Для того чтобы воспользоваться данной функцией,
необходимо войти или зарегистрироваться.

Закрыть

Войти или зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Автор: Бримсон Дуги

Глава 4. Темные времена

Я не ошибусь, если скажу, что с 1979 года казуалы стали тем, что мы понимаем под футбольным насилием. Меня всегда поражало, почему столь распространенной и жестокой культуре уделялось так мало внимания. Одной из причин этого является отсутствие ответа на вопрос: кто такие казуалы? Все тонет в версиях. Нет единого мнения даже об истории их возникновения.

Лично для меня культура казуалов основывается на двух вещах: футболе и манере одеваться. В день матча я надевал свой самый клевый прикид и отправлялся на «Викарейдж Роуд» или какой-нибудь другой стадион, а на следуюпдай день опять становился номером Р8123790, капралом Д. Брим-соном, воплощением респектабельности. В глазах других неотъемлемой частью культуры казуалов являлась музыка — северный соул, группа Motown и джаз-фанк (в последующие годы — электронная музыка, но эту тему мы опустим). Для меня, не просто завсегдатая ночных дискотек юго-востока Англии, но к 1982 году еще и диджея, два раза в месяц игравшего в соул-клубе близ Оксфорда, два подобных подхода к пониманию казуальной культуры представляются совершенно разными. Я никогда сознательно не связывал музыку и футбол и до сих пор этого не делаю. Но даже сейчас, двадцать лет спустя, не утихают споры о влиянии, которое оказывает на фанатов музыка. У меня же нет желания углубляться в такую тему, поскольку есть множество людей, которые могут рассказать об этом куда лучше, чем я.

Много споров вызывает история появления казуалов — как возникла эта культура, или, точнее, кто стал ее родоначальником. Фанаты лондонских клубов, особенно «Челси», утверждают, что именно они начали одеваться «неброско, но стильно», чтобы не привлекать внимания полиции на стадионе. С этим утверждением сложно не согласиться, поскольку я своими глазами видел сделанные в 1979 году фотографии фанатов лондонских клубов в одежде для гольфа. А еще я видел снимки, свидетельствующие о том, что некоторые столичные болельщики носили джемперы на пуговицах с коротким рукавом и облегающие велосипедные куртки. Мне, как выходцу с юга, больно это признавать, но наиболее вероятными родоначальниками этой культуры — по крайней мере, в области одежды — являются фанаты «Ливерпуля».

В середине 1970-х — благодаря The Beatles, Джимми Тарбаку и Силле Блэк — у ливерпульцев была репутация людей хороших и дружелюбных. Но при этом любой болельщик знал, что среди фанатов «Ливерпуля» и «Эвертона»* затесались самые жестокие и бесстрашные хулиганы в стране. Они очень любили носить с собой ножи, временами пуская их в ход, а также участвовать в грабежах, которыми раз за разом стали отмечаться путешествия ливерпульских фанатов. Когда в 1983 году «Уотфорд» принимал «Эвертон», они ограбили всех продавцов программок. Оказавшись вместе с «Ливерпулем» за границей, его фанаты взяли за правило воровать дорогие дизайнерские вещи, причем не только для себя, но и для продажи в Англии.

* Еще один ливерпульский футбольный клуб.

В 1980 году возник новый стиль. Его популярность росла настолько быстро, что буквально по всей стране люди принялись скупать вещи из спортивных магазинов, теннисных и гольф-клубов-тогда же получили распространение лейблы FILA, Pringle, Ellesse, Tacchini, Diadoran Lacoste. По иронии судьбы, этот стиль напрямую противоречил духу казуалов. Во времена Маргарет Тэтчер, когда она заходилась криком «только свое, свое, свое!», ношение краденой одежды воспринималось как своего рода демонстрация неприязни к культу богатства. То есть купить броскую вещь или, по крайней мере, отдать за нее много денег — значило поддаться моде и, следовательно, стать тупым потребителем. Интересный случай рассказал мне в свое время Пэт, фанат «Челси», живущий в Центральной Англии.

Году этак в 1980–1981 мы с друзьями отправились поболеть за «Челси» на «Энфилд Роуд»*. Полицейские довели нас от автобусов до паба, который был заказан специально для нас. Он был расположен наверное, совсем недалеко от центра города поскольку не успели мы выпить первую кружку, как туда зашли двое местных.

* Овеянный изрядно потускневшей ныне славой стадион клуба «Ливерпуль».

Им было лет тринадцатъ-четырнадцать, и у одного из них в руках были какие-то странные листы бумаги Оказалось, что это фотокопии каталогов с различными вещами из гардероба казуала — они были готовы украсть понравившиеся нам вещи, чтобы потом продать за полцены Я тогда обзавелся парой джемперов Lyle Scott и тренировочными штанами Nike, а после игры, которую мы в очередной раз проиграли был вполне доволен И они еще удивляются, почему все считают ливерпулъиев ворюгами?

В начале 1980-х самым важным для фаната была одежда. Если вы появлялись на стадионе в шмотках «неправильной» марки или даже просто надевали то же самое, что и на прошлый матч, то неизбежно становились объектом насмешек. Приверженцы определенных клубов и даже жители определенных графств одевались в едином стиле или просто носили продукцию одной фирмы, так что по одежде человека можно было определить, за кого он болеет. Лондонцам, например, очень нравились белые тренировочные штаны. Тогда очень важно было перещеголять соперника. Стиль менялся чуть ли не каждую неделю, и за несколько дней популярный лейбл мог превратиться в совершенно немодный. И уже очень скоро лондонцы стали поносить приезжих болельщиков за безвкусную одежду. Необходимо учесть, что в те времена север страны сильно отставал по уровню жизни от юга.

Пресса не сразу отреагировала на появление нового стиля в одежде, но одним из первых, кто понял, что происходит, был музыкальный журналист Гарри Бушелл. Он назвал столь трепетно следящую за модой молодежь «Гербертами», но это название быстро исчезло, уступив место слову «казуал». Затем такие журналы, как The Face, стали много писать о культуре казуалов. Хотя The Face писал больше о музыке, многие его статьи были посвящены именно казуальной моде. В журналах часто публиковались письма болельщиков, в которых речь шла о «шике на трибунах», а также о фанатах других клубов, которые не умеют одеваться.

Цены на вещи модных марок были иногда заоблачно высокими, но только не для фанатов. Потратить весь недельный заработок на куртку было в порядке вещей. В итоге возникла еще одна проблема, причем не у полиции или чиновников, а у самих болельщиков. В те времена не было ни одного из них, кто бы не знал, что такое «таможня». Она стала настоящим проклятием для путешествовавших по стране фанатов. Все было очень просто — у выездной публики крали одежду. И если вы следили за модой, то могли остаться если не голым, то почти голым. А поскольку деньги тоже воровали, возвращение домой превращалось в проблему. В результате фанаты отправлялись обратно на перекладных, испытывая при этом страшное унижение.

Для полиции прибытие казуалов всегда оборачивалось головной болью. Теперь фанаты уже не ходили в шарфах и майках, и нельзя было с первого взгляда определить, за какой клуб они болеют. Единственное, что можно было сделать — остановить их и выяснить, но далеко не всегда это удавалось, особенно если группа фанатов была многочисленной.

Появление культуры казуалов изменило не только внешний облик хулигана, но и образ его мыслей. Одетые в дорогие вещи, они начинали думать, что должны быть и во всем остальном гораздо круче других. В итоге казуалы стали ездить отдельно от обычных фанатов и все чаще и чаще брали в аренду микроавтобус или фургон. Зачастую такой транспорт {приобретший впоследствии название «боевые машины») собирался в колонны, способные растянуться на сотни метров. Для полиции это стало серьезной проблемой, поскольку она могла возникнуть где угодно, а контролировать такие колонны было очень сложно. В начале восьмидесятых некоторые группировки использовали иной вид транспорта, причем с одной-единственной целью. Мне рассказывали, что фанаты «Лутона» частенько отправлялись на выезды в фурах, чтобы незаметно подъехать к какому-нибудь местному пабу, вывалиться целой ордой из кузова и броситься в атаку. Я не знаю, правда это или нет, но из других источников мне стало известно об инциденте, происшедшем в 1982 году, когда подобному нападению подвергся любимый паб саппортеров «Бирмингем Сити».

