Для того чтобы воспользоваться данной функцией,
необходимо войти или зарегистрироваться.

Закрыть

Войти или зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Популярное

28 Апреля 2017 Газета "Футбольный курьер № 31(1714)"

Виды спорта: Футбол

Рубрики: Профессиональный спорт, Персоны

Юрий Матвеев: В Турции меня до сих пор принимают за своего

Нападающий Юрий Матвеев (слева) в составе «Уралмаша»

Нападающий Юрий Матвеев (слева) в составе «Уралмаша»

Лучший бомбардир первого чемпионата России, бывший форвард «Уралмаша», «Ростсельмаша» и ряда других клубов Юрий Матвеев, ныне работающий в тренерском штабе «Урала», рассказал в интервью «Матч ТВ» о первых матчах сборной страны, крепких свердловских парнях и поведал, кто является чемпионом мира по тренировкам.

- Вы закончили техникум в Нижнем Тагиле. Что это за город?

- Знаете выражение: «Седой Урал кует победу»? Во время войны все заводы были переброшены сюда. Есть знаменитый «Уралвагонзавод» или «Нижнетагильский металлургический комбинат» (НТМК), один из крупнейших в Европе. Иногда трубы дымили красным, иногда белым. Папа, пока был жив, говорил мне: «Это белый шоколад варят», и я верил.

Город большой, рабочий - 500 тысяч население. Лет 60 была своя команда «Уралец», но, когда завод попал в частные руки, она стала никому не нужна. Я играл там в середине 80-х во второй лиге. Это был крепкий середняк, и те, кто не попадал в состав флагмана уральского футбола «Уралмаша», отправлялись туда на стажировку. Проходили там боевое крещение и, набравшись опыта, возвращались обратно. В 20 лет пригласили в главную команду - исполнилась мечта. Тагил это провинция, а Екатеринбург - областной центр, где больше возможностей и перспектив для роста.

- «Уралмаш» - это крепкие парни из 90-х. Как они относились к команде?

- «Уралмашевские» взяли над нами шефство, помогали, выплачивали премиальные. Нормальные ребята, некоторые играли в футбол. Могли организовать сборы для команды. Помню, в 92-м поехали в Данию. Ребята сказали: «Вот вам десять дней - тренируйтесь, готовьтесь, играйте товарищеские матчи. Но есть условие: в отеле - только завтраки. В остальное время - где хотите, там и кушайте». Справились как-то, брали с собой консервы.

- В начале 90-х днем в городе было спокойно?

- По-разному. Однажды команда обедала в ресторане «Яшма». Вратарь поел, сказал: «Все, ребята, приятного аппетита, я пошел». Возвращается через пять минут побитый, куртки нет. Ограбили. Вечером по району нельзя было в шубе пройти, с сережками или в шапке. Футболистов особо не трогали, но всякое случалось. Зато можно было проблемы решать через старших ребят. Обращались к ним: «Помогите разобраться». Всегда помогали.

Разборки шли постоянно. Показательный момент: на старом стадионе «Уралмаш» был огромный холл, метров 200 квадратных, наверное. Каждую неделю там хоронили кого-то из «уралмашевских». На наших глазах вносили и выносили гробы.

В каждом районе были свои группировки. Я потом жил на ВИЗе (район Екатеринбурга «Визовский»), там тоже была своя бригада. В обычной жизни сидишь, общаешься с ними - отличные ребята. А что они творят на своей «работе», я даже не пытался узнавать. Они просто приходили и спрашивали:

«Юра, как дела, какие проблемы, чем помочь?»

- Сколько зарабатывали тогда?

- Зарплата чисто символическая, долларов 200-300. Премиальные - гораздо выше. Тогда инфляция была: сегодня на 20 000 рублей можно купить телевизор, а завтра - только пульт от него. Мотивация была выходить на каждый матч и зарабатывать, а не получать. Это хороший стимул, как и то, что по итогам сезона тебе могут подарить автомашину ВАЗ-2107. «Уралмашевские» тоже могли зайти перед важным матчем и пообещать двойные премиальные. К примеру, мы регулярно проигрывали «Спартаку» с неприличным счетом, поэтому парни хотели, чтобы мы исправились.

