глава 6. Великая игра

Совсем недавно я познакомился с мнением, что футбол находится сегодня на той стадии своего развития, когда он вынужден воспринимать зрителей уже не как болельщиков, а как клиентов. В этом есть своя доля правды, хотя нельзя не принять во внимание одно серьезное упущение. Будучи «клиентом» некой коммерческой структуры, я всегда могу отказаться от ее услуг, если их качество не соответствует моим ожиданиям; но, будучи фанатом «Уотфорда», я могу купить сезонный абонемент только на один стадион — «Викарейдж Роуд». Я не могу от него отказаться, поскольку страстно болею за свою команду, а она проводит домашние матчи только на «Викарейдж Роуд». Получается, что у них есть монополия и на меня, и мои деньги.

Руководство «Уотфорда», конечно, прекрасно об этом знает. Оно понимает, что, как и другие клубы, «Уотфорд» обладает особым кредитом доверия. Что такие, как я, придут на этот стадион и в следующем сезоне, и через год, и так далее. При этом не нужно выбиваться из сил, чтобы радовать меня, и иногда они словно проверяют этот кредит доверия на прочность.

Сказанное выше касается не только болельщиков «Уотфорда», но и всех остальных. Ниже приведен пример, который прислал мне один известный фанат «Челси», пожелавший остаться неизвестным, так как он небезосновательно опасается ответных действий со стороны своего клуба.

Как простому болельщику «Челси», не способному купить сезонный абонемент, мне приходится приобретать билеты по системе «только на шесть матчей сразу» (билет на одну игру приобрести невозможно). Так как и эта связка билетов исчезает практически мгновенно, мне не остается ничего иного, кроме как смириться с подобным положением вещей. А ведь у многих может и не найтись в кошельке свободных 144 фунтов, так что платить приходится с помощью карточки. Добавьте к этому еще один фунт на каждый билет за оплату по кредитке.

В конце концов я рискну л написать президенту клуба Кену Бейтсу письмо, в котором пожаловался на существующую систему оплаты. В письме я спросил, чем он может оправдать то, что при оплате по кредитке люди вынуждены платить больше, хотя для клуба, конечно, это и удобнее, и дешевле (не нужно мучиться с огромными суммами наличных денег, нанимать билетеров и тратиться на охрану). В итоге какая-то мелкая сошка из администрации клуба написала мне, что при оплате по кредитке возможны случаи мошенничества и это будет стоить им целое состояние, ну и так далее. На мой взгляд, подобные объяснения — либо полный бред, либо хороший повод для спекулянтов в очередной раз взвинтить цены. Отсутствие конкуренции, вот и весь сказ. Обычная практика в бизнесе, будь она неладна.

На самом деле мне приходится покупать билеты по своей кредитке еще для шестерых людей Теперь прикиньте, в какую сумму может вылиться покупка ста сорока билетов стоимостью двадцать четыре фунта каждый. А теперь добавьте к ней еще сто сорок фунтов за использование карточки! Как же мне поступить, чтобы избавить себя от лишних потерь? Для этого мне потребуется сходить в банк, снять более тысячи фунтов, а у меня нет таких денег, но если даже вообразить себе их наличие, то я должен по крайней мере, довезти их до стадиона, предоставив тем самым возможность любому преступнику западного Лондона ограбить меня по дороге. Таким образом, я встаю перед неизбежным выбором: что лучше, наличка и риск или кредитка и переплата? Пока не знаю, но думаю, что «Челси» следовало бы задействовать больше сотрудников службы безопасности и привлекать полицию на те два дня, когда распродаются билеты. Но вместо этого представители клуба продолжают навязывать предварительный заказ билетов по телефону, которые болельщики оплачивают по своим кредиткам. «Покупайте! — кричат они. — Это всего лишь на один фунт дороже!» Омерзительно…

Так что футбол — это действительно большой бизнес, но все дело в том, что интересам клиентов здесь отводится одно из самых последних мест. Покупайте — и отваливайте. И меня это очень расстраивает.