Фанаты, путешествующие колоннами, устраивали беспорядки не только там, где проходил матч, но и во многих местах, где они останавливались по дороге. Мой город находится примерно в часе езды от столицы, и в нем очень любили останавливаться болельщики, ехавшие с субботних лондонских матчей. Высадившиеся фанаты «Эвертона» всегда отправлялись в определенный паб, что раз за разом оборачивалось конфликтом с нашими парнями, многие из которых примерно в то же время возвращались домой с игр против «Челси», «Тоттенхэма» или «Арсенала».

Однако далеко не все пересели в фургоны и микроавтобусы. «Футбольные поезда» продолжали пользоваться огромной популярностью. К тому времени вандализм в вагонах стал обычным явлением, и довольно часто поезд задерживали, пока транспортная полиция не поймает тех, кто принимал участие в разгроме. По прибытии обратно в редком вагоне оставалась хотя бы одна неразбитая лампочка. В 1980 году компания British Rail запретила употребление алкоголя в «футбольных поездах». В ответ фанаты стали пользоваться обычными электричками, однако железнодорожные власти оказались еще хитрее. Они распространили этот запрет на все поезда, в которых могли оказаться болельщики.

Ситуация на трибунах становилась все хуже — начинались самые черные для футбола дни. Шестого сентября 1980 года смертельное ножевое ранение получил семнадцатилетний болельщик «Мидлсбро». Это случилось возле стадиона «Эйрисам Парк»* роенных хулиганами «Шеффилд Уэнсдей», была прервана на двадцать девять минут игра в Олдэме — тогда тренеру «Олдэм Атлетик» Джеку Чарльтону, пытавшемуся успокоить фанатов, попали камнем по голове. Сначала противоборствующие сто-во время драки между фанатами «Мидлсбро» и «Ноттингем Форест». В тот же день из-за беспорядков, устроны забрасывали друг друга камнями и монетами, а потом, прорвавшись через заграждения, устроили драку на поле. В итоге пострадало двадцать человек, в том числе и несколько полицейских.

* Речь идет о старом стадионе клуба «Мидлсбро», построенном еще в 1903 году. Начиная с 1995 года команда выступает на новой арене, получившей название «Риверсайд Стэдиум».

Но больше всего опасений в то время вызывали фаны «Вест Хэма». В том же сезоне они устроили серьезные беспорядки на матче в Ньюкасле, которому было суждено войти в историю благодаря первому случаю использования бутылок с зажигательной смесью (ее, кстати, бросили фанаты «Ньюкасла», а не «Вест Хэма»). В тот день, когда был убит болельщик «Мидлсбро», а фанаты «Шеффилд Уэнсдей» устроили беспорядки в Олдэме, «ВестХэм» отправился на «Стэмфорд Бридж»*, где в результате столкновений были арестованы сорок два человека.

* Стадион лондонского клуба «Челси».

К этому времени хулиганские группировки стали более организованными. В 1970-х при планировании выезда речь шла только о самой поездке и выборе паба, а драки в большинстве случаев вспыхивали сами собой. Но с наступлением эры казуалов хулиганы стали заранее готовить будущие столкновения. Если были известны номера телефонов лидеров других группировок, то им звонили и договаривались о драке (впоследствии хулиганы стали использовать в этих целях такие журналы, как Sounds, помещая туда объявления, в которых указывалось, где и когда их можно найти в день матча). Помимо всего прочего стратеги из числа фанатов стали все чаще использовать дозорных — молодых ребят, которые выслеживали группировки противника и докладывали об их местонахождении своим лидерам. Многие считали, что в Лондоне действовал специальный отряд «Вест Хэма», состоявший из парней, разъезжавших на мопедах по всему городу, собирая и передавая нужную информацию.

Применяемая тактика варьировалась в зависимости от ситуации. Среди фанатов «Манчестер Юнайтед» и «Челси» было столько хулиганов, что они просто наводняли всю прилегающую к стадиону территорию в ожидании противника. На выездах «Челси» пользовались следующим методом: они уезжали из города после матча, но через несколько часов возвращались, чтобы напасть на местных фанатов в пабах и клубах. «Вест Хэм» по-прежнему предпочитал проникать на трибуны противника, и среди них было довольно много желающих, которым хватало смелости — или глупости — проделывать это на каждом матче. Что же касается фанатов «Миллуола», то они по старинке внушали всем ужас.

Хулиганы все чаще стали использовать различное оружие, но и в этом плане не обошлось без нововведений. Естественно, авторами главного сюрприза стали фанаты «Миллуола» — они изобрели так называемый «миллуольский кирпич». Обычную газету сминали особым образом, затем опускали в воду, после чего давали высохнуть на солнце — в итоге бумага становилась твердой, как кирпич. Если зажать такой «миллуольский кирпич» в руке, то эффект от его использования будет не хуже, чем от удара кастетом. «Изюминка» этого изобретения состояла в том, что данную вещь можно было изготовить прямо на стадионе, избегая возможных проблем при обыске.

Еще одно часто использовавшееся оружие — это «двойной» канцелярский нож. Между двумя лезвиями вставляли спичку, а потом скрепляли полученное клейкой лентой. Такие ножи оставляли сразу две раны, которые не могли нормально затянуться из-за того, что порезы располагались слишком близко друг к другу, и в итоге на коже оставались чудовищные шрамы. Чаще всего пытались нанести скрытую рану ниже спины — тогда жертва не только не могла сидеть неделями, но и пыталась скрыть это повреждение. Широко применялись и металлические шарики, к которым приклеивались мелкие острые детали, а также набитые камнями пачки из-под сигарет, равно как и пульверизаторы с нашатырным спиртом. Некоторые хулиганы пользовались метательными снарядами в виде горстей щебня и подшипников. Когда начинались беспорядки и появлялась конная полиция, все это также летело под копыта лошадям.

Власти же были больше всего обеспокоены тем, что казуалы становились чуть ли не культовыми личностями. Да, они действительно привлекали людей, и число хулиганов неуклонно росло. На стадионах были установлены камеры слежения, но многие клубы считали, что фиксация всего происходящего на пленку не оправдывает затраченных на нее денег. «Вест Хэм» был одним из первых клубов, начавших использовать камеры, но, как ни странно, снятых с их помощью участников беспорядков просто выводили со стадиона, а не задерживали.

В 1982 году произошло другое трагическое для футбола событие — был убит еще один фанат. В сентябре же 1981 года во время драки между фанатами «Манчестер Юнайтед» и «Тоттенхэма» один болельщик умер от удушья. А уже в мае 1982 года, после игры «Арсенала» с «ВестХэмом», смертельное ножевое ранение получил фанат «Арсенала». Страшно сказать, но к его груди была приколота визитная карточка со словами: «Поздравляем, вот вы и познакомились с ICF». Естественно, пресса раструбила об этом случае на всю страну, и через несколько дней практически у каждой группировки появилась своя визитка.

В тот день фанаты «Вест Хэма» подготовили масштабные выездные акции, направленные против земляков, болельщиков «Арсенала». Проникнув на трибуну «Норт Бэнк», они первым делом взорвали дымовую шашку. Поскольку в это время Ирландская Республиканская армия угрожала Англии терактами, возникла паника. Для хулиганов «Вест Хэма» начавшаяся давка стала сигналом, и они ринулись на врага. Фанаты «Арсенала» все-таки сумели перегруппироваться, однако их противник к тому времени уже был охвачен плотным кольцом полицейских. Впрочем, как бы то ни было, трибуна хозяев поля была захвачена. Осуществила эту акцию группировка ICF, одержавшая тем самым еще одну победу.

После серьезных беспорядков, имевших место в день матча «Челси» — «Дерби Каунти», Футбольная ассоциация запретила продавать билеты на выездные матчи «Челси» в день игры. Хотя это решение впоследствии было отменено, новые беспорядки на домашней игре пятого раунда Кубка Англии против «Ливерпуля» заставили руководство «Челси» прийти к выводу, что пора переходить к активным действиям. В программке следующего матча того же Кубка содержалась прямая угроза в адрес всех хулиганов. Руководство клуба предупреждало, что «любой зритель, замеченный в совершении хулиганского поступка, будет навсегда лишен права посещать стадион, а также подвергнется уголовному преследованию». Но этот репштельный шаг не возымел никакого, или практически никакого, действия, поскольку беспорядки на «Стэмфорд Бридж» устраивали в основном приезжие фанаты. Перспектива быть изгнанными со стадиона не стала реальной проблемой для хулиганов «Челси» еще и потому, что их группировки продолжали быть самыми организованными в стране. Одним из немногих мобов, который не только хотел, но и мог одержать над ними верх, был моб «Лидс Юнайтед».