- Вам предлагали когда-нибудь сыграть договорной матч?

- Предлагали. Как? Да, по-разному. Например, капитану звонят -он приходит и говорит команде: «Ребят, так и так, предложили сдать». Все отвечают: «Нет», - и все, до свидания. В 90-е такие случаи бывали. Пару раз за мою карьеру в «Уралмаше».

- Судейство - один из способов добиться нужного результата. Помните, кто тогда судил?

- Валентин Иванов (к нему меньше всего претензий), Чеботарев, Левников, Французов, Зуев. С Безубяком был прекрасный случай. Играем с «Локомотивом», счет 4:4. На 98-й минуте судья назначает пенальти. Семин выбегает на поле и берет Безубяка за горло. Тот хрипит: «Хорошо, Юрий Палыч», - отменяет пенальти и ставит мяч на линию штрафной. Мы не забили, сыграли вничью. Хотя матч был сумасшедший: вели 2:0, потом два пропустили, выигрывали 3:2, еще два пропустили, сравняли, но, увы, не победили.

- Какие воспоминания остались от Питера, где вы играли в 1990 году?

- В команду пришел Анатолий Коньков и решил собрать молодых перспективных ребят. «Зенит» вылетел из высшей лиги и, честно говоря, в городе никому был не нужен. Не было ни денег, ничего. Коньков решил начинать с нуля, но потом понял, что лицом к команде никто не повернется. Элементарно негде было жить - я вот жил на старой базе в Удельном. Там по коридору идешь, так все скрипит, ходуном ходит.

Недавно делал отчет для ВШТ по командировке в Питер, вспоминал 90-е. Сейчас и тогда - это небо и земля. В мое время «Зенит» находился в стадии перестройки, ветераны сходили: Бирюков, Долгополов - те, кто выиграл чемпионство в 84-м. Пошла новая волна: Димка Радченко, Вася Иванов, Юра Окрошидзе. Однако команда никому не была нужна и на несколько лет завязла в первой лиге. Даже из российской вышки она вылетела в первый же год. «Зенит» прозябал, пока власти наконец-то не повернулись к команде лицом.

Мое пребывание в Питере не оставило ярких и радужных впечатлений. Конечно, красивый город, есть что посмотреть. Но я почему-то тогда не смотрел, все время был на базе. Недавно на три дня с женой поехал в Санкт-Петербург, она говорит: «Какая красота, почему мы здесь не гуляли 20 лет назад?»

- В «Торпедо» почему не задержались?

- Провел там сезон и новый тренер решил, что я не нужен команде. Вернулся домой, чему был несказанно рад. Хотя с Валентином Козьмичом Ивановым у меня были прекрасные отношения. Потом на протяжении 3-4-х сезонов он звал меня к себе. А когда его сняли в 91-м, пришел другой тренер и я покинул команду.

- Вернувшись в «Уралмаш», вы забили 20 мячей и стали лучшим бомбардиром первого чемпионата России.

- У нападающих так бывает, когда весь сезон любой удар - и мяч летит в створ. Порой такие залетают, что мама не горюй. Взять хотя бы мой первый гол «Факелу». Партнер бил по воротам, но мяч явно шел мимо. Я прыгнул наудачу, сзади прыгает защитник. Мяч бьется об мою ногу и рикошетом от защитника падает за шиворот Филимонову. Достаточно курьезный гол, но он оказался победным. Выигрываем 1:0, а до этого четыре подряд игры на сборах мы проиграли. Еще подумал тогда: «Как мы будем выступать в высшей лиге?» А тут сразу победа, крылья выросли, ну и поперло.