Подобные случаи доказывают, что самые богатые клубы с наименьшим интересом относятся к желаниям фанатов. Они думают, что пока мы исправно приходим на стадион, пока денежки капают и все идет своим чередом, то и беспокоиться собственно не о чем. Многим людям действительно ничего, кроме самого футбола, не надо, но только потому, что у них никогда не хватает времени задуматься над тем, что именно они получают в обмен на свои деньги. А ведь речь идет не о содержании игры, а о качестве околофутбольных «услуг», которое ни в одном профессиональном клубе Англии не достигает приемлемого уровня. Взять, к примеру, хотя бы вечно плохие сиденья, невозможно горячий кофе в бумажных стаканах, который не то что бы пить, но и в руки-то взять невозможно, или ужасные туалеты. Но хуже всего дело обстоит с самым важным на стадионе — с безопасностью.

Когда вы проходите на территорию стадиона, можно предположить, что его администрация приняла определенные меры по обеспечению вашей безопасности. В конце концов, существуют законы, которые определяют их обязанности, а сама арена должна в обязательном порядке пройти лицензирование, в ходе которого выяснится, соответствует ли она различным правилам и предписаниям. На стадионе должны быть люди, которые укажут, где находится ваше место, там должны быть места для инвалидов, медицинский пункт, в который вы при необходимости можете обратиться, и даже пожарные на всякий случай. По сути, это во многом похоже на театр или кинозал, но с одним исключением. Среди болельщиков, покупающих билеты на футбольные матчи, есть те, кто жаждет конфликта с группой поддержки другой команды. Поэтому на стадионе в поте лица работают люди, призванные не допустить возникновения подобных эксцессов, по крайней мере, на территории стадиона.

Футбольные фанаты привыкли к виду полицейских и сотрудников стадиона, стоящих за полем, привыкли к камерам, которые скользят по трибунам. Мы также привыкли к тому, что с опасением ждем некоторых выездных матчей, окончание которых заставляет склонить голову перед выходом со стадиона. Так, на всякий случай. Да, мы давно привыкли к такому положению, но почему тогда приняли его как должное? И, что более важно, почему с ним смирились сами клубы? И кто им позволил так поступать? А ведь это было позволено не только нами, но и футбольными чиновниками, а также законом. Каждый раз, когда на стадион проходит известный хулиган или просто подозреваемый в хулиганстве, он становится угрозой для всех остальных. Это совершенно недопустимо и в любом другом развлекательном бизнесе было бы запрещено. Но в футболе позволено. Почему? Может быть, потому, что Комиссия по лицензированию попросту боится принимать жесткие меры? Или вина должна лечь на местные власти, которые не желают принимать законы, опасаясь последствий? Разве кто-нибудь допустил бы существование «Макдоналдса», если бы его клиенты постоянно устраивали проблемы местному населению и полиции? Естественно, нет; его бы непременно прикрыли, обязав решить эту проблему. Точно так произошло бы и в случае с пабом или ночным клубом. Но почему футбол должен быть исключением?

Лично я считаю, что со временем футбол сумел убедить всех в том, что когда-то прозвучало в разговоре между Маргарет Тэтчер и Тэдом Крокером: «Хулиганство — проблема не футбола в частности, а общества в целом». Увы, благодаря сказанному функционеры АФА стали оправдывать свое нежелание участвовать в поиске решения этой проблемы и с радостью избавились от этой ответственности, переложив ее на плечи полиции. В результате многие люди, мечтавшие о том, чтобы Англия приняла у себя чемпионат мира 2006 года, продолжают упорствовать в этом заблуждении и иногда даже искренне верят в то, что говорят. Сразу же после ЧМ-98 я принял участие в одной радиопередаче, где моим оппонентом был сэр Джефф Херст. Он тогда радостно объявил, что на Евро-96 вообще не было никаких беспорядков. И раз уж это сказал настолько уважаемый человек, как сэр Джефф, значит, так оно и было. А те беспорядки, что произошли на Трафальгарской площади после матчей с Шотландией и Германией — не более чем плод моего воображения.