В октябре 1982 года «Лидс», вылетевший в прошлом сезоне во второй дивизион, приехал в гости к «Челси», давно обосновавшемуся в этой лиге, и армия с «Элланд Роуд»* собиралась сразиться со старым врагом. Правда, они никак не ожидали, что фанаты «Челси» нападут на них на фешенебельной Пиккадилли. Однако и лондонцы просчитались — «Лидс» не только выдержал натиск, но и довольно умело оборонялся вплоть до прибытия полиции. Судя по свидетельствам очевидцев, когда появилась полиция, именно лондонцы растворились, разбежавшись по соседним улицам, и хотя некоторые фанаты «Лидса» рванули в погоню, остальные в ярости бросились на полицию с арматурами, палками и стойками строительных лесов (рядом было здание, фасад которого ремонтировался). Итогом этого инцидента стал арест ста пятьдесят трех человек, большинство которых прибыло из Йоркшира. Но в том-то все и дело, что на Пикадилли сражалась всего лишь одна из трех или четырех группировок, приехавших в Лондон. Следствием начавшихся беспорядков стал арест шестидесяти фанатов на самом матче. И снова почти все задержанные были болельщиками «Лидса». Такова печальная статистика их массового выезда.

* Стадион клуба «Лидс Юнайтед».

На ответный матч в феврале 1983 года лондонцы планировали выставить внушительную армию своих бойцов. Но как только поезд с фанатами «Челси» остановился на станции «Уэйкфилд», в него было брошено четыре бутылки с зажигательной смесью. Первая врезалась в крышу первого вагона, вторая не достигла цели, но задела полицейскую собаку, третья разбилась о рельсы, а четвертая попала прямо в окно. К счастью, болельщики ехали на современном поезде с двойными окнами; но если хотя бы один вагон оказался старым или окно разбилось, то еще неизвестно, чем бы все это закончилось. Пассажиры пребывали в шоке, а некоторые даже отказались выходить, когда поезд прибыл в Лидс. Слухи об этом инциденте быстро распространились среди болельщиков «Челси», вследствие чего, наряду с присутствием огромного количества полицейских, серьезных беспорядков в тот день не было. А для фанатов «Лидса» это, конечно, была еще одна победа.

В ноябре 1983 года имиджу английского футбола был нанесен еще один удар — сначала саппортеры «Тоттенхэма» устроили беспорядки в Роттердаме после победы их клуба над «Фейенордом», а затем эстафета была подхвачена фанатами сборной Англии, отправившимися в Люксембург. С этого момент УЕФА серьезно обеспокоилась происходящим и предупредила английскую Футбольную ассоциацию, что если «выездная проблема» не будет разрешена, то английские клубы будут отстранены от участия в европейских турнирах. И эта угроза в итоге была приведена в исполнение, причем довольно скоро и быстро. Отметим также, что Футбольная ассоциация подвергалась прессингу со стороны не только УЕФА, но и правительства, которое тоже стало проявлять беспокойство по поводу футбольных хулиганов. Единственным положительным моментом стало то, что полиция пересмотрела подход к обеспечению порядка на стадионах и все чаще использовала камеры слежения, а также обычные камеры, записывая происходящее на трибунах и вычисляя хулиганов-нарушителей. В 1984 году был вынесен первый обвинительный приговор на основании видеозаписи беспорядков. Четыре человека отправились за решетку после того, как обвинение предъявило видеозапись драки на матче «Хаддерсфилда» с «Лидсом».

В то же время культура казуалов находилась на взлете. Беспорядки стали практически неизбежными на любой игре, и продолжали происходить события, ужасавшие всех. Поскольку группировки пытались заработать себе репутацию, засады и атаки становились все более дерзкими и продуманными. Участниками едва ли не самого известного инцидента стали фанаты «Бристоль Сити» и «Миллуола». Поскольку он подробно описывается в моей книге «Высшая мера», я расскажу лишь вкратце. Итак, саппортеры «Миллуола» приехали в Бристоль и, как обычно, устроили там беспорядки. Некоторые местные фанаты получили ножевые ранения, а одному даже сломали позвоночник. Но и «Сити» тоже в долгу не остались, сбросив с моста двух лондонцев. Несколько недель спустя уже сами бристольцы, приехав в Лондон на игру с другой командой, устроили совершенно неожиданное нападение на паб, где обычно собирались фанаты «Миллуола». Последние вознамерились отомстить, спланировав беспрецедентную по тем временам атаку. Когда фанаты «Сити» поехали на очередной матч против «Миллуола», их автобусы были направлены в тупик в нескольких милях от стадиона, а там их уже поджидала толпа свирепых кокни. Эта атака была спланирована и осуществлена по-военному точно и потому закончилась безоговорочной победой хулиганов «Миллуола». Но, что еще более важно, репутация совершенно отмороженных людей, завоеванная фанатами «Миллуола», была в очередной раз подтверждена, а через несколько месяцев укрепилась еще сильнее, когда они приехали в Лутон и устроили драку прямо перед телекамерами.

До 1985 года ситуация в день матчей была просто катастрофической, а самому 1985-му было суждено стать самым страшным годом для футбола. Достаточно вспомнить беспорядки на «Кенилуорт Роуд»*, о которых до сих пор говорят больше, чем обо всех остальных инцидентах.

* Стадион клуба «Лутон Таун», выступавшего в 1985 году в первом дивизионе. Это был четвертьфинал Кубка Англии с участием «Лутона» и «Миллуола». Последний представлял третий дивизион. Игра показывалась в прямом эфире по телевидению. Итог: 81 человек был ранен, из них- 31 полицейский. Большинство арестованных, примерно 30 человек, являлись фанатами «Миллуола». Арбитр встречи Дэвид Хатчинсон (полицейский по профессии) был вынужден уже на 14-й минуте игры увести команды с поля, и только через полчаса матч возобновился. В итоге победил «Лутон» со счетом 1: 0. На следующий день, 14 марта 1985 года, УЕФА должна была окончательно определиться в вопросе о месте проведения чемпионата Европы по футболу 1988 года.

Естественно, когда первое кресло было брошено с трибун, у Англии уже не оставалось никаких шансов принять чемпионат Европы 1988 года. Правительство было в ярости. Руководителей Футбольной ассоциации вызвали на ковер, но, к несчастью, Тэд Крокер (в то время — секретарь ФА) заявил Маргарет Тэтчер, что хулиганы — проблема не столько футбольная, сколько социальная. То есть чиновники от спорта ничего не могут с ней поделать, такое во власти одного лишь правительства. Как отреагировала на это Тэтчер — неизвестно, но правительство тут же выступило с предложением ввести единую систему удостоверений для фанатов и запретило продажу алкоголя на стадионах.

Президент «Челси» Кен Бейтс тоже не хотел больше мириться с хулиганством и решил принять собственные меры. Во-первых, он закрыл ложу прессы, объяснив это тем, что журналисты, увлекшиеся описаниями беспорядков на трибунах, создают его клубу негативный имидж. Второе решение было еще более спорным: чтобы предотвратить грядущие вторжения фанатов на поле, перед трибуной местных фанатов было поставлено заграждение, по которому он собирался пустить электрический ток. Однако это решение было опротестовано в судебном порядке, и током, к счастью, никого не убило. Но если Бейтс своими действиями хотел просто-напросто призвать фанатов к порядку, то его призыв все равно услышан не был.

11 мая 1985 года в Брэдфорде произошел пожар, унесший жизни пятидесяти шести человек; в тот же самый день фанаты «Лидса» устроили беспорядки на стадионе клуба «Бирмингем Сити», в результате чего пострадало девяносто шесть полицейских, а еще обрушилась стена, что привело к смерти маленького мальчика. Это был настоящий шок. Еще более страшное событие произошло всего восемнадцать дней спустя — 29 мая, когда погибло тридцать девять итальянских болельщиков — причиной этого стали действия фанатов «Ливерпуля», спровоцировавших страшную давку перед началом финального матча Кубка европейских чемпионов на стадионе «Эйзель» в Брюсселе. Часть вины лежит и на местной полиции, чья операция по предотвращению беспорядков провалилась, однако главными виновниками произошедшей трагедии следует признать фанатов «Ливерпуля». И только после этого можно начать обвинять культуру насилия, неотделимую от футбола.

