Для того чтобы воспользоваться данной функцией,
необходимо войти или зарегистрироваться.

Закрыть

Войти или зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Популярное

Виды спорта: Футбол

Рубрики: Профессиональный спорт, Персоны

Михаил Прокопец: В «Рубине» решение Азмуна уйти в «Ростов» восприняли как личное оскорбление

Михаил Прокопец с футболкой Сердара Азмуна, интересы которого он защищал

Михаил Прокопец с футболкой Сердара Азмуна, интересы которого он защищал

Спортивный юрист Михаил Прокопец из тех, кто об отечественном футболе знает многое. Именно его фирма работала над контрактом Фабио Капелло, разорившим РФС. Его юристы помогали Игорю Денисову забрать деньги у «Динамо». Он с партнерами через суд заставил РЖД выплатить около 2 млн евро Леониду Кучуку. Ими было выиграно сразу несколько дел для «Ростова», последнее из которых - переход Сердара Азмуна из «Рубина».

В интервью Championat.com Прокопец приоткрыл завесу таинственности своей работы.

- Сейчас вы представляете интересы Романа Еременко в арбитражном суде в Лозанне. В каком случае дело будет считаться выигранным?

- Любое снижение дисквалификации будет расцениваться как победа.

- Почему?

- Есть банальная математика. Если ты зарабатываешь условно 50 тысяч долларов в месяц и дисквалификация снизилась на полгода - вот тебе соответственно 300 тысяч выгоды. Более того, футбол -специфический вид спорта. Если ты не играешь, то твое мастерство и ценность как футболиста падают.

- В прошлом году вы уже сокращали дисквалификации. Федор Кудряшов получил в Лиге чемпионов «простой» на три игры, но «отсидел» только одну.

- Крутое и необычное дело. Инспектором матча «Ростова» с «Аяксом» была женщина. Я не шовинист, но это предопределило его исход. Если помните, Кудряшов выбивал мяч в своей штрафной и второй ногой задел датчанина.

Проблема в том, что судья, который работает в дисциплинарном комитете, не смотрит видео, а только читает рапорт инспектора. Попробую процитировать близко к оригиналу то, что написала девушка: «Кудряшов жестоко, обхватив соперника ногами, будто ножницами, ударил его с целью нанести травму». Готовая фраза для романа ужасов. Естественно, прочитав такое, любой дал бы три матча.

- Богатая фантазия.

- В практике УЕФА есть основания для снижения дисквалификации. Во-первых, игрок должен задеть мяч или хотя бы хотеть это сделать. Второе: соперник не должен получить травму. Игрок «Аякса» после фола сразу встал, тут проблем не было. Также мы сделали несколько скриншотов, по которым видно, что в течение всего эпизода Федор не просто смотрит на мяч, но и пытается сыграть в него, а затем второй ногой действительно задевает соперника.

Разбирательство проходило по «скайпу». Представитель УЕФА находился в Швейцарии, инспектор - в Греции, мы - в Москве. Когда мы смотрели момент, женщина все равно говорила: «Вот, он его убил, почти разрубил ногами». Мы отвечаем: «Смотрите покадрово, там даже касание минимальное».

Обычно после слушаний на вынесение решения уходит несколько недель, но тут арбитр чуть ли не сразу сказал: «Мне все ясно. Наказание сокращено на два матча».

- Девушка расстроилась?

- Нет. Решили и решили. Видимо, она просто очень испугалась за бедного игрока «Аякса».

- Еще одно удачное прошлогоднее дело - переход Азмуна из «Рубина» в «Ростов». Вы говорили, что причиной судебных разбирательств стал личный конфликт.

- У Азмуна не было конфликта с клубом. Наоборот, если вы помните, он всегда был корректен, выложил в соцсетях фотографию о том, что ему очень жаль, что так получилось. Просто руководители клубов относятся к некоторым решениям футболистов чересчур эмоционально, не основываясь на бизнес-интересах. Не могу утверждать, но, насколько я понял, в «Рубине» решение Азмуна уйти в «Ростов» восприняли как личное оскорбление. Это стало ясно, когда казанская полиция пришла в отель «Ростова» перед игрой с «Рубином», когда начались комментарии по поводу религиозных вещей: якобы Азмун ходил в мечеть с ними, а через день сбежал. Плюс обвинения в подделке документов. Но это обычная карьера игрока, ты не можешь всю жизнь находиться в одном клубе.