То, что футбол оказался в таком положении, не должно удивлять, поскольку для ситуации, когда проблему хулиганства не удавалось решить годами, это было вполне логично. Если ты не можешь решить проблему-переложи ответственность на кого-нибудь другого. Футбольные функционеры просто наблюдали за развитием хулиганства, а когда в 1960-х произошел настоящий взрыв, то к началу нового десятилетия они не придумали ничего лучшего, кроме как засадить нас в клетки. Они продолжали ломать дрова даже после того, как английские клубы были отстранены от участия в европейских турнирах, а премьер-министр и вовсе не нашел ничего лучшего, как выразить серьезные сомнения в том, что у профессионального футбола 80-х есть будущее. Но и без того все равно ничего не было сделано. Лишь после «Хиллсборо» что-то начало медленно изменяться, да и то силами правительства, разработавшего соответствующие законопроекты. Но даже тогда было много людей, понимавших, что, по крайней мере, в первом дивизионе можно сделать огромные деньги, если вовремя спасти свою задницу и выстроить правильную маркетинговую политику.

На уровне первого дивизиона эффект, вызванный действиями правительства, был огромен. Клубы стали выдворять нарушителей порядка со стадионов на улицы, и функционеры АФА теперь могли обоснованно говорить о том, что хулиганство не имеет никакого отношения к футболу. Но никто не обратил внимания на один простой и неоспоримый факт: хулиганство существует потому, что ему позволено существовать под флагом конкретного клуба.

И пока клубы не поймут этого, проблема футбольного хулиганства не будет разрешена до конца. Однако изменения к лучшему начнутся тогда, когда клубы возьмут на себя ответственность за поведение своих фанатов (или клиентов), как хорошее, так и плохое, поскольку оно влияет на имидж не только клуба, но и футбола в целом. И если фанаты переступают грань, то разбираться с ними должны не только полицейские, но и сами клубы. А это намного проще, чем кажется, поскольку у клубов есть мощнейшее оружие: они могут не допускать хулигана на стадион.

У входа во многие ночные клубы можно увидеть объявление: «Администрация оставляет за собой право отказать в посещении без объяснения причин». Обычно это право реализуется охранником, который не пропустит вас, если ему не понравилось, как вы выглядите. А если вы оказались в клубе и переступили там через определенную грань, то вас просто выкинут из этого заведения и никогда туда больше не пустят. Схема очень проста и, как правило, срабатывает. Так почему бы не применить ее к футболу? Если одни и те же хулиганы год за годом сидят на одних и тех же секторах и их контролируют одни и те же полицейские, то почему их продолжают пропускать на стадион? Если в полиции каждого города есть специальный сотрудник, который ездит с клубом в другие города и сообщает местным полицейским, кто из приезжих фанатов является хулиганом, то почему бы не снабдить данной информацией сами клубы, чтобы они больше не пускали этих людей на стадионы? Ни у кого нет неотъемлемого права присутствовать на стадионе. И не важно, помните ли вы матч в Рочдейле на Кубок Чего-Нибудь шесть лет назад во вторник или что у вас попросту есть билет.

Не сомневайтесь в том, что это сработает. Если лишить хулиганов возможности посещать матчи их клуба, то они вряд ли продолжат устраивать беспорядки. Есть множество примеров, когда хулиганы бросали это занятие после принятия подобных мер.

Лучше всего это можно проиллюстрировать примером из Шотландии, где два ведущих клуба из Глазго — «Селтик» и «Глазго Рейнджере» — решили проблему хулиганства именно таким образом. В итоге беспорядки на матчах этих клубов стали редкостью. Хотя они иногда и случаются, поскольку некоторым бузотерам все-таки удается, пусть и изредка, просочиться на стадион.