Через несколько дней УЕФА отстранила английские клубы от участия в европейских турнирах на неопределенный срок, а «Ливерпуль» — на три года. «Манчестер Юнайтед», «Норвич», «Эвертон» и «Саутгемптон» — четыре клуба из пяти, пробившихся в еврокубки — пытались оспорить это в Верховном суде, утверждая, что решение о дисквалификации не справедливо, поскольку данная четверка не имеет никакого отношения к происшедшему.

Однако суд оставил первоначальное решение УЕФА в силе, и английским клубам не осталось ничего иного, как согласиться с ним. Но не успели улечься страсти, как футбольный мир опять начало лихорадить — появился очередной документальный фильм о футбольных хулиганах, на этот раз о «вест-хэмовской» группировке ICF- Аббревиатура эта расшифровывается как «Интер Сити Ферм» — «Междугородняя фирма», а самим названием данная группировка обязана поездам «Интерсити», на которых ее члены предпочитали добираться до других городов. В течение долгого времени ICF была одной из самых известных и самых жестоких хулиганских банд Англии. Она не зря славилась бесстрашием в драках и тщательной продуманностью своих атак — с течением времени ей стали подражать фанаты всей Европы. Я видел их в деле только один раз, но и этого было достаточно. «Психи» — самое первое слово, что приходит на ум. ICF стала еще более знаменитой благодаря великому числу мифов и легенд, окружавших ее в то время. Многие, например, верили, что в этой группировке очень много дельцов из лондонского Сити, которые, получая огромные зарплаты, оплачивали дорогу всем остальным. А еще ходили слухи, что название ICF скоро будет зарегистрировано как товарный знак и они выпустят линию одежды в стиле казуалов. Можно, конечно, долго спорить, правда это или нет, но несомненно одно: выход фильма придал им еще больше скандальной известности. Более того, перевод интереса публики на лондонскую хулиганскую сцену напрямую сказался на других группировках, которые стали дистанцироваться от брюссельской трагедии. Тогда многие посчитали, что она остается на совести одних лишь ливерпульцев.

Фильм возродил угасающий интерес прессы к организованному футбольному насилию вообще и отдельным объединениям фанатов в частности; и, как всегда, появились подражатели — по всей стране стали возникать новые группировки, которые наперебой рассказывали о своих подвигах, утверждая, что они самые крутые в хулиганском мире. Хотя хулиганы ничего не подозревали, изменение ситуации было уже не за горами. Пока они продолжали устраивать беспорядки, государство решило раз и навсегда покончить с организованными группировками. Все планы полиции разрабатывались в условиях строжайшей секретности.

Все началось со спецоперации под названием «Гол по нашим правилам» (невольно оказавшимся пророческим), нацеленной властями Лондона против хулиганских группировок «Челси». Она продолжалась довольно долго, в течение 1985 и 1986 года. О ней стало известно лишь после того, как удалось провести аресты, что самым серьезным образом воздействовало на хулиганский мир. Ведь если даже сверхосмотрительных фанатов «Челси» вычислили и арестовали, то остальных и подавно схватят. Правительство также пошло в наступление, законодательно ужесточив меры воздействия на хулиганов. Эти действия, а также увеличение количества камер слежения доказали, что теперь к проблеме футбольного насилия относятся действительно серьезно. Практически сразу беспорядков на стадионах стало значительно меньше, и хотя они не прекратились полностью, ситуация впервые улучшилась — по крайней мере, для самой игры. И если в сезоне 1985/86 посещаемость была довольно низкой, то уже в следующем наметился рост.

В конце сезона 1985/86 УЕФА частично отменила дисквалификацию английских клубов, позволив им участвовать в международных товарищеских матчах. К несчастью, этим послаблением тут же воспользовались «Манчестер Юнайтед» и столичный «ВестХэм», и когда из Харвича вышел паром со ста тридцатью фанатами на борту, оказалось, что только тридцать из них — лондонцы. Плыть им нужно было восемь с половиной часов, и довольно быстро в барах начались стычки, а поскольку полиции на борту не было, скоро страсти начали перехлестывать через край. Поскольку шансов на то, что все успокоится, не было, капитан решил развернуть судно и направиться обратно в Харвич. Когда паром пришвартовался, на борт тут же поднялись полицейские. В итоге четырнадцать человек было арестовано, четверо отправлено в больницу с серьезными ножевыми ранениями, а еще тридцать получили травмы различной степени тяжести. Как вы догадываетесь, ни УЕФА, ни Футбольная ассоциация Англии не могли обрадоваться такому известию.

Примерно в то же время «Лутон Таун» начал проводить заведомо обреченный на неудачу эксперимент, касавшийся приезжих фанатов — некоторых из них не пускали на матчи, а от количества полицейских рябило в глазах. Кое-кто из числа хулиганов был вынужден задуматься перед лицом перспективы попасть за решетку, а некоторые и вовсе сошли со сцены. Однако оставшиеся предпочли создать небольшие сплоченные группы, ставшие еще более организованными.

Для людей, далеких от футбола, принцип организации фанатских сообществ оставался под завесой тайны. Она приоткрылась им лишь в 1987 году, когда вышел игровой полнометражный фильм «Фирма»*, в котором снялись великолепные актеры.

* «Фирма» [TheFirm], 1987, Великобритания. Режиссер Алан Кларк. В ролях: Гэри Олдман, Лесли Мэнвилл, Филип Дэвис, Эндрю Уайдд, Чарлз Лоусон.

Несмотря на то что представленная в нем история была очень типична для того времени, «Фирма» до сих пор остается едва ли не лучшей художественной лентой, посвященной околофутбольному миру. Все тогда смогли воочию убедиться, что хулиганство жестоко и, что еще важнее, бессмысленно. Но если кто-то надеялся, что просмотр этого фильма заставит хулиганов одуматься, то он, конечно же, ошибался. А для небольших организованных группировок «Фирма», к сожалению, превратилась в своего рода пособие по выстраиванию работы. Хулиганы снова стали пускать в ход ножи, а некоторые их выходки шокировали даже видавших виды людей своей дикостью.

Тем не менее в сезоне 1987/88 количество инцидентов с участием хулиганов продолжало уменьшаться. Такая ситуация сохранялась довольно долго, пока не произошли события, наделавшие в прессе много шуму. В те времена, если кто помнит, судьба аутсайдеров первого дивизиона решалась с помощью матчей плей-офф, и двухраундовое противостояние «Челси» и «Мидлсбро» не могло пройти в спокойной обстановке. Первый матч закончился со счетом 2: 0 в пользу «Мидлсбро», а на «Стэмфорд Бридж» отчаянно атаковавшим хозяевам никак не удавалось забить. Это привело к тому, что болельпдаки попытались остановить игру, но безуспешно. А вот за пределами стадиона им все-таки удалось разжечь очень крупные беспорядки, результатом которых стал арест ста двух человек. До чемпионата Европы 1988 года оставалось всего лишь несколько недель, поэтому английские фанаты вскоре после этого происшествия оказались под самым пристальным вниманием футбольных чиновников. Кроме того, АФА немедленно оштрафовала «Челси» на семьдесят пять тысяч фунтов, опасаясь, что не только клубы, но и сборную Англии могут отстранить от участия в европейских турнирах. К счастью, этого не произошло, хотя неисправимые английские фанаты не преминули устроить беспорядки в Германии (хотя и не столь серьезные, как писали в газетах). Наступил момент, когда многим стало казаться, что, несмотря на всю проделанную после «Эйзеля» работу, ситуация снова начала ухудшаться.

На самом деле хулиганов становилось все меньше и меньше, и этим снижением мы были обязаны новому молодежному увлечению — рейв-культуре. Не стоит недооценивать степень притягательности, которой обладали дискотеки того времени. Не только потому, что там соединялись три наиболее важных для юношей элемента: музыка, танцы и девушки, но и потому, что это было своего рода бунтарством. Неофициальные рейвы на складах и на природе подвергались преследованию со стороны полиции, поэтому для их участников они превращались в увлекательнейшие действа. Наркотики, наводнившие тогда страну, оказали парадоксальное влияние не только на рейв-культуру, но и на хулиганов. Одни их безоговорочно принимали, другие начисто отвергали, причем с обеих сторон. Но если ты все-таки накачался наркотиками, то тебе меньше всего хочется с кем-то драться.

При этом отношение полиции к футбольным фанатам не претерпело никаких изменений. С ними по-прежнему обращались как с потенциальными хулиганами, их появление продолжали рассматривать как угрозу. А затем случилось то, что поставило все с ног на голову — «Хиллсборо».