Метров с тридцати-сорока я забил 3-4 раза в жизни, остальное -ударами недалеко от штрафной или из пределов штрафной площади. Один раз забил с центра поля. Играли с «Памиром» из Душанбе, счет 2:2, 90-я минута. Вратарь выходит, кулаком выбивает мяч, а я остался в центральном круге и как дал обратно, в касание. Памятный гол, иногда эту историю внукам рассказываю. Кстати, Филимонову я часто забивал, за какую бы команду он ни играл. Даже свой последний мяч в высшей лиге я забил «Спартаку» Филимонова. Он каждый раз плевался: «Фу, опять ты».

В 90-х играли в разных условиях. Приморозило поле на минус 20 - играли на льду. Был случай, встречались с «Кубанью». У них вратарь Женя Плотников пока от ворот мяч выбивал, по два раза падал. Или играли с «Океаном». Снег по щиколотку, машина укатала поле - играем на снегу. Никто не говорил, что поле должно быть зеленым, раскрасили красной краской разметку и погнали.

- Что за история с «Анкарагюджю»?

- Турецкий клуб. Они в 80-х играли с ростовским СКА в Кубке кубков. В сезоне-1993 я очень много пропустил, месяцев пять, наверное. Сломал лодыжку на тренировке. Хотелось продлить сезон, а в «Анкарагюджю» работал Валерий Непомнящий. У него возникла вакансия на иностранца, и он предложил мне приехать.

В той команде был Мухсин Мухамадиев, техничный нападающий. И Сергей Агашков, он сам из Ашхабада, но долгое время играл в московском «Торпедо». Мухсин хорошо, что узбек, языки схожи -выступал в роли переводчика. Но я и сам очень быстро освоил турецкий и даже сейчас, когда приезжаю туда, меня за своего принимают. На первой установке Валерий Кузьмич любил шутить: «Так, а где здесь наш русский парень-то? А это (обращается ко мне) что за турок сидит?»

Турция сумасшедшая страна, менталитет отличается от нашего. Турки своеобразные и достаточно агрессивные, но в целом мне там комфортно жилось. Выигрываешь - носят тебя на руках. Можешь заходить в любой магазин, ресторан - везде тебя угощают и обнимают, детей твоих целуют. А если проиграл, лучше из дома не выходить дня три, потому что теперь ты - враг народа.

У нас база была метров в 500-х от стадиона, после игры обычно туда приезжали. Один раз ее окружила агрессивная толпа фанатов с файерами и петардами -все сверкает, трещит, взрывается. Я только голову высунул на улицу, меня начальник команды останавливает: «Стой-стой, сейчас полиция приедет, разгонит». А у меня жена была в положении. В общем, час сидели на базе, ждали. Потом, когда всех разогнали, вызвали такси и поехали домой.

- Вернувшись из Турции в Екатеринбург, вы за два сезона забили 18 мячей и перешли в ЦСКА.

- В тот момент местные власти не очень хорошо относились к клубу. Не было условий, чтобы содержать семью, - невысокие зарплаты и постоянные задержки. Могли месяца 3-4 не платить, а потом частями погашали. В ЦСКА был Тарханов, он меня и позвал. Я был одним из ведущих бомбардиров и заслужил поездку в Москву.

- Вы играли с молодым Сема-ком. Тогда можно было догадаться, что он станет тренером?

- Тогда - нет, хотя он всегда отличался трезвостью мысли. Мог спокойно, не сбивчиво разложить все по полочкам. Сергей человек начитанный, с правильной речью. Я от него в жизни не слышал слова: «Нет». Звоню: «Серега, приедет мой тренер-аналитик, можешь их свести с вашим?» В ответ: «Нет проблем». «Богданыч, там надо человеку помочь». Семак: «Все сделаем». Сейчас сам поехал на стажировку. Спрашиваю: «Поможешь?» Отвечает: «Конечно».

- Тарханов был в ЦСКА еще и президентом. Когда денег не хватало, он ходил к знакомым банкирам и приносил в сумке наличными. Игроки знали об этом?