Насколько я понимаю, причина бездействия большинства клубов проста: деньги. При определенных усилиях можно добиться от крупного клуба, чтобы он запретил посещение стадиона некоторым хулиганам, поскольку все равно на их место придут новые. Но разве небольшие клубы-такие, как «Уолсол» или «Бристоль Ровере» — могут себе это позволить? Разве станут они рисковать деньгами за десять, пятнадцать и тем более пятьдесят сезонных абонементов в надежде на то, что появятся другие фанаты? Конечно, нет. Поэтому руководители клубов продолжают экономить на безопасности. Не на своей, конечно, поскольку тогда проблему решили бы много лет назад, а на безопасности рядовых болельщиков.

А что, если однажды какой-нибудь фанат подвергнется нападению человека, которого и клуб, и полиция подозревали в причастности к хулиганству, а затем пострадавший подаст в суд, обвинив клуб в ненадлежащем исполнении своих обязанностей по обеспечению безопасности? Или даже на местные власти, которые выдали лицензию клубу, хотя он был явно не в состоянии обеспечить безопасность на стадионе? Я не знаю, чем может закончиться такое дело, но шуму оно обязательно наделает, даже если не дойдет до суда. Тогда любой клуб, среди фанатов которого много хулиганов, окажется под серьезным прессом и даже, в чрезвычайной ситуации, может быть закрыт.

Главная глупость, допускаемая клубами, состоит в том, что они продолжают пускать хулиганов на свои стадионы, но при этом вынуждены платить огромные деньги полиции. Какой в этом смысл?

Все это доказывает лишь одно: руководителям клубов нет дела до обычных болельщиков. И это выражается в нежелании решать не только проблему хулиганства, но и многие другие вопросы, которые возникли в последнее время. Есть некая ирония в том, что болельщикам приходится надеяться на людей, чьи намерения вызывают, как минимум, некоторые вопросы. Например, нашим мнением кто-нибудь интересовался, прежде чем продать все права на трансляции телекомпании «Скай»? Черта с два. Но зато они продолжают надеяться, что мы будем и дальше посещать матчи своих клубов, даже несмотря на то что игры с их участием будут показаны по телеканалу «Скай Спорте». И кому какое дело, пришлось ли нам отпрашиваться с работы, чтобы попасть на этот матч? А спрашивал кто болельщиков, когда их клуб выставляли на продажу? Тоже нет. Да и зачем, когда можно сделать столько денег?

Естественно, случались и эпизоды, когда клубы принимали решения, с которыми не могли смириться даже самые преданные болельщики. Можно привести множество примеров таких решений, но самым ярким из них, которое показывает, насколько дельцы от футбола не уважают фанатов, является идея слияния клубов. Что еще может сильнее разозлить болельщиков, чем сама мысль усадить их на один сектор с ненавистными соперниками? Однако не раз и не два раздавались призывы так поступить. Наиболее предсказуемые варианты — это слияние «Ридинга» с «Оксфордом» и «Сток Сити» с «Порт Уэйл». Какой-то полоумный даже хотел объединить «Уотфорд» с «Лутоном». А президент «Олдэма» Иэн Скотт даже предлагал объединить свой клуб с «Бьюри» и «Рочдейлом», организовав единый «Манчестер Норт Энд». С недавних пор все заговорили об объединении двух клубов из Шеффилда-«Уэнсдей» и «Юнайтед». В данном случае не важно, что с финансовой, да и с футбольной точки зрения это будет всем выгодно. Однако футбол — слишком эмоциональный вид спорта, чтобы клубные деятели проделывали такие вещи. Уже одно только обсуждение подобной перспективы — страшное оскорбление чувств преданных болельщиков. Когда же им окончательно надоест терпеть происходящее, то у их клубов возникнут настоящие проблемы. Футбольные фанаты могут знать очень много, просто до поры до времени не лезут во все это — пару сезонов назад два чиновника из «Лидс Юнайтед» убедились, что не стоит кусать руку, которая не только тебя кормит, но и может дать сдачи.