События, происшедшие в Шеффилде в тот судьбоносный день, 15 апреля 1989 года, повлекли за собой самые серьезные последствия — иначе и быть не могло. Главная ответственность лежит на полиции, но если бы безбилетные фанаты «Ливерпуля» не пытались прорваться на трибуну — что тысячи раз делали и они, и фанаты других клубов, — те девяносто шесть человек были бы сейчас живы. На самом деле этих людей убила угроза хулиганства. Все разговоры о том, на какой трибуне должны были сидеть фанаты «Ливерпуля» и почему в конце Лешгингс-лейн не оказалось полицейского кордона, абсолютно бессмысленны. Если бы в прошлом не было беспорядков, то не было бы и необходимости воздвигать заграждения. Никто бы не стал тогда демонизировать футбольных фанатов. Вместо того чтобы усматривать в любом переполохе драку или угрозу прорыва на поле, полицейские могли бы сразу догадаться, что на трибунах началась давка, которая может стоить многим людям жизни. Впрочем, мы все отчасти виноваты в происшедшем на стадионе «Хиллсборо», поскольку, будучи фанатами, либо активно тянули футбол на дно, либо безучастно наблюдали за тем, как это делают другие.

Доклад Тэйлора об этих событиях вынудил футбольных чиновников принимать немедленные меры. Заграждения были демонтированы, и клубы должны были в обязательном порядке полностью оборудовать стадионы пластиковыми креслами. Таким образом, идея с удостоверениями, за введение которых столь долго и рьяно выступало правительство, наконец-то потерпела крах. Но самым важным последствием стало осознание и обществом, и полицией, что не все футбольные фанаты — хулиганы, что большинство из них — обычные люди. В результате отношение к ярым болельщикам существенно изменилось и полиция стала менее агрессивно обращаться с ними.

Следующий сезон выдался самым спокойным за многие годы, и некоторым пришло в голову, что ситуация начала исправляться к лучшему. Однако плоды всей проделанной работы были уничтожены за несколько часов в день последнего тура чемпионата второго дивизиона. В гости к «Борнмуту» тогда приехал «Лидс», которому во что бы то ни стало требовалась победа. Не только для того, чтобы достичь вершины турнирной таблицы, но и для того, чтобы оказаться на следующий год в классе сильнейших, минуя игры плей-офф. Полиция предвидела возможность возникновения беспорядков и уже за год до этого матча, как только был опубликован календарь чемпионата, просила перенести его на неделю раньше, чтобы не проводить данную игру в один день с государственным праздником. Увы, обращение это не возымело действия. Более того, футбольное начальство Лиги в буквальном смысле слова настояло на том, чтобы матч состоялся согласно расписанию. В итоге более пяти тысяч фанатов «Лидса» приехали в Борнмут, устроив там сумасшедший дом — было арестовано сто четыре человека, а в какой-то момент потребовалось вмешательство полицейских спецподразделений, чтобы утихомирить буянов, устроивших беспорядки на пляже. Но только тогда, когда Лига оказалась припертой к стенке, она была вынуждена разрешить полиции запрещать проведение матчей, если существует угроза массовых беспорядков.

Спустя несколько недель сборная Англии отправилась в Италию на чемпионат мира 1990 года, и эта страна содрогнулась, если не сказать большего. Правда, по ходу мундиаля многие постепенно пришли к выводу, что английские фанаты скорее жертвы, нежели палачи, и когда начался сезон 1990/91, эти люди взглянули на футбол совсем иначе. Отношение к фанатам было уже не столь негативным, из-за распространения рейв-культуры ряды хулиганов продолжали редеть, и все подумали, что проблема вроде бы отмирает сама собой. Однако хоронить хулиганство было еще очень рано.

Уже в начале того сезона пресловутая ICF снова оказалась в центре внимания прессы. Все началось с рекламной кампании одной марки стирального порошка, в рамках которой покупателям предлагали очень дешевые билеты на поезда. Объективности ради следует отметить, что этим по полной программе пользовались многие болельщики, а не только фанаты «Вест Хэма». В рекламе того порошка использовался слоган: «Удиви друга на этих выходных», и когда в результате беспорядков фанат «Миллуола» получил ножевое ранение, к его груди был приколот обрывок пачки этого порошка, на обратной стороне которого кто-то оставил издевательскую приписку: «Ничего личного. ICF».

Тогда же возник скандал с полицейской операцией «Гол по нашим правилам». Едва ли не все газеты пестрели материалами о незаконно собранных уликах, что привело к отмене большинства вынесенных приговоров. Более того — другие операции, направленные против хулиганских группировок, также провалились, возбудив вопросы о целесообразности принятых мер. В то же время многие хулиганы все равно боялись попасть за решетку, и потому их активность постепенно снижалась. Другим не по нраву были частые налеты полиции. Использование видеокамер стало обыденной практикой, распространившейся вширь: теперь их количество неуклонно росло не только на стадионах, но и в ближайших окрестностях. Некоторые группировки стали думать-гадать, чем ответить полиции; другие начали искать иные возможности устраивать беспорядки.

В конце 1990 года некоторые хулиганы поняли, что самый надежный способ избежать встречи с полицейскими — узнать, где они располагаются и что делают. Именно поэтому широкое распространение получили рации, с помощью которых стало возможным прослушивать полицейскую частоту.

Примерно тогда был впервые применен слезоточивый газ, получивший впоследствии широкое распространение в хулиганской среде. Естественно, этот инцидент не обошелся без участия саппорта «Вест Хэма», хотя на сей раз он оказался жертвой фанатов «Лестер Сити», напавших на гостей вблизи своего стадиона «Филберт Стрит».

Принятие указанных в отчете Тэйлора мер способствовало тому, что беспорядков — по крайней мере, в первом дивизионе — происходило все меньше и меньше. Некоторые даже поспешили предположить, что проблему хулиганства, похоже, удалось решить, что не могло не порадовать футбольных чиновников и полицию. Однако в низших дивизионах мало что изменилось. Драки на стадионах там все равно происходили, а многие из тех, кому после «Хиллсборо» было запрещено появляться на матчах сильнейших клубов, перебрались в другие дивизионы или даже в полупрофессиональные лиги. Для многих из них это было возвращением в старые добрые времена, а на таких матчах беспорядков стало пусть и ненамного, но больше.

Если люди искренне верили, что хулиганство стало частью истории, то они только обманывали себя. В феврале 1992 года произошел инцидент — самый серьезный за прошедшие два года, — который вернул старую тему на первые полосы газет. Фанаты «Бирмингем Сити» выбежали на поле своего стадиона, а один из них даже напал на судью после того, как в самом конце матча «Сток Сити» сумел забить ответный гол. Арбитру встречи пришлось увести всех игроков с поля, и лишь после того, как оно было очищено от фанатов, команды доиграли последние 35 секунд матча при практически пустых трибунах. Футбольная ассоциация была в ярости и после того, как президент «Бирмингема» фактически обвинил во всем бригаду арбитров, крупно оштрафовала его за это высказывание. Кроме того, самому клубу предстояло внести в казну Футбольной ассоциации пятьдесят тысяч фунтов и провести следующие два матча при пустых трибунах. Произошедший инцидент обозначил начало ухудшения ситуации с футбольным хулиганством. Насилия на стадионах становилось все больше, и в том же году вратарю «Кингстона» чуть было не раскроили голову брошенной монетой. Произошло это в ходе матча на Кубок Англии — метателем оказался болельщик «Питерборо». Инциденты с летящими с трибун предметами продолжились на матчах Кубка «Кока-колы». На «Хайбери» игроку «Арсенала» Иэну Райту также сильно разбили голову монетой, вылетевшей из сектора, где сидели фанаты «Миллуола», а в ответном матче от аналогичных действий пострадал Найджел Уинтерберн.

С наступлением 1993 года хулиганы осмелели, поскольку стало ясно, что камеры слежения не так опасны, как показалось сначала. Очень многие стали понимать, что если тебя не арестовали в день матча, то потом это уже вряд ли произойдет.