- Я правильно понимаю, что у Азмуна просто нашелся пункт в контракте, позволявший ему уйти летом 2016 года?

- Все просто. В футболе есть такая практика - когда ты уходишь в аренду, являясь молодым и перспективным спортсменом, то продлеваешь контракт на срок аренды. На год уходишь - на год продлеваешь. Когда Азмуна арендовал «Ростов» летом 2015-го, он и «Рубин» продлили соглашение и включили пункт о выкупе. Договор подписывают две стороны, они нашли такой консенсус, согласовали цифру. Впоследствии «Рубин» нарушил эту договоренность, не отпустив игрока, что позволило футболисту разорвать договор в одностороннем порядке и уйти из клуба без согласия «Рубина». Впоследствии такие действия футболиста ФИФА признала правомерными.

- На что рассчитывал «Рубин», если в контракте все было прописано?

- Я не могу сказать, на что они конкретно рассчитывали. Там произошла смена менеджмента. Подписывал договор один генеральный директор - Айрат Гараев, а исполнял, вернее, нарушал, уже другой - Ильгиз Фахриев. Новый менеджмент понял ошибку старого и, насколько я понимаю, решил ее просто не замечать. Вместо того чтобы адекватно оценить дело и его последствия, они, по моим представлениям, попытались перевернуть историю и заявили о подделке документов. Сердара, его переводчика и всех людей, которые работали над контрактом, вызвали в полицию, но в итоге дело возбуждать не стали. Экспертиза признала договор подлинным.

Это такой красноречивый случай о том, как на пустом месте нанести репутационный ущерб клубу. Прессе, болельщикам, да всем было понятно, что 50 полицейских пришли в отель «Ростова» не по-тому, что Азмун - международный преступник. Полицейские и сами говорили: «Нас попросили так сделать, было указание». Повторю: я не знаю, на что рассчитывал «Рубин», но, на мой взгляд, был пробел в юридической экспертизе. Нужен был человек, который просто сказал бы: «Ребята, стойте, вы что творите?! Таким образом дело не спасти...». Не хочу никого учить и домысливать, но так мне видится ситуация с другой стороны окопов.

- Вы помогли Игорю Денисову отсудить большой штраф у «Динамо». Что там произошло?

- Дело в том, что штрафы в российском законодательстве отсутствуют как класс, поэтому многие клубы подписывают контракты по схеме: 30 процентов - зарплата, остальное - премиальный бонус, на который и можно депремировать. Подобная ситуация была с Игорем, которого хотели депремировать на очень серьезную сумму. Причиной тоже стал конфликт, который происходил между тренером Станиславом Черчесовым и игроком наедине, за закрытыми дверьми. Сам тренер, кстати, приходил в суд давать показания. С точки зрения юриспруденции, он и «Динамо» должны были доказать, что Денисов нарушил трудовой договор.

- Почему не получилось?

- Потому что даже если бы была дичайшая драка или убийство, но доказательства основываются просто на твоих словах, то, извините, суд не может ничего сделать. Вне зависимости от произошедшего, никто не способен объективно выяснить, что случилось между Денисовым и Черчесовым за закрытыми дверями.

- С Денисовым тяжело работать?

- Если честно, вообще не тяжело. Когда Игорь позвонил и попросил помочь, то я, как и многие другие, слышавший множество баек про него, подумал: «Ага, конфликтный клиент». Но Денисов ни на миллиграмм не соответствует тому образу, который создан СМИ. Он очень воспитанный, вежливый, спокойный человек, который глубоко понимает футбольные процессы, анализирует, думает. О многих вещах, на которые он обращал мое внимание, я бы никогда сам не задумался. Иногда я даже спрашиваю его: «Ты не хочешь тренером стать»? Он говорит: «Пока нет». Но это другой вопрос. Просто я вижу человека, который уже готов тренировать.

- В чем тогда его проблемы?

- Про таких, как Игорь, один человек очень хорошо сказал: «Если ты честный - это хорошо для всех. Если ты очень честный - это уже плохо для тебя». Мне кажется, все проблемы Игоря как раз из-за гипертрофированности этих качеств. Поэтому сказанное про него в контексте «Анжи» и «Зенита» - не совсем правда. Я знаю, как это на самом деле все происходило, но понимаю, почему в глазах масс-медиа все это выглядит определенным образом. Кто-то что-то сказал, вбросил - и все, общество уже не переубедишь.