В то время как клубы не обращают никакого внимания на наши пожелания, футбольные чиновники относятся к нам с нескрываемым неуважением. Но если футбол существует в том числе и на наши деньги, где же тогда наше влияние на него? Почему у нас нет рычагов влияния, с помощью которых мы могли бы решать возникающие вопросы и проблемы? Даже в супермаркете есть отдел по работе с клиентами, а здесь? Ассоциация футбольных болельщиков, существующая в основном на пожертвования, несмотря на свои самые благие намерения, очень мало чего добилась, если не считать появления представителей этой Ассоциации на самых престижных соревнованиях. А готовы ли они вступиться за вас, если, не дай Бог, возникнет конфликт с работниками стадиона в Брэдфорде или с полицией в Бирмингеме? Не думаю. Но даже если и вступятся, то разве клуб к ним прислушается? Если же у вас действительно произошла такая неприятность, то единственный шанс — позвонить на радио и попросить кого-нибудь разобраться в случившемся. Но только есть ли у этого радио реальная сила? И нужно ли ему это? Думаю, что не особенно, если только речь не идет об увеличении рейтинга или доходов от рекламы.

Следовательно, надо что-то менять. Мы должны иметь возможность напрямую общаться с клубом и, если нас что-то не устраивает, идти в Футбольную ассоциацию и выдвигать свои требования. Но пока мы не можем этого сделать, поскольку нет таких механизмов. Именно поэтому появились анархистские фанатские журналы, однако, с другой стороны, по той же причине появляется все больше независимых клубов болельщиков, где они могут высказать свое мнение. Правда, в большинстве случаев к нему никто не прислушивается, но можно хотя бы душу излить.

Помимо Ассоциации футбольных болельщиков, существует еще одна организация, призванная решить проблему взаимодействия клубов и болельщиков — Футбольная комиссия. Хотя правильнее будет сказать «существовала», поскольку блестящая в принципе идея погибла в тот самый момент, когда организацию возглавил Дэвид Меллор. Таким образом, «голос простого болельщика» исчез из нашей жизни как явление. Одной из самых серьезных проблем Меллора является то, что он так занят продвижением Дэвида Меллора, что забывает о концепции Комиссии. Со временем он вообще перестал появляться на собраниях, аргументируя это тем, что у него «важные встречи», и в итоге потерял доверие болельщиков. А без их поддержки он был никем. Но это только одна из проблем Комиссии. На мой взгляд, не меньшей ее проблемой была одержимость вопросами расизма и правами инвалидов. Это, конечно, важные вопросы, но разве они затрагивают всех болельщиков? Я так не думаю. А вот хулиганство — это действительно серьезный вопрос, и если бы Меллор или любой из его друзей потратил время на попытки заставить Футбольную ассоциацию заняться данной проблемой, я бы первым начал петь им дифирамбы. Но нет, они были слишком заняты, выясняя, почему же в английском футболе нет игроков из Азии, а на вопросы о хулиганстве ответ был один: «Мы делаем только то, что нам говорят делать». Бред. В очередной раз плавание в русле политкорректности закончилось тем, что пострадало большинство.

Конечно, пора бы ко всему этому уже привыкнуть — и многие, к сожалению, действительно привыкли. Мы преданы нашим клубам и футболу, но они к нам, увы, безразличны. Футбольная ассоциация любит кричать о преданности, традиции и истории, когда ей это нужно — например, когда хочет получить право принять очередной чемпионат мира или перестроить главный стадион страны против нашей воли. Но сейчас самое время уделить нам немного внимания. Противно видеть, как обходятся с футболом и его поклонниками, и пора бы уже кому-нибудь навести порядок. Речь не идет об одних лишь только хулиганах. Например, Футбольная ассоциация должна разбираться с людьми, которые приходят в клуб, выжимают из него все соки, затем уходят из него, прихватив, как правило, круглую сумму, и в конечном счете не оставляют фанатам ничего, кроме угрозы ликвидации клуба. Такое происходит все чаще и чаще, и рядовые болельщики все чаще и чаще собираются вместе, чтобы спасти клуб. Но это неправильно. Именно Футбольная ассоциация должна следить за тем, чтобы клубы не оказывались в такой ситуации.