Во время последней игры на старом стадионе «Ден» фанаты «Миллуола» настолько разбушевались, что чуть было не растащили его по кускам — у появившихся через пару недель бульдозеров почти не осталось работы. Что же касается вечно буйных лондонских парней, то они довольно быстро обжились на новом стадионе, полностью оборудованном пластиковыми креслами и, по иронии судьбы, построенном отчасти для того, чтобы препятствовать хулиганским выходкам фанатов. Но уже через несколько недель на нем произошли серьезные беспорядки, в результате которых подвергся нападению президент «Чарльтона». Дальше — больше: через какое-то время произошел еще один очень неприятный инцидент. В рамках плей-офф «Миллуол» принимал у себя «Дерби Каунти», и во время матча с трибун все время доносились оскорбления в адрес двух чернокожих игроков «Дерби». Ситуация была настолько напряженной, что их обоих решили заменить по ходу матча. Когда же прозвучал финальный свисток, фанаты «Миллуола» бросились на поле. В результате нападению подвергся несчастный голкипер «Дерби». Однако события, разыгравшиеся на стадионе — только половина истории. До матча две большие группы фанатов устроили массовое побоище в районе Ротенхит. Полиция попыталась как-то разрядить обстановку, но после игры начался сущий кошмар. Драки происходили не только в районе нового стадиона, но и в метро, так что фанатам «Дерби» приходилось прорываться к вокзалу с боями. Эти события примечательны еще и первым применением мобильных телефонов, использованных для организации беспорядков. Вскоре их стали использовать регулярно. Если начиналась большая драка, фанаты обоих клубов сразу же вызывали подкрепление. Ну а когда мобильная связь стала общедоступной, резко уменьшившись к тому времени в размерах, она с ходу превратилась в постоянную участницу футбольных разборок.

Получив мобильную связь, группировки стали еще более организованными, чем прежде. Планирование столкновений, и без того вошедшее в практику, поднялось на новый уровень, поскольку и свои, и чужие теперь могли договориться друг с другом в любой момент. Конечно, кое-кому требовалось для начала выведать телефон противника, но сделать это было проще, чем может показаться с первого взгляда. Обычно телефонные номера узнавали через знакомых хулиганов. С другой стороны, многие фанаты различных английских клубов обменивались ими, когда ездили со сборной в Европу, или делали это в пабах близ «Уэмбли» на домашних матчах. Еще один простой способ сообщить свой номер противнику — прокричать его прямо с трибуны (я не раз наблюдал это на «Викарейдж Роуд»). Были даже известны случаи, когда записанные номера отправлялись по рядам с одной трибуны на другую. К счастью, такой бойкий обмен вскоре прекратился — даже хулиганам стало ясно, к чему это может привести. Однако вначале, несмотря на все тревожные предчувствия, посещавшие меньшинство, едва ли не всем казалось, что ничего страшного не происходит. К тому же все больше и больше мирных фанатов вливалось на стадионы, и никому до них не было дела. Могло пройти несколько недель или даже месяцев без малейшего намека на беспорядки.

Предупреждение о грядущих проблемах пришло с неожиданной стороны, когда в 1994 году вышел документальный фильм «Беспорядки на стадионах». Предполагалось, что эта лента, где текст рассказчика читал известный своими футбольными пристрастиями актер Шон Бин*, а мнение свое высказали многие авторитетные ученые, будет являться серьезным исследованием проблемы хулиганства. На самом деле это была всего лишь циничная попытка занять пустующую нишу на рынке, причем попытка удачная. В фильме было много документальных кадров: как фанаты готовились, как дрались, как выбегали на поле. Это предопределило огромный коммерческий успех картины. Но ни полиция, ни тем более Футбольная ассоциация не могли отнестись к ней как к своей серьезной помощнице.

* Является не только рьяным поклонником, но и почетным членом клуба «Шеффилд Юнайтед». Несмотря на высокую степень профессиональной занятости, этот актер принимает самое активное участие в многочисленных акциях, проводимых любимым клубом, а также выступает как игрок в матчах, имеющих благотворительную направленность. Исполнил роль футболиста «Шеффилд Юнайтед» в фильме «Когда наступает суббота» (1996), появившемся на российском видеорынке под названием «Штрафной».

Несколько позже, 25 января 1995 года, во время матча «Кристалл Пэлас» — «Манчестер Юнайтед», проходившего в Лондоне, при довольно печальных обстоятельствах был удален Эрик Кантона — возможно, лучший игрок в истории «Юнайтед». В тот момент встреча катилась к своему концу, однако финальному отрезку матча было суждено пройти в крайне нервозной обстановке. Неожиданно к рекламным щитам выскочил местный фанат, принявшийся оскорблять француза последними словами. Кончилось это тем, что Кантона бросился на своего обидчика, но споткнулся, задев рекламный щит. Выпрямившись, Кантона попытался продолжить начатое, совершив при этом прыжок, достойный мастера кунг-фу. Удар ногой у него не очень-то получился, поэтому в ход пошли кулаки, и только тогда подбежавшие футболисты «Юнайтед» вытащили своего товарища из образовавшейся свалки. Фотографии инцидента с участием выдающегося игрока обошли весь мир, и, во избежание критики, МЮ отстранил Эрика от участия в матчах до конца сезона. Внимание прессы к тому времени сконцентрировалось на болельщике — его стали обвинять в том, что он спровоцировал подобную реакцию. Потом речь зашла о поведении болельщиков в целом, и пресса вновь заинтересовалась деятельностью организованных фанатских группировок. И как раз в это время на кубковой игре между «Челси» и «Миллуолом» произошли самые серьезные беспорядки за всю историю столичных игр. Чтобы разделить фанатов двух клубов, на «Нью Ден» было привлечено более двухсот сотрудников полиции, в том числе двенадцать конных. Однако этот взрывоопасный матч закончился вничью и должна была состояться переигровка. В итоге беспорядки на «Стэмфорд Бридж» приняли беспрецедентный для того времени размах. На самом стадионе фанаты «Челси» исхитрились напасть на двух игроков «Миллуола», уходивших в раздевалку, а за пределами спортивной арены атаковали полицейских. Нападавшая сторона, состоявшая из хулиганов из Восточного Лондона, использовала слезоточивый раз, в результате чего медицинская помощь потребовалась двадцати сотрудникам полиции. В тот вечер было арестовано тридцать восемь человек.

Беспорядки на двух этих матчах привлекли огромное внимание прессы, и многим околофутбольным деятелям стало казаться, что возвращаются «старые добрые времена». Это был очень тревожный момент для футбола. Но если чиновники считали, что все самое худшее уже позади, то они ошибались. До событий в Дублине оставались считанные дни.

Наряду с другими аспектами проблемы хулиганства, дублинские события подробно описаны в одной из моих предыдущих книг, и, наверное, нет смысла делать это снова. Напомню только, что товарищеский матч Ирландия-Англия был прерван на двадцать седьмой минуте из-за массовых беспорядков на стадионе, а после этого и в самом Дублине начались погромы. Следует особо отметить, что по горячим следам тех событий пресса все-таки вышла туда, куда нужно, обратив внимание всей страны на личности зачинщиков беспорядков, особенно тех, кто был арестован. История их жизни, семья, работа — все это стало предметом детального анализа со стороны прессы. То, что у многих была хорошо оплачиваемая работа, сильно удивило журналистов, которые до случившегося в Дублине продолжали верить, что хулиганы — это всего лишь отъявленные подонки, жаждущие славы.

Дополнительной неприятной неожиданностью для футбольной сцены стало очередное появление на ней утративших было свое влияние правых радикалов. Далеко не всем фанатам хотелось, чтобы их стригли под одну гребенку с этими людьми. Почти сразу после дублинских событий и левые радикалы вновь заинтересовались футболом. Их попросту не могло не потянуть к клубам, среди фанатов которых было достаточно много радикально настроенной молодежи. Все эти разномастные политические проникновения, как вы догадываетесь, не могли не привести к серьезным столкновениям.

Не успели улечься ирландские страсти, как опять произошли беспорядки с участием англичан. Через две недели после Дублина «Челси» отправился в Бельгию на матч с «Брюгге», и местной полиции пришлось применить водометы, чтобы усмирить безбилетных фанатов лондонского клуба. Было арестовано триста пятьдесят четыре фаната, более тысячи депортированы из страны. В следующем раунде «Челси» встречался с «Сарагосой», и вслед за командой в Испанию отправились фанаты, которые были в итоге жестоко избиты местной полицией. Однако не стоит говорить об этих двух инцидентах как о проявлении «английского хулиганства». События в Бельгии были примечательны тем, что местная публика сумела дать бой англичанам, а в Испании фанатам «Челси» досталось не от своих коллег, а от полиции, с ходу развязавшей себе руки. Вернувшись в Англию, участники событий высказали свое отношение к произошедшему в Испании, но и футбольные чиновники, и правительство проигнорировали инцидент с участием «Челси», что было воспринято и обычными фанатами, и хулиганами как сигнал к решительным действиям.