- Честно говоря, нет. По-моему, проблем с деньгами не было, мы, вроде, безбедно жили. У меня была зарплата 2000 долларов, в 1996 году это были неплохие деньги. После «Уралмаша», где я получал 200, это немножко побольше. Плюс при подписании контракта обещали квартиру, сразу дали машину и подъемные.

- Какой была сборная России, в которой выступали вы?

- В клуб пришла телеграмма: «Просим прибыть футболиста Матвеева 10 августа в два часа дня, отъезд от Большого театра». Сергей Хусаинов был тогда администратором сборной и почему-то назначил там встречу. Мы собрались, сделали пару фотографий для журналистов и поехали в Новогорск. Тренером был Садырин, царствие ему небесное.

Сначала мы выиграли у Мексики 2:0 в историческом первом матче сборной России на переполненном стадионе «Локомотив». Потом было турне по Северной Америке в преддверии ЧМ-1994. Мы знакомились со стадионами, на которых будем играть, условиями проживания. Провели там три матча: два с США и один с Сальвадором. Мне тяжело было пробиться в эту сборную, там играли Колыванов, Кирьяков, Саленко, Радченко, Бесчастных, Бородюк. Сложно приехать из деревни и попасть в состав при такой конкуренции. Люди в Европе играют, Саленко вон 15 мячей в чемпионате Испании положил. Куда мне?

В сборной тогда была хорошая атмосфера. Приехали десять спартаковцев, человека два-три из «Локомотива». Отличная банда, и, если бы не «письмо четырнадцати» в 94-м, могли бы чего-то добиться. Тогда в стране были неспокойные времена. Наверное, имелась какая-то другая сторона, которая подталкивала к этому письму. Насколько мы слышали, возможно, Анатолий Бышовец приложил к этому руку. Я этого не знаю и не хочу обсуждать, мне просто обидно, что такое хорошее поколение ничего не добилось. Многие играли в европейских чемпионатах: в Испании, Италии, Англии. Эта сборная могла на том чемпионате сделать скачок и завоевать что-то. Но из-за каких-то околофутбольных дел этого не случилось. Неправильно, что футбол отошел на второй план. Он за это наказывает.

- «Организационные просчеты, финансовые манипуляции, неудовлетворительное материально-техническое обеспечение сборной...» О чем это они?

- Я приехал с периферии, повезли на базу сборной. Для меня это был просто топ! Если бы порвались бутсы, я бы их сам зашивал три раза, а тут Хусаинову сказал: «Григорьич, зашей, пожалуйста». А он - раз - и новые выкидывает. Это был шок.

Поездка по Америке вообще прошла на высочайшем уровне. Если здесь я носки в ведерке постирал и на батарею сушить повесил, то там просто в ведро бросил, а назад все чистое и глаженое вернули. Выдали большую сумку Reebok, полную одежды. В Америке спонсоры привели в магазин, говорят: «Ребята, 500 долларов - это вам подарок, берите что хотите. А на все, что выше 500 долларов - 50 процентов скидка». Для меня, уральского парня, это просто космос, какие организационные просчеты!? Поехал в Америку - выдали 2000 долларов, я такой: «Все, жизнь удалась!»

Что касается тренера, то у Садырина вот такие (показывает большой палец. - Прим. ред.) человеческие качества, замечательный был человек. Что футболисту надо? Чтобы его тренер вызвал, поговорил и дал надежду: «Все зависит от тебя - играй». Для меня этого было достаточно, я сказал: «Пал Федорыч, я готов за тебя умереть». У Садырина были хорошие помощники: Семин и Игнатьев.

- Орландо, Лос-Анджелес и Сан-Франциско. Чем больше всего удивили Штаты?

- Если в России пустые прилавки, то там изобилие - 20 сортов колбасы. Но больше всего поразило другое. За неделю до события организаторы спрашивают: «Есть два варианта: пойти на хоккей, играют «Нью-Йорк Айлендерс», или поехать в Диснейленд. Что выбираете?». Все говорят: «Конечно, хоккей». «Айлендерс» шел на 24-м месте из 24-х, из наших там Серега Немчинов играл, по-моему. Через два дня к нам приходят и говорят: «Сорри, парни, билетов нет». Как так, команда идет на последнем месте, и на этот матч не могут посадить советскую делегацию!? Нам же не в VIP-ложу надо - на обычную трибуну. Арена вмешает 18 000 зрителей, а свободных мест нет. Пришлось ехать в Диснейленд.