На поле также происходят грустные вещи. Игроки раз за разом позволяют себе такое, за что меня или вас тут же бы вышвырнули со стадиона. Известны случаи, когда они оскорбляли болельщиков, даже нападали на них, а некоторые их действия вполне могли бы квалифицироваться в суде как подстрекательство к нарушению общественного порядка. Игроки стали нередко симулировать, к тому же они давно перестали проявлять должное уважение к судьям, а в низших лигах на арбитров матчей даже нападают. И очень часто ни со стороны клубов, ни со стороны Футбольной ассоциации не следует никаких санкций.

Поведение игроков и тренеров стало одним из самых неоднозначных околофутбольных вопросов.

Если вы или я оказались бы участниками тех скандалов, которые возникают вокруг них, нас бы тут же уволили, а они уже в следующем туре как ни в чем не бывало появляются на поле. Подобное положение дел отражается не только на футболе и на клубах, но и на всех нас. Далекие от футбола люди читают в газетах о выходках некоторых игроков и утверждаются во мнении, что в футбол играет всякое отребье, а смотрят его одни дебилы. Но непохоже, чтобы кто-то был готов призвать игроков к ответу.

Более того, после дела Босмана, когда для футболиста стало проще простого перейти из одного европейского клуба в другой, закончились времена, когда игрок был предан одному клубу. До этого момента футболистов воспринимали как обычных ребят, делающих необычную работу. Теперь в них стали видеть лишь профессионалов, которым к тому же и очень хорошо платят. Их преданность клубу определяется теперь только зарплатой и контрактом, а иногда и контракт им не указ. Конечно, есть исключения, но обычно игроки уходят туда, где им больше платят. Все это кажется им замечательным и справедливым. В конце концов, мы бы тоже так делали, если бы были на их месте. Но если они хотят, чтобы их считали профессионалами и относились к ним соответствующим образом, то они должны вести себя как профессионалы. Они должны принять стандарты поведения, которые включают в себя отношения с клубом и фанатами этого клуба. Если игроки «Уотфорда» зарабатывают огромные деньги, то я хочу, чтобы они каждый раз выкладывались на сто десять процентов. На поле я большего от них не требую. Зато я не хочу видеть их фотографии в таблоидах. Но если уж так получилось, то они могут хотя бы извиниться за то, что бросают тень на репутацию клуба; а если они считают подобное требование неприемлемым, то их нужно увольнять. Без отступных, просто взять да и отправить на все четыре стороны. ФИФА стоит разработать схему, когда игрок, уволенный из клуба, официально остается при нем, и его контракт будет действовать до тех пор, пока он не найдет себе другой клуб, чтобы старые и новые владельцы договорились о сумме трансфера. Тогда клуб, уволивший игрока, не потеряет слишком много.

Если такую схему воплотить в жизнь, то вполне возможно, что мы бы стали свидетелями возрождения старых ценностей, в первую очередь — гордости и уважения. Но, как ни печально, это вряд ли возможно. Дела могут пойти еще хуже. Сейчас в этом бизнесе вертится множество жадных до денег агентов, и футбол оказался в такой ситуации, когда игроки сами определяют, в каком клубе они будут играть. Более того, самый успешный клуб в стране позволил себе покинуть самый престижный кубковый турнир в мире по каким-то финансово-телевизионным причинам*. И снова решение было принято, а на мнение обычного болельщика, как всегда, никто не обратил внимания. Как и большинству простых фанатов, мне остается лишь вопрошать: «Что за херня такая?»