Новая трагедия произошла всего лить через несколько недель. Перед ответным матчем полуфинала Кубка Англии, который должен был состояться на стадионе «Вилла Парк» в Бирмингеме с участием «Кристалл Пэлас» и «Манчестер Юнайтед», под колесами автобуса погиб фанат «Пэлас», пытавшийся уйти от погони со стороны саппортеров «Юнайтед», устроивших беспорядки в пабе. Этот инцидент привлек нездоровое внимание прессы, столь нежелательное в то время. Дело в том, что на горизонте уже маячил чемпионат Европы 1996 года, означавший то, что Англия должна была подготовить и провести самое серьезное международное футбольное первенство со времен чемпионата мира 1966 года.

после дублинских событий стали раздаваться призывы отказаться от проведения этого турнира. После вышеупомянутых выездных матчей «Челси» они стали звучать еще громче. Их, как обычно, проигнорировали, но беспорядки в конце того сезона во многом предопределили развитие событий. Пресса стала нагнетать страсти, предупреждая о возможных инцидентах, зачинщиками которых станут и английские фанаты, и гости, желающие свести счеты с хозяевами турнира. Полиция, отчаявшись внушить людям, что хулиганские группировки находятся под контролем, публиковала один пресс-релиз за другим. В них были и данные об арестах, и донесения разведки, и предупреждения хулиганам. Если они вздумают перейти грань дозволенного, наказание будет очень жестоким. Для хулиганов это был вызов, который не мог их не радовать. Все только и делали, что говорили о появлении некой «супергруппировки», членами которой стали самые крутые парни Англии. Кто-то даже выдвинул гипотезу, что чуть ли не все враждующие «фирмы» объединятся и будут действовать сообща. Предположения, конечно, смехотворные, но газеты про это исправно писали. Евро-96, о котором я тоже подробно рассказывал в предыдущих книгах, прошел довольно спокойно, если не считать матча Шотландия — Германия. Пресса тогда крайне раскалила ситуацию, и следующий сезон просто не мог обойтись без происшествий.

Одним из последствий проведения чемпионата Европы стал возросший интерес к футболу. Многие люди, никогда не интересовавшиеся этим видом спорта, стали заядлыми болельщиками. Так что хулиганским группировкам пришлось серьезно изменить правила, по которым они играли. Теперь было запрещено трогать обычных болельщиков — в противном случае можно было подвергнуться осмеянию со стороны членов фанатского сообщества. А репутация для хулигана — это святое. В итоге совершенно обыденной стала ситуация, когда гостей выслеживали, а затем посылали к ним парламентера, который должен был выяснить, хотят ли те подраться или нет. Если по той или иной причине визитеры драться не хотели, их просто оставляли в покое. Но если они были не против, то представители сторон обменивались телефонами или договаривались встретиться в определенное время в определенном месте. Таким образом, с помощью переговоров они не ускользали от полиции, но и не впутывали в беспорядки обычных болельщиков. Последние действительно подвергались нападениям очень редко, если вообще подвергались.

Породив новое поколение фанатов, чемпионат Европы 1996 года притянул к себе и «старую гвардию». По всей стране на стадионах стали появляться знакомые лица, напоминающие о тех временах, когда все танцевали и глотали таблетки. Одни хотели вспомнить молодость, другие — тряхнуть стариной, но в любом случае их появление резко обеспокоило как группировки противника, так и полицию. Хулиганы небезосновательно опасались «стариков», не ведающих, что такое страх и бегство с поля боя. К тому же эти люди, которым было под сорок или даже за сорок, знали законы и просто не позволили бы полиции обращаться с собой неподобающим образом. Они хорошо знали, что повлекут за собой их действия — и с точки зрения хулиганского кодекса, и с точки зрения закона.

Группировки находили разные пути, чтобы уйти из-под контроля полиции. Все чаще и чаще на вражеские стадионы отправляли скаутов, которые выясняли, есть ли на трибунах сектора, не попадающие в объектив камер слежения. И если таковые находились, то именно там и обосновывались хулиганы, легко вступавшие в драку, если появлялась такая возможность. Все чаще стали использоваться пейджеры, поскольку полиция с подозрением относилась к фанатам, разговаривающим по мобильным телефонам вместо того, чтобы следить за игрой. Но самым тревожным было возвращение на авансцену казуалов — с новыми лейблами и старыми замашками. Беспорядков снова стало больше, хотя, согласно полицейским отчетам, их рост замедлился. Боюсь, что появление такой официальной «статистики» было обусловлено скорее политическими соображениями, а не реальным положением дел.

В начале 1998 года возникло ощущение, что эти опасения подтверждаются-хулиганы резко активизировались. Сама суть происходящего вызывала серьезные опасения, особенно тревожным сигналом были участившиеся случаи нападений на арбитров, а в последние месяцы сезона это стало происходить с пугающей регулярностью. Все началось в Портсмуте, когда фанат «Шеффилд Юнайтед» выскочил на поле стадиона «Фрэттон Парк» и ударил бокового судью. В апреле на домашнем матче «Эвертона» местный болельщик попытался проделать то же самое, но его поймали еще до того, как он добежал до арбитра. В тот же день игрокам «Ливерпуля», приехавпгим в гости к «Барнсли», пришлось уложить нескольких фанатов на землю, чтобы спасти судью от расправы. И в тот же самый день на матче «Джиллингем» — «Фулхэм» был убит саппортер гостей.

Все говорило о скатывании к худшему варианту развития событий в преддверии чемпионата мира. Многие и без того опасались инцидентов с участием английских фанатов, а правоохранительным органам и вовсе приходилось трудиться в поте лица, отсеивая возможных зачинщиков беспорядков. За неделю до трагической гибели болельщика «Фулхэма» Мэттью Фокса полиция не выпустила из страны девятнадцать известных хулиганов, которые собирались поехать на товарищеский матч сборных Швейцарии и Англии. На следующий день после убийства оперативники произвели обыск в домах двадцати девяти фанатов «Сандерленда», чтобы предотвратить возможные беспорядки во Франции. Естественно, пресса не осталась в стороне. В газетах вышло множество статей под спекулятивными и даже провокационными заголовками. В результате правительство пообещало применить самые суровые меры к любому, кто отправится во Францию без билетов на матчи.

Но таких болельщиков все равно оказалось очень много, и проблемы возникли; правда, сильно отличавшиеся от ожидаемых. Вернувшись из Франции, саппортеры сборной стали наперебой рассказывать о том, как жестко обходились с ними и полицейские, и местные жители, и эти свидетельства изменили в лучшую сторону представление простых британцев об английских футбольных фанатах. Как оказалось, преждевременно. С началом нового сезона стало ясно, что Англия столкнулась с еще более активными действиями хулиганов.

Уже 20 августа фанаты «Норвича» и КПР забросали друг друга бутылками в пабе. В сентябре матч «Суиндон» — «Оксфорд» закончился арестом девятнадцати человек, а в поезде, который вез около двухсот фанатов «Манчестер Юнайтед» и «Ковентри Сити» на лондонские матчи с участием их команд, произошло массовое побоище. 20 сентября фанаты «Бирмингема» применили слезоточивый газ против поклонников «Норвича», после чего напали на них в пабе и зверски избили. А в ноябре в поезде, следовавшем из Лондона в Шеффилд, произошла еще одна массовая драка, но на этот раз с участием фанатов сразу же трех клубов: «Шеффилд Юнайтед», «Честерфилда» и «Ноттингем Форест». Все чаще происходили нападения на игроков и клубные автобусы. Визиты «Лидса» к «Тоттенхэму» и «Бирмингему», а также «Хаддерсфилда» к «Бирмингему» заканчивались тем, что на автобусы приезжих рано или поздно нападали фанаты противника. Причем, когда «Лидс» приехал к «Тот-тенхэму», мгновенно атакованным гостям пришлось забраться на крышу автобуса и находиться там до прибытия полиции.

В связи с тем что выправить ситуацию никак не получалось, в 1998 году правительство выступило с предложениями, в которых просматривались планы изменения законодательства-это должно было стать ответом растущей угрозе. Не оставалось практически никаких сомнений в том, что данная попытка предпринималась лишь для того, чтобы сохранить для Англии шанс принять чемпионат мира 2006 года*. Для хулиганов же она представляла собой не что иное, как очередное препятствие, которое требовалось обойти. Принимая во внимание такую позицию фанатов, многие начали сомневаться (как оказалось, зря), что изменения в законодательство будут действительно внесены.