- Когда вы рассказывали, что делать, если у спортсмена обнаружат допинг, то третьим пунктом шел отказ от общения с прессой. Вы Игорю тоже советуете молчать?

- На эту тему мы не разговаривали. Но если у тебя такой имидж, когда ты говоришь «а», а все слышат «б», то, может, это и правильно. Хотя профессиональный футболист в идеальном мире зарабатывает не только на поле, но и за его пределами. Он монетизирует свой образ, но в России это, к сожалению, не работает.

- Денисов в отпуске занимается погружениями, плавает с акулами. Клуб имеет право ему это запретить?

- Конечно. Такие пункты абсолютно легальны и имеют место в большинстве приложений к трудовым договорам футболистов. Футболист - это актив клуба. Того же Денисова, например, покупают за 20 миллионов, но если акула, простите, откусывает ему ногу, то это наносит прямой убыток. Клуб продолжит платить зарплату, но не сможет использовать игрока до его выздоровления.

- Какой самый странный пункт вы видели в приложениях к договорам?

- Меня уже как-то раз спрашивали об этом, но ничего необычного я так и не вспомнил. Удивляешься разве что суммам контрактов. Вот смотришь на клуб и понимаешь, что цифра, которую он предлагает, абсолютно не рыночная и не имеет права на существование в реальности. Поэтому и смеешься.

- Вы тоже считаете, что в российском футболе неадекватные суммы контрактов?

- Нет, не все так однозначно, но я считаю неверным, что финансовый «фэйр-плей» в России действует только на те команды, которые играют в еврокубках. В Англии он, например, распространен и на первый дивизион, что спасает клубы от катастрофы. То, что зарабатываешь, то и должен тратить. Ты не можешь, как «Томь», подписать контракт с кучей футболистов, но не заплатить ни одной зарплаты. Ни одной! Люди в июле начали работать и только в марте получили первые деньги. Это как вообще?

- Вы работаете с кем-то из «Томи» сейчас?

- У нашей фирмы человек десять клиентов из Томска. Один пришел, другой, началась цепная реакция... Нет, я правда не понимаю, как у нас руководители подписывают контракты?! Они видят, что должны платить условный миллион в месяц, но при этом знают свой бюджет, в котором нет таких денег. Это никого не смущает, но потом эти же самые люди ходят и плачут на всю страну: «Дайте денег, Владимир Владимирович, дайте денег, губернатор, - у нас ведь социальный проект». Подобное надо заканчивать. Пусть лучше в пятом дивизионе играет условная «Томичка» с местными ребятами, чем происходит это. Я правда не понимаю, как эти люди могут заниматься управлением. Вот если у меня ничего нет, но я сейчас скажу: «Приходи, я тебе отгружу миллион в месяц», - ты согласишься, возьмешь кредит.

- А денег нет...

- Вот, все говорят, что футболисты у нас зажравшиеся. Но какие они зажравшиеся, если человеку не платят восемь месяцев, а у него кредиты и ипотека?! У нас Обухов из «Кубани» говорил в интервью, что продал машину, чтобы просто прожить, раздать долги и заплатить те же деньги юристам. Как так можно?! Это ведь обычное планирование. Меня заставляет смеяться и плакать эта ситуация.

- Кого в этой ситуации могут засудить обманутые футболисты?

- Никого. На генерального директора могут быть наложены санкции, административные или уголовные, за длительную невыплату зарплаты. Длительная невыплата - это преступление. Ему могут запретить заниматься управленческой деятельностью и оштрафовать. Но эти санкции накладывает государство, а футболист вынужден судиться непосредственно с клубом, а не его директором.

- Вас вспоминают в контексте работы с «Волгой». Клуб развалился, а деньги игрокам не заплатили. Это так?

- Клуб действительно развалился, а игрокам не заплатили. Мы действительно с «Волгой» работали, но к развалу не имели никакого отношения. Вы понимаете, что, как только клуб банкротится, он выходит из-под юрисдикции РФС. И футболист не может пойти в Палату по разрешению споров, в ФИФА, в CAS. Ты можешь пойти только в суд общей юрисдикции, который признает команду банкротом, продает имущество и выплачивает деньги. А имущества у наших клубов нет. Ни стадионов, ни баз, ничего. Максимум - автобус. Вот так 30-ти футболистам выплатят по 10 тысяч рублей, и, к сожалению, все.