* Имеется в виду «Манчестер Юнайтед», снявшийся в январе 2000 года с Кубка Англии из-за участия в первом клубном чемпионате мира, проводимом в Бразилии. Бесславного, кстати, участия. В то же время правительство страны и Футбольная ассоциация Англии очень рассчитывали на благоприятный исход этого турнира для «Юнайтед», чтобы с его помощью получить дополнительный козырь в борьбе за право проведения чемпионата мира 2006 года. Так что автор книги, не испытывающий особых симпатий к «Юнайтед», немного лукавит.

Может показаться, что все это не имеет особого отношения к проблеме хулиганства, но на самом деле происходящее имеет к ней самое прямое отношение. Дело в том, что, если мнения и пожелания обычных фанатов игнорируются слишком долго, может произойти взрыв возмущения, который затем оборачивается лютой злобой. Возникнут разногласия, и в какой-то момент люди перейдут грань, бросившись на кого-нибудь с кулаками. И тогда простой человек, которого сильно задело происходящее с его любимым клубом, превратится в хулигана. Такое случалось тысячи раз и произойдет еще, пока к нам не начнут прислушиваться. Но, что еще более важно, хулиганы будут планомерно использовать недовольство обычных фанатов для того, чтобы усиливать беспорядки.

Вопрос взаимоотношений с болельщиками необходимо решать, пока они еще ходят на стадионы. По-моему, надо не миллионы фунтов тратить, пытаясь получить право принимать чемпионаты, а для начала разрешить проблему, которая уже больше века стоит перед футболом, продолжая оказывать непосредственное влияние на всех приходящих на стадионы. И, если это произойдет, некоторые болельщики, возможно, поверят, что футбольным чиновникам интересно наше мнение, а не только то, сколько денег они могут из нас выжать.

Правда, я сомневаюсь, что это когда-нибудь случится. Футбол давно забыл о морали и тонет в море жадности. Слишком много развелось руководителей, которые думают лишь о том, как заработать побольше, ничего не потратив. Есть игроки, которые вряд ли смогут правильно написать слово «преданность», не говоря уже о том, чтобы объяснить его значение, а сам футбол стал игрушкой в руках австралийского телемагната*. Но если что-то и может показать, насколько все ужасно, так это ситуация с клубом, за который я в свое время болел. Этот клуб был готов заступиться за человека, который на следующий день после заявления со стороны Футбольной ассоциации о том, что она готова бросить все силы на борьбу против насилия над детьми, был отправлен в тюрьму за сексуальное преступление против ребенка. Что в ответ на это могли подумать не только дети и родители, но и обычные фанаты? Почему один клуб увольняет сотрудника за употребление наркотиков, а другой нанимает человека, который стоит на учете в полиции уже десять лет? Неужели футбольные функционеры так жаждут успеха, что готовы простить любой проступок? Я всегда думал, что покупка «Уотфордом» Керри Диксона из «Миллуола» — самый неприятный сюрприз, который может преподнести фанатам клуб, но от вышеуказанного просто руки опускаются. Буквально все фанаты, с которыми мне удалось побеседовать, негодовали, но ничего не могли с этим поделать.

* Имеется в виду Руперт Мердок, владелец компании «Скай Спорте», не только монополизировавший футбольные трансляции, но и вознамерившийся приобрести один из гранд-клубов. Когда болельщики «Манчестер Юнайтед» узнали о его намерениях, Англию сотрясли массовые демонстрации протеста, продолжавшиеся в течение длительного времени.

Самое неприятное для нас, болельщиков, что если бы в любом другом бизнесе так относились к клиентам, то те просто бы развернулись и ушли. Ну а мы так не можем, потому что слишком любим футбол. И функционерам АФА это прекрасно известно, поэтому они нас используют, смотрят на нас свысока и, не задумываясь, подвергают риску получить серьезную травму, когда мы покупаем билет или входим на «их» стадион. Мы вынуждены смотреть со стороны, как они используют деньги от «Скай-ТВ» для латания очередных своих дыр, надеясь на то, что день, когда денег не станет, не наступит никогда. Но мы-то знаем, что этот день и час все ближе и ближе. Да, знать-то мы знаем, хотя ни черта не можем с этим поделать.