Это сейчас в порядке вещей взять ребенка и отвести на американские горки. А у нас что в «Луна-парке» было: две качели, карусели-лодочки и колесо обозрения. Конечно, это был шок. В Лос-Анджелесе прогулялись по Алее звезд. Вечером после тренировки нас отвезли в ресторан поужинать, а потом мы посмотрели звездочки на тротуаре. Помню, в Сан-Франциско стадион был тысяч на 40, а поле поделено черточками для американского футбола. Их не успели смыть, мы все смеялись над этими ярдами. Кто-нибудь как даст, другой пошутит: «О, тридцать ярдов взяли».

- Как вы попали в Корею?

- ЦСКА предложили неплохие отступные, а мне - зарплату в четыре раза больше, чем в России, -8 тысяч долларов в месяц. Агент Владимир Абрамов сказал Тарханову: «Александр Федорович, нужен нападающий, чтобы помочь корейцам что-то выиграть». Он ответил: «Мы сейчас купили Янкаускаса, наверное, можем Матвеева опустить». Меня спрашивают: «Поедешь?» Отвечаю: «Да что-то не охота, но надо подумать -деньги хорошие. Жена и дети в интересной стране поживут в хороших условиях». В общем, поехал на просмотр и через две недели подписал контракт. Два года там прожил.

Когда мы приехали, у них было небольшое межсезонье, как у нас летний перерыв, на месяц. Поехали на сборы куда-то в горы. А я только прилетел, пять часов разницы - до четырех утра не мог уснуть. Олимпиада параллельно идет в Атланте, болел за наших девчонок-волейболисток из Екатеринбурга. В 6 часов утра стук в дверь, спрашиваю, «Кто там?» Отвечают: «Вставай на тренировку». Всего два часа покемарил. Встаю, садимся в автобус. Подъезжаем к подножью горы, и тренер на корейском кричит: «Побежали». Идет тропинка в горы. Где не можешь бежать, идешь пешком. Шок, что первая тренировка начиналась в 6.30 утра и надо бежать в горку.

Корейцы вообще чемпионы мира по тренировкам. Занимаются по три раза в день, с большим усердием: что бы тренер ни сказал, все выполняют. Дисциплина - жесточайшая. Меня всегда убивало, что переводчика не было. Тренер что-то говорит, потом - хоп, побежали. А я не любитель бегать, все пытался узнать у корейцев: «Сколько бежать?» Отвечают: «Да ты беги». Опять спрашиваю: «Ну так сколько бежать, а то ведь я могу и не добежать?» Они снова: «Да ты беги, беги». В итоге я сзади плетусь, и тренер говорит: «Если сейчас Юрий до финиша не добежит за обозначенное время, то мы еще кружок сделаем». Все сразу ко мне, давай помогать: «Быстрее, Юра, быстрее».

Во второй части сезона мы выиграли 12 из 14-ти матчей и стали чемпионами Кореи. Нам дали премиальные и организовали командный ужин. Туда пришел представитель «Самсунга» и каждому презентовал конверт, внутри оказалось 15 000 долларов. На эти деньги можно было купить хорошую машину бизнес-класса. В Корее спонсоры хорошо заботились об игроках.

В целом, Корея - цивилизованная и процветающая страна. Бытовые условия на высшем уровне. Если для нас телевизор был роскошью, то, когда я заехал в свою корейскую квартиру, обомлел. Три спальни, огромный зал, столовая. Холодильник трехкамерный, микроволновка, ТВ с CD, был даже факс. Дорого звонить, поэтому можно отправить маме домой письмо по факсу. Я играл в команде «Самсунг» и раз в три месяца нам выдавали каталог. Три любые вещи можно выбрать: музыкальный центр, стиральную машину, хоть что. Плюс клуб предоставил мне водителя. Там же везде иероглифы и в голове всегда один вопрос: «Куда здесь ехать-то?» Но больше всего кайфовали дети - Диснейленд, аквапарки, аттракционы, рестораны.

- Рассказывают, что корейские тренеры бьют игроков. Видели такое?

- Главный тренер был нетипичный кореец, интеллигентный мужик. Он долго работал в Европе, тренировал сборную Кореи в 1994 году. А вот его помощник... Идет собрание: главный тренер дал установку и вышел. Дальше начинает работать помощник. Называет фамилию, человек встает, руки за спину. Тренер сначала наорет на него, а потом как двинет в грудь кулаком. Игрок стоит, руки из-за спины не убирает. Тренер опять как замахнется, как наорет на него. В общем, такая воспитательная работа.

- Как отдыхают корейцы?

- Это очень трудолюбивая нация - встали в 6 утра и всю неделю работают. Суббота и воскресенье -законные дни, когда они могут побухать. У них в порядке вещей, когда идешь по улице и видишь, что женщина напилась и спокойно лежит под кустом. Таких людей не трогают, считается, что человек отдыхает. Корейцы любят местную водку «соджу» запить пивком. Классика: широкий стакан с пивом и рюмочка соджу. Выпьют так несколько раз и падают с копыт, но в понедельник встали с утра и снова пошли на работу.

В Корее научился есть палочками. Пища там очень острая. Когда жена приехала, сразу сказала: «Я здесь жить не смогу, кушать это невозможно». А когда уезжала через два года, кричала: «Как я жить буду без этой еды?» Привыкаешь быстро, те же кимчи (острая капуста) - ее же нюхать сначала нельзя. Когда корейцы приезжают на сборы, берут с собой чемодан кимчи и раскладывают в ресторане, то игроки других клубов или постояльцы отеля, проходя мимо, нос воротят, мол, что это за гадость так воняет. А потом оказывается, что жить без нее не можешь.

- На Филиппинах вы пережили землетрясение. Как это было?

- Прилетели играть с местной командой. Я лежал в номере, когда вдруг наш домик заходил ходуном. Сосед соскочил с кровати и побежал. Кричу ему: «Ты куда?» Я же инструктаж не проходил, не знаю, что делать при землетрясении. Слава богу, толчки были небольшие, секунд пять потрясло и успокоилось. Я так и остался лежать на кровати, как прикованный.

- Как вы оказались в Руанде?

- Играл тогда в воронежском «Факеле». Срочно половину людей из отпуска выдернули, половину собрали из молодых. Сделали прививки и отправили в Руанду играть товарищеские матчи.

Руанда - это Центральная Африка, там все ходят босиком. Асфальт есть только в центральной части города, в номере гостиницы бегали огромные саламандры, а каждый день с полудня до часу лил тропический ливень. Ехали играть в другой город. Через 20 км трассы закончился асфальт, началась грунтовка. В итоге 200 км тряслись в небольшом грузовичке, приехали все черные. На утро вышли играть, а стадиончик небольшой, вокруг холмы. Там, как в Элисте, народ с этих холмов смотрел футбол. Тысяч 50 человек собралось, не меньше.

Кстати, жили мы, на удивление, в шикарной гостинице. Рядом озеро и две надписи: «Можно купаться - крокодилов нет» и «Пляж только для белых». Недавно смотрел фильм «42» про то, как президент бейсбольного клуба из США взял первого черного в команду. Так этот парень мылся только после белых, когда они уходили. А я вчера в баню захожу, там Чисамба сидит, после Африки греется. И как-то сразу хорошо стало на душе - значит, я дома.

Помимо статей, в нашей спортивной библиотеке вы можете найти много других полезных материалов: спортивную периодику (газеты и журналы), книги о спорте, биографию интересующего вас спортсмена или тренера, словарь спортивных терминов, а также многое другое.

Социальные комментарии Cackle