Я предлагал нашим профсоюзам поднять вопрос о страховке футболистов, как в Англии, где каждый год клубы платят в пенсионный фонд условные 1000 долларов за футболиста. Если что-то случается с командой, то деньги эти идут на выплаты пострадавшим игрокам. В России эта идея не нашла поддержки, хотя у нас банкротятся по 15-20 клубов за сезон.

- Вернемся к клубам, которые никогда не обанкротятся. Например, вы помогли Леониду Кучуку выиграть дело у «Локомотива». Правильно ли я понимаю, что личный конфликт тренера с Ольгой Смородской стоил государственной корпорации больших денег?

- Не могу комментировать за Кучука и Смородскую, но со стороны это смотрелось, как неприязненные отношения двух людей. Было время, когда можно было найти момент для мирового соглашения и договориться о снижении суммы компенсации. Насколько я знаю, у тренера изначально не было желания судиться до конца, но на переговорах мы получили неприемлемые условия. Казалось, что предложение было сделано только для того, чтобы человек отказался, потому что принять его, находясь в здравом уме, было невозможно.

- Какая сумма была названа?

- Не могу комментировать.

- Но она была критически мала?

- Она критически не соответствовала перспективам Кучука в суде. Если ты понимаешь, что в суде выиграешь 100 рублей, а тебе предлагают пять, то это не разговор. Разговор - это 50, 60 рублей.

- Нормально, когда госкорпорация лишается, по нашим данным, около 2 миллионов евро из-за принципиальности менеджера, в данном случае Смородской?

- Я не берусь кого-то обвинять. По поводу неустоек - это тяжелая тема. Всегда найдутся люди, которые скажут, что РЖД - коммерческая структура. Так можно уйти в длительную дискуссию, что это за деньги, кто с них платит налоги. Проблема-то иная: в нашем футболе по многим причинам отсутствует возможность зарабатывания денег. Деньги привыкли именно получать, а не зарабатывать. Условно говоря: некоторые спонсорские контракты вообще ничем не подкреплены. Может выделяться 10 миллиардов, хотя адекватная сумма этого спонсорства - 100 тысяч рублей. И люди понимают: все, теперь я могу делать, что хочу. А что дальше - непонятно.

- Была еще одна интересная тема, связанная с вами. Процитирую Николая Толстых: «Если бы знал, что контракт с Капелло готовили Прокопец и Зайцев, я бы его не подписал».

- Николай Саныч... Я расценил эти слова как комплимент. Значит, экс-президент РФС очень высоко оценил нашу работу. Смысл-то этой фразы в том, что Прокопец с Зайцевым настолько профессионально подготовили контракт, что он бы никогда его не подписал. Значит, мы сделали хорошую работу для Капелло, правильно? Если бы Толстых был нашим клиентом, то старались бы для него.

- Не все поняли, что вы работали не на РФС.

- Мы на РФС, к сожалению, никогда в своей жизни не работали.

- Почему Капелло выбрал именно вас?

- У него сын - очень хороший юрист. Мы познакомились с Пьерфилиппо и самим Фабио на конференции по спортивному праву в Москве, которую сами же организовывали. Тогда они решили, что их договором должны заниматься люди, одновременно имеющие понимание о российском законодательстве, спортивном праве и специализирующиеся на футболе. Для нас это было очень почетно. Это вообще нормальный подход иностранцев. Они как правило не привозят с собой иностранных юристов, а нанимают людей, которые понимают специфику конкретного рынка, конкретной страны. Те же М'Вила, Мавинга, Ндинга, Вакасо и еще несколько игроков работают с нами по такому же принципу. С Пьерфилиппо, кстати, тепло общаемся до сих пор, нас связывают профессиональные отношения.

- Я все-таки не понимаю, почему Толстых критиковал вас, а не собственных юристов.

- В нем просто говорили эмоции. Неважно ведь, кто и что подготовил, потому что перед подписанием ты сам читаешь и оцениваешь документ. Мы ведь делали то, о чем нас просил клиент. Повторю, у Толстых многое на эмоциях. Без повышенных тонов он редко разговаривает. Сначала это вызывает удивление и отторжение, но потом ты понимаешь, что Николай Саныч не хочет лично тебя обидеть, просто ему, как бы сказать, эмоции застилают взор и он ничего уже не видит вокруг себя. Ему не важно, кто рядом: Прокопец, Зайцев, Капелло, Пугачева.

- Если бы не эмоции Толстых, Капелло мог бы согласиться на меньшие отступные?

- У нас очень серьезные условия по неразглашению, простите, не могу сказать.

- Но при вас Толстых хоть раз жестко разговаривал с Фабио?

- К сожалению, вместе я видел их лишь однажды, как раз во время подписания договора. При этом как не знать, что Прокопец с Зайцевым готовили контракт, если мы были в кабинете в момент подписания? Мы там что делали? Разве мы похожи не телохранителей Фабио? Николай Саныч прекрасно знает, кто такой я, кто такой Юрий Зайцев, и он тогда пожал нам руки, а после этого сказал ту фразу. Не стоит серьезно относиться к тем словам Толстых. Просто он был раздосадован, на него свалился серьезный прессинг из-за общественного недовольства контрактом. Николаю Санычу надо было что-то сказать - вот он и сказал, что виноваты Прокопец с Зайцевым. Мы только посмеялись и пожали плечами.

- Вы общаетесь с Фабио Капелло?

- Нет, он - легенда и человек другого поколения. Мы просто выполнили работу, на этом все.

- У вас есть моральные ограничения в работе?

-У нас нет моральных проблем. Мы же не изнасилованиями занимаемся.

- Но вам же могли говорить когда-то: «Как вы можете работать с Бердыевым, Шикуновым и вообще с «Ростовом»?

- Могли и продолжают. Постоянно. Но есть четкое понимание: юристы не санитары леса. У нас нет миссии очистить спорт, мы не даем оценок, не боремся за правду, не собираемся кого-то спасать или учить. Для этого есть РФС, РФПЛ, полиция и журналисты. К нам приходят и говорят: «Нужно, чтобы Азмун завтра вышел за «Ростов». И мы делаем для победы все в рамках дозволенного.

И нам все равно, кто там - Шикунов, Бердыев или кто-то еще. Да и, кроме всех намеков, про Бердыева толком еще никто ничего не сказал. Лично я считаю его уникальным тренером и менеджером. Лучшим в Восточной Европе.

- То есть важна не правда, а победа той стороны, на которую вы работаете?

- В рамках дела мы, конечно, можем для себя понять, кто прав, а кто виноват. Но это никак не влияет ни на мое отношение к клиенту, ни на мою работу. Тем более у меня нет цели что-то расследовать. Повторю, я не работаю в полиции. У журналистов, например, тоже есть долг - если они что-то видят, то должны раскапывать, писать. Я ответил на вопрос?

- Почти. Давайте еще одну метафору.

- Это такая же работа, как работа таксиста. Сел ко мне в машину человек и говорит: «Довези до аэропорта, вот тебе 1000 рублей». Да пожалуйста, мне все равно, кто там сидит. Нет цели спросить: «А что у тебя там в чемодане, откуда ты взял телефон?»

- Если бы вы могли изменить что-то одно в российском футболе, то что бы сделали?

- Ничего. Футбол не существует в вакууме, он существует в России. Ты не можешь поменять что-то в одной комнате, а в остальных оставить все как есть. Все равно если запах плохой, то он просочится обратно.

- Все, что происходит в футболе, это отражение проблем общества?

- К сожалению, да. Вот говорят: какие-то хулиганы у нас на трибунах дерутся. Но эти хулиганы не возникли из ниоткуда. Они дерутся и за пределами стадионов. Это говорит о том, что в стране проблемы с правопорядком. У нас воруют в клубах, да. Но ведь не только в клубах, но и в других местах. Поменяется общество - поменяется и футбол. А фантазировать и делать косметические изменения просто нет смысла.

Помимо статей, в нашей спортивной библиотеке вы можете найти много других полезных материалов: спортивную периодику (газеты и журналы), книги о спорте, биографию интересующего вас спортсмена или тренера, словарь спортивных терминов, а также многое другое.

Похожие статьи

Социальные комментарии Cackle