* Книга написана до того, как ФИФА приняла решение о проведении ЧМ-2006 в Германии.

Если правительство хотело таким образом вынести хулиганам предупреждение, то у него это получилось не очень хорошо. Чтобы оставаться на шаг впереди полиции, нарушители порядка стали использовать новое оружие — Интернет.

К началу 1999 года в Британии насчитывалось около восьми миллионов пользователей сети, не считая тех, у кого был доступ к Интернету на работе. Учитывая, что с самого начала Интернет воспринимали как место, где можно найти все: от детской порнографии до руководства по изготовлению ядерной бомбы, не стоит удивляться, что паутина стала использоваться для обмена информацией между футбольными хулиганами. В основном такая передача осуществлялась на неофициальных сайтах клуба. Но когда хулиганы стали лучше разбираться в возможностях этого вида связи, стали появляться сайты и форумы, посвященные исключительно одним только вылазкам. Нижеприведенное сообщение было опубликовано на одном из таких сайтов уже на следующий день после матча «Бристоль Сити» — «Бирмингем Сити», состоявшегося в апреле 1999 года.

Вчера, в день матча с «Бристоль Сити», фанаты «Бирмингем Сити» устроили настоящую демонстрацию силы. Минут за десять до начала игры, когда на трибунах уже было довольно много фанатов «Бирмингема», на одной из них появилось человек сто — сто пятьдесят, которым не удалось незаметно занять свои места, не обратив на себя внимания Все они были известным образом одеты, на всех были бейсболки и темные очки, чтобы полиция не смогла опознать их с помощью камер слежения. У бристольцев тоже было чем ответить, но ничего, кроме обычного в таких случаях выманивания противника, не наблюдалось. Полиция была начеку, но для поддержания порядка ей пришлось задействовать вертолет, собак и конные подразделения — годы противостояния с бристольскими группировками не прошли даром После матча бирмингемская «Армия зулусов» все-таки попыталась устроить беспорядки, но так и не сумела сбросить с хвоста полицию, следовавшую по пятам. Все это смахивало на одну лишь демонстрацию силы, так как более серьезных намерений у них не было.

С помощью Интернета вызывающие друг друга на драку фанаты стали сбивать с толку полицию посредством «приглашений на вечеринку». Вот довольно типичный пример:

Автор: ПНЕ. Время: 12:56:44; 7 мая 1999 года. Группа из 60–70 ребят «Норт Энда» будет на Бейкер-стрит. ДНЕМ ИЛИ ВЕЧЕРОМ?

Пресса обратила внимание на это нововведение только в августе 1999, когда фанаты «Миллуола» поехали в Кардифф и устроили там серьезные беспорядки. Таблоиды каким-то образом пронюхали, что планы «боевой операции» разрабатывались на одном сайте, на котором во время самих столкновений должна состояться текстовая «трансляция», чтобы за происходящим в Кардиффе могли следить все. Однако лучше всего начать с предыстории вопроса, чтобы убедиться в том, что дело обстояло несколько иначе. Как только вышел в свет календарь чемпионата, болельщики стали активно его обсуждать, упоминая в том числе и возможные беспорядки, поскольку фанаты двух этих клубов враждовали с незапамятных времен. Когда же беспорядки начались, на упомянутом выше сайте появилось одно-единственное сообщение.

Ответной мерой полиции стало решительное наступление. На фанатских сайтах неожиданно появились сообщения с просьбой о введении в детали планируемых операций. Завсегдатаи тех форумов довольно быстро догадались, что эти сообщения пишут полицейские, и приступили к сочинению дезинформации. Еще одной сложностью для полиции было то, что посетители сайтов никогда не подписывались настоящим именем, сохраняя тем самым свою анонимность. Более того, примерно девяносто процентов всех сообщений были абсолютным бредом, и такое соотношение сохраняется до сих пор. С другой стороны, многие уверовали в то, что, если даже они только зайдут на сайт, не говоря уже об отправленном туда сообщении, их могут легко вычислить через Интернет-провайдер. Я не настолько хорошо разбираюсь в компьютерах, чтобы уверенно сказать, так это или нет, но не удивлюсь, если это действительно возможно. Тем не менее некоторые хулиганы забеспокоились и довольно быстро перестроились, начав отправлять свои сообщения из Интернет-кафе и даже библиотек. Другие просто перестали пользоваться новым видом связи, вернувшись к старым, проверенным методам.

Но, несмотря на начавшееся брожение, используемые группировками сайты никуда не исчезли, и на них продолжали появляться сообщения о беспорядках, хотя к настоящему времени, следует отметить, сохранился только один из них, на котором регулярно обновляется информация. Чтобы избежать конфликтов с полицией, многие стали писать об истории хулиганства, о фанатской культуре. Речь шла не только о том, что произошло в прошлую субботу, но и о событиях 1983 года на «Хайбери». Подобная «ностальгия» далеко не всегда являлась чьей-то личной проблемой. Наряду с корреспонденцией «стариков», красующейся на форумах, многие появившиеся в последнее время книги о хулиганстве в самых радужных тонах преподнесли молодежи те жестокие и опасные времена.

Хотя все только и говорили, что об Интернете, произошли и другие важные изменения. Предложенные правительством законопроекты были наконец-то приняты парламентом, и когда в 1999 году фанаты «Вест Хэма» еще только собирались отправиться в Метц на финал Кубка Интертото, то уже испытали на себе всю силу новых законов. За два дня до отъезда многие из них получили уведомление транспортных компаний об отказе в выдаче билетов, которые они своевременно заказали. Причиной тому стало распоряжение полиции. И никакие ссылки на то, что практически все болельщики «Вест Хэма» располагали билетами на матч, на первоначальное решение полиции не повлияли. Фанаты, естественно, пришли в ярость и стали искать альтернативные способы пересечь границу. Мне так и не удалось выяснить, добрались ли они в итоге до Метца или нет и оказалось ли решение полиции оправданным. Но, хорошо представляя себе потенциал выездного саппорта «Вест Хэма», предположу, что притормозили его вовремя.

Несмотря на неспокойное начало сезона, осенью и зимой 1999 года произошел значительный спад активности основных хулиганских группировок. Даже игры клубов с непростой историей взаимоотношений проходили без единого эксцесса, а на тех станциях метро, где раньше было опасно появляться в любое время в день матча, царил чуть ли не образцовый порядок. Эту ситуацию можно проиллюстрировать, приведя в качестве примера 3 октября, когда «Лестер» играл с «Тоттенхэмом», «Манчестер Юнайтед» — с «Челси», «Арсенал» — с «Вест Хамом», а «Лидс» — с «Уотфордом». Еще совсем недавно присутствие в Лондоне сразу же шести крупных мобов вызвало бы самые серьезные опасения, но в тот день не было зафиксировано практически никаких беспорядков.

С моей точки зрения, дело не в том, что проблема начала сходить на нет, а в том, что хулиганы наконец осознали, каковы на самом деле ставки и чем именно они рискуют. Казалось, что меньше всего им хотелось рисковать в тех случаях, когда рядом была полиция. Но они все равно продолжали устраивать драки, но только подальше от стадионов с их всевидящими камерами слежения. Можно было заметить, что хулиганы все глубже и глубже спускались в подполье — среди фанатов «Манчестер Юнайтед», к примеру, объявилась группа хулиганов, члены которой, чтобы остаться неузнанными, стали носить шлемы на манер летных, с прорезями для глаз. Хотя над этой группировкой откровенно посмеивались, она успела устроить несколько нападений на соперников, в том числе и на фанатов «Вест Хэма» в Лондоне. Возможно, с их помощью была открыта новая страница в истории хулиганства.

Однако попробуем на какое-то время отложить в сторону рассмотрение действий полиции или правительства и отведем глаза от происходящего в Интернете. Пора уже сделать вывод о том, что футбольное насилие никуда не исчезнет, пока два человека стоят на расстоянии вытянутой руки и один из них хочет ударить другого. А так как подобное желание возникает у многих людей довольно часто, то можно сказать, что с 1950-х годов, и даже еще раньше, если вести отсчет с XII века, менталитет англичан не очень-то сильно изменился. Футбол перешагнул в новое тысячелетие, но его темная сторона никуда не делась, она лишь пребывает в тени, чтобы в какой-то момент заявить о себе еще более громко. Это может случиться через месяц, через неделю или даже сегодня вечером. И это путает меня больше